Минойцы и ахейцы

28 августа в 15:08

Москва. 2002 год.
Отекстовка: Сергей Пилипенко, август 2018.

Кто они были, неизвестно. Но бесспорно, что примерно около 2900 года до Рождества Христова начинается эгейская или минойская культура, и появляется минойская письменность — пиктографическое письмо, которое никто читать не умеет. К концу 3-го тысячелетия до Р.Х. появляется пиктографическая скоропись, то есть ускоренное, облегченное для написания, но пиктографическое, то есть происходящее от рисунков письмо. Памятников и пиктографического, и затем иероглифического письма очень мало, но они есть. И на рубеже 2-го тысячелетия до Р.Х. появляется «линейное слоговое письмо А» — высшее достижение того времени, когда записываются не понятия, не слова, а слоги. Что касается алфавитного письма, то надеюсь, мои слушатели не забыли, что его придумали злобные финикийцы, а все остальные постепенно позаимствовали. Появляется линейное слоговое письмо А, которым надо полагать записан эгейский или минойский язык. Письмо А не читается так же, как и пиктографический курсив или пиктографическая скоропись и иероглифическое сакральное письмо.

Около 1900 года до Р.Х. начинается «дворцовая эпоха» или «эпоха дворцов», когда возводится четыре крупных, дошедших до нас естественно сильно разрушенными дворцовых ансамбля Крита. Самый известный — Кносс, лучше всех сохранившийся, самый грандиозный, но и самый «зареставрированный». Эванс и ближайшие его последователи как реставраторы там домыслили столько, что придется распутывать долго. Следующий — Фест. Есть еще два, их смыло, от них мало чего осталось. Сейчас лучше всего в первозданном состоянии конечно Фест. С одной стороны, руины терпимо сохранились, а с другой стороны реставраторы XIX века не слишком потрудились. Эванс на самом деле был благородный человек. Он хотел все это спасти. Но для того чтобы их спасти в меркантильном буржуазном мире XIX века, надо было показать товар лицом. Потому вот здесь, на странице книжки, на репродукции вы видите, как царь или князь совершает жертвоприношение, а то, что у него одна нога сохранилась выше колена, другая — ниже колена, а все остальное Эванс нарисовал, этого вы не видите. И вот такого там много.

Таким образом, мы имеем очень много керамики, довольно много бронзы, мы имеем фрески, четыре дворцовых ансамбля первой половины 2-го тысячелетия до Р.Х. в разной степени разрушения, неплохо сохранившуюся сельскую усадьбу в Агиа-Триаде (в Святой Троице по-гречески). Это название не имеет никакого отношения к древнему названию. На острове Санторин, который взорвался, мы имеем остатки города по крайней мере 2-го тысячелетия до Р.Х., города, частично более древнего. Он раскопан не весь. Он был огромен. Но то, что раскрыто в 60-е и 70-е годы XX века профессором Маринатосом, его ничтожная часть, к тому же окраина, потому что Маринатосу пришлось снять вулканический слой в 6 метров. А для того чтобы вскрыть весь город, надо снимать вулканический слой в 16-18 метров. А на то ни у кого денег нет. Я ходил по улицам этого раскопанного города, я был на Санторине. В то время как Вавилон был почти целиком одноэтажным городом, а второй этаж, я рассказывал вам, был легким навесом, там стояли каменные 2- и 3-этажные дома, дома частных лиц. В домах был водопровод, и была канализация. Я видел ее. Она керамическая. Там мостили улицы. Дома там стояли в усадьбах и не теснились вдоль улиц прямыми линиями, как в Вавилоне. Там было гораздо приятнее. Дома были снаружи и внутри расписаны фресками, не целиком, но их было довольно много.

Я сегодня так долго до вас добирался, хотел взять с собой открытки с фресками, чтобы вы увидели хотя бы ласточек. Но сегодня не получилось. Это надо видеть, это прекрасно.

Кое-чего они не умели. Они писали лицо в профиль, а глаза писали анфас. Не научились писать глаза в профиль. Но на их фресках море обаяния. Одну замечательную кносскую даму за исключительный шарм навсегда в науке назвали «Парижанкой».

Об уровне цивилизации еще расскажу. Но при всем этом великолепии мы в них все равно ничего не понимаем. Ничего! Дело в том, что нету текстов, никаких. Нет языка. Некоторые слова из минойского через греческий попали во многие языки мира, в том числе русский. В основном это названия растений, больше всего цветов. Минойские имена растений: нарцисс, гиацинт, кипарис. А дальше полная загадка, потому что текстов нет. Есть греческие мифы, связанные с эгейским миром. Сам я нисколько не сомневаюсь, что за каждым мифом стоит факт. Но поди доберись через художественное оформление мифа до самого факта. Чаще всего не удается. Чаще всего то невозможно. Вот, например, Минос. Его греки помнили хорошо и называли первым «талассократом». «Таласса» значит по-гречески море. «Талассократ» — владычествующий на море, понятно, что на море Средиземном. И вроде бы этот Минос погиб при гибели Крита. Правда, не на самом Крите, он пытался со своим флотом зачем-то завоевать Сицилию. Зачем ему далась та Сицилия, которая довольно далеко от Крита? Для парусно-гребного судна далековато. Совершенно непонятно зачем. Но что-то ему там надо было. Но может быть, это разные Миносы? Предположим, Минос Первый стал первым талассократом. А Минос Двадцатый погиб при гибели Крита. А может быть, это не только разные лица, может быть, «минос» по-эгейски просто царь? То есть, он по должности состоял миносом? Мы не знаем. То есть, это или имя одного правителя, или родовое имя нескольких правителей, или вообще не имя. Кроме того, Минос — один из трех судей подземного царства, царства усопших. Минос, Эак и Радамант судят перед троном Аида, у римлян Плутона, брата Зевса, владыки царства теней. Тут почему-то снова Минос, но еще интереснее то, что Минос — это одновременно и Минотавр, чудовище, которое жило на Крите, в Лабиринте, и к которому с непонятными целями ежегодно греки приносили в жертву красивых девиц, точнее, просто отводили их в Лабиринт. А что он с ними там делал, точно неизвестно. Вроде бы ел, но может быть, не сразу ел.

А Минотавр — это чудовище особенное, с телом необычайно могучего человека, но с головою быка. Очень нехороший образ! Образ, который, правда, не через одну тысячу лет, но появится у демонических культов. Может быть, случайно. Те, кто первыми использовал как защиту от злых духов пентаграмму — пятиконечную звезду, кельтские друиды сатанистами точно не были. А вот те, кто пентаграмму использовал в XVIII, XIX, XX веке, а также используют в XXI веке, в лучшем случае сами себе не отдавали отчет, кому служили, не к ночи будет сказано, спаси нас Бог. С символами ведь тоже всякое бывает. Масоны, например, ни одного своего символа не придумали, все слямзили, у одних, у других.

Так вот, Минос — это еще и Минотавр. Вы помните сказание о Минотавре. Его спасла Ариадна. Пользуясь ее нитью, Тесей убивает Минотавра. А Тесей, второй правитель Афинский, по сути дела основатель Афин, основатель города, потому что его отец всего лишь только пришел на это место.

Но понимаете, то, что попало в греческие мифы, попало от народа, языка которого греки уже не знали. Вот в чем досада-то. Это куда хуже, чем наши проблемы прошлого раза с Ведами и Авестами. Куда хуже! К тому же греки — величайшие фантазеры в мировой истории.

Или вот еще. Минотавр — человекоподобное существо с головой быка. Устойчивая эмблема эгейского или минойского Крита — бычьи рога. Их мало сохранилось, но было много. Ими увенчивали дворцы в Кноссе и Фесте. Символическое изображение двух мощных рогов. А к чему? Никто не знает. Вы должны были видеть репродукции фресок, на которых изображены игры с быком, или слышали о них, игры не с Минотавром, а с живым быком. Притом эти фрески блестяще написаны, импрессионистически, то есть, передавая настроение. Игры были страшными. Акробаты и акробатки прыгали на бегущего быка, перепрыгивали его, хватая за рожки, и оказывались у него за спиной или на нем верхом. И юноши, и девушки. Я верю, что они были совершенными, великими гимнастами. Но можете не сомневаться, что кто-то попадал под быка, и кровь там лилась. Но ни одного такого изображения не было. Что это означает? Никто не знает. Убедительных версий нет. Есть обычная версия, что бык — хтоническое божество, олицетворяющее силу земли, а то было состязание с силой земли. Правдоподобно.

Тогда родство минойской и греческой мифологии становится очень серьезным. Дело в том, что герой греческого мифа половину жизни тратит на то, чтобы побеждать хтонические существа, порождение земли, порождение хаоса, грубой земляной силы. Мы к герою еще вернемся, Эллада у нас следующая тема, правда, уже в новом году. Вспомните Геракла. Гидра, Стимфальские птицы с железными перьями — классические хтонические существа. Сторукие гиганты — порождение земли, дикой, грубой мощи земли.

Бык рисуется таким же, подобным им. Но доказать этого не могу. Я говорю только, что это устойчивая, но всего лишь правдоподобная гипотеза. Мы не знаем, что означали игры с быком. Мы знаем только точно, что они были. Я видел культовые дворы, окруженные портиками во дворцах Кносса и Феста, где это делали. Из портиков выводили, выпускали быков. Надо сказать, что гладиаторские бои в Риме в развлечения превратились только в конце республики, а до того они имели сакральное значение, характер погребальной тризны, кровопролития перед погребением. Обычно была одна пара бойцов, поединок. А все остальное придумали уже поздние, развратные римляне, устроили цирк кровавый. Да, может быть, коррида оттуда. Но это же укладывается в гипотезу о победе над хтоническим божеством. И Митра, бог чести и договора, изображался убивающим быка. А митраизм куда ближе к нам, чем эгейский мир, это начало новой эры, когда еще были митраисты. Да, человек, как правило, оставался живым. Повторяю, мы не имеем ни одного изображения, где гимнастка или гимнаст погиб. Такое ощущение, что никто никогда не погибал, что они летали так, что не ошибались. Кто знает! Нас с вами там не было.

Смысл культа только еле-еле угадывается. То, что я вам рассказывал про более древние эпохи, мы знаем гораздо точнее. Более поздние эпохи знаем точно. Про кровопролитие инков в доколумбовой Америке все знаем. С ними все понятно. А с Критом непонятно.

Лучшее, что у нас есть в распоряжении — это труд великого исландца XIII века Снорри Стурлусона «Круг Земной». Есть русский перевод. Там он, уже христианин, пытается осмыслить Эдду, эддическую мифологию германцев. И есть великое исследование великого ученого начала XX века Роберта Грейвса (я называл и буду еще и еще называть это имя), «Греческая мифология», где он пытается дать рациональное объяснение мифа. Но у него тоже не все получается. И ни у кого не получится, точнее, полностью не получится. Как мы можем знать, что соответствует факту, а что нет? Мы могли бы переписать историю, если бы могли вскрыть факты, которые сидят за мифом, о Гильгамеше, например.

Так вот, можно предположить, что мир этот был падшим, принадлежал темной религии и был наказан Господом, как были наказаны Содом и Гоморра. Но, честно признаюсь, для меня то неубедительно. Объясню почему. Во-первых, в их искусстве нету ничего темного. Оно светлое, в том числе игры с быком, оно жутко радостно. Никак не могут темные люди создавать светлое искусство. Оно, кстати, и не содомическое, не развращенное какое-нибудь. И на рогах там никто не весит, нету таких изображений.

Во-вторых, почему еще не получается, они слишком много умели, слишком много достигли, в том числе владычества на море. И заметьте, в преданиях множества народов есть лютая обида на финикийцев, которые всех изгоняли, вытесняли с морей. И нету обиды на минойцев. Такое впечатление, что они были такими хранителями справедливости на Средиземном море и что действительно зловредные финикийцы вообще-то были задержаны минойцами, а потом, когда минойцев не стало, когда финикийцы получили возможность господствовать, уже вышли греки и этруски, уже поздно было устанавливать финикийское владычество. Вот, как римляне остановили финикийцев на суше, похоже, что также на много раньше минойцы остановили их на море.

Тем не менее, что произошло, то произошло. Около 1450 года до Р.Х. вулкан Санторин взорвался и погубил цивилизацию. Город на Санторине (мы не знаем, как он назывался) просто погиб. Сейчас там рыбацкое поселение. Частью ушел под воду, частью под пемзу. На Крите лег слой горячей золы, горячего пепла толщиной от 6 до 8 сантиметров. Как вы понимаете, от такого горячего пеплопада можно спастись под любым укрытием, даже в доме, если он не загорелся, но ведь кушать-то было нечего.

Почему мы говорим о великой критской культуре? Потому что культуру Крита и культуру Киклад, где находится остров Санторин, различают. Возможно, это два близкородственных народа, составлявших империю. Есть следы критской культуры на Кипре, в Малой Азии и конечно в Греции. Она включает не один народ. Ее активно перенимали другие. Но она не выжила. Конечно, что-то от минойцев осталось, кто-то остался. Разве можно считать случайным, что и в римские времена с Крита выходили лучшие мореплаватели. Их всегда нанимали на службу, в том числе римляне. Значит, кто-то остался, реликт остался. Но вытянуть, сохранить свое положение они уже не могли. На Крит пришли ахейцы.

Итак, мы не знаем их культуру, потому что мы не знаем их культ. Лишний раз я высказываюсь в пользу гипотезы Флоренского, что культуру порождает культ, богослужение. Если мы ничего не понимаем в богослужении, мы в общем начинаем ничего не понимать и в культуре.

А вот в цивилизации мы понимаем довольно много. И они очень ни на кого не похожи. Вряд ли они арийцы. Они немножечко похожи на египтян. Одевались они мало, там тепло. Но любили украшаться. Ходили как босиком, так и в сандалиях. Просто есть изображения явно аристократов или жрецов с босыми ногами. В основном они носили сложно уложенную юбку, до колен или чуть ниже колен, явно из красивых и дорогих тканей. Наверное, бедных-то рыбаков не изображали, изображали знать. А выше пояса мужчины ничего не носили.

Дамы по торжественным случаям одевались так, как нигде никогда дамы не одевались. В истории существовало много обществ, где дамы почти ни во что не одевались. Но минойские дамы одевались очень странно, хотя то производит впечатление. Они носили колоколообразные, колоколовидные длинные юбки в пол, с широкими горизонтальными оборками. Сверху они носили тугой, затягивающий лиф с короткими рукавами, но грудь оставалась вообще открытой, не так, как у дам XVIII века, которые очень оголены, но все же, прошу прощения, выше сосков, а совсем обнаженная грудь. Аналоги мне неизвестны. А изображений довольно много. Есть и статуэтки. Есть фрески. И в Кноссе, и в Фесте, и в Акротири на Санторине.

Жили они в очень странных сооружениях. Лабиринт, кстати сказать, еще одно минойское слово и еще один минойский символ. И лабрис, обоюдоострая секира, слово того же корня. Лабрисов дошло до нас много. Лабрисами украшали сооружения. В музее в Ираклионе есть бронзовый лабрис вот такой высоты, выше роста человека, и множество маленьких золотых или золоченных лабрисов, чаще золотых, которые возможно носили. Лабрис такой же устойчивый символ, как и бычьи рога, нет, даже более устойчивый.

Их архитектуру представить себе нельзя. В 1995 году я впервые и в последний раз побывал в Кноссе, и тогда же впервые и пока в последний раз побывал в Афинах. Была научная конференция в Афинах. Там историк архитектуры был только я. Нас вела очень хорошо по-русски говорящая гречанка экскурсоводка. Я ушел вперед, потому что, ну, что она мне будет рассказывать про Акрополь. Я поднялся на Акрополь. Я не все понимал, я не видел настоящего цвета розового мрамора, я не знал, какого цвета камни самого холма Акрополя. Они гуляют между холодно-розовым и серо-голубым. Это безумно красиво. Я поднялся, прошел Пропилеи и понял, что могу сам вместо нее провести экскурсию. Я даже покажу, где там стояла статуя Афины. Я все там знаю, хотя там не был.

Так вот, я видел фотографии и планы Кносского дворца, тем не менее никак не представлял себе того, что увидел. Это представить себе невозможно. Можно только видеть. Там лабиринт, там кажущаяся бессмысленность запутанных помещений, световых колодцев, контраст между ярко освещенным пространством и пространством, которое днем пребывает не во мраке, но в тени. Им это явно нравилось. Идешь по узкому проходу и вдруг справа от тебя широкая лестница. Европейские зодчие не делали такого никогда. Ты на нее вышел, но вышел неожиданно. Это тоже контраст. Там колонны, которые расширяются кверху. Во всем мире много разных колон. Настоящие колонны делали только греки и римляне. Потом у них все учились. Но были все-таки и египетские, и китайские. Есть более сложные, есть более грубые колонны. Примитивные колонны, фактически столбы сохраняют диаметр снизу доверху. Более хитрые немножко сужаются. Настоящая греческая имеет энтазис, упругую форму, она чуть-чуть неправильно расширяется на высоте одной трети от земли. Потому она так красива. Но только критяне ставили колонны, которые расширяются кверху. Они бросали вызов земному тяготению. Иногда контрастных цветов, красные колонны с черными капителями. Или просто черные, редко. Попробуйте поиграть с планом Кносского дворца. Если у вас хорошо с музыкальным слухом, то вы доиграетесь. Не думаю, что это грех. Положите план перед собой, его издавали несчетное число раз в учебниках по архитектуре, по всеобщей истории архитектуры. Попробуйте, внимательно следя за пальцем, поводить им по помещениям. И вы почувствуйте, что почти слышите музыку, потому что закономерность музыкальна.

То, что они строили лучшие корабли в мире, знают все. Почему? Изображения на вазах есть. Но обломков, чтобы реконструировать, как те два знаменитых скандинавских корабля, таких, к сожалению, нету. Но думаю, что загадка очень проста. Видите ли, когда корабль преимущественно гребной (когда воюют, то заваливают мачту, чтобы не мешала, воюют на веслах), тут ничего не сделаешь. Циклопов не бывает. Все люди примерно одной усредненной физической силы, тогда все тренировались хорошо. Если у них были лучшие корабли, значит, они нашли, как потом нашли викинги, идеальную гидродинамическую форму подводной части. Вот и все, что они могли сделать. А то дает один или два лишних узла хода. И при скоростях 7-8 узлов два узла решают исход боя. Думаю, что ни одному даже финикийцу было нерадостно видеть, как среди волн несется минойский корабль с обязательными рогами по бокам форштевня и смотрит на тебя синими глазами, как бы говоря: ну, сейчас, ребята, вам мало не покажется! Греки так потом тоже писали на носу своих кораблей глаза. Корабль должен был смотреть.

Я видел их оружие, прежде про него никогда не читал. Я не люблю археологические музеи, в них довольно быстро устаешь. Когда смотришь одни археологические находки, становится скучно, замыливаются глаза. Но из Ираклионского музея я выйти не мог, хотя на следующий день я должен был докладываться. Я не мог пойти смотреть город. Я предупредил контролера, что я пошел выпить кофе с булочкой. Накурился и пошел обратно в зал. Я не мог оторваться. Я ничего не знал про их оружие. Вот такой длины бронзовые клинки! Фактически шпаги. То есть, они были великие бронзовые литейщики. Фактически плоские шпаги, клинки до метра. Они рядами стояли, а я только глаза таращил. Их там много накопали.

Игрушки. Вот такой игрушечный домик я смотрел в раскопках Акротири, двухэтажный, даже с маленьким как бы палисадничком, даже с остатками росписи. Полное представления о том, в каких частных домах жили люди. Девочка на качелях, игрушка, которой сейчас играла бы любая девочка. Девочка в коротком платьице на качелях. Понятно, что она была подвешена на нитях, которые не сохранились.

Я не знаю, почему в середине XV века эта цивилизация погибла. На их место быстренько пришли ахейцы. Пришли из Микен, Тиринфа, Орхомена, Пилоса. Это все ахейские города, мощные цитадели, которые построили для них критяне, в этом никто не сомневается. Кстати, у себя они не построили ни одной крепости. Дворцы и селения Крита были не укреплены. Один американский болван написал, что то была пацифистская цивилизация. Я думаю, она просуществовала бы десять лет от силы. Просто не было желающих встречаться с минойским флотом. Им не нужны были крепости. Кто же будет шутить с талассократами! А по заказу полудиких соседей, живущих в Элладе (в Греции), да, они строили крепости. Есть даже гипотеза, что они возвели по заказу других людей знаменитый Стоунхендж в Англии и другие мегалиты. Просто никто не умел работать с камнями такого размера, какие мы видим в Микенах. Потому приглашали критян. Тогда больше никто того не мог делать, ставить камни такой массы. А то реально. Никакой магии тут нету. Тут есть механика. Можно собрать много детей и собрать Стоунхендж. Хороший механик рассчитает все рычаги, блоки и полиспасты, и поднимет все, но только медленно. То банальная механика. У них же явно была хорошая механика.

Переходя к ахейцам, я чуть не забыл еще один загадочный персонаж, подобный Миносу. Его имя Дедал. Ему приписывается слишком много изобретений — от летательного аппарата до противозачаточных средств. История противозачаточных средств мне известна плохо, но летательных аппаратов до XIX столетия христианской эры больше не было. А в то, что миф об Икаре и отце его Дедале — это правда, не я один верю. Это, наверняка, правда. Они действительно летали. Конечно на безмоторных летательных аппаратах. Причем географы мне сказали, что гипотеза вдвойне правдоподобна, потому что гористый Крит идеально приспособлен для того, чтобы выдумать планер. Там постоянные восходящие потоки воздуха. Ну и летай себе. Но ахейцы летать не научились, а для их потомков эллинов это уже был миф о Дедале и Икаре. Это вам кроме водопровода, трехэтажных домов, канализации, фресок и тому подобных красот. Между прочим, может быть, планерная авиация делала эгейский флот еще более страшным, если над вами еще и летают и таким образом проводят разведку.

Ахейцы совсем другой народ. Они народ абсолютно арийский, абсолютно героический, абсолютно сословный, с развитым чувством чести. Почитайте Гомера. Ахейцы, напомню вам, пришли на Балканы в XVIII веке до нашей эры, за Балканы в Элладу, видимо, в XVI веке. Их предшественники — пеласги, видимо, (можете подчеркнуть, если записываете) минойские провинциалы, далекие от столичной культуры. «Крито-микенская культура» — это совершенно неграмотный термин. То, что они не близкая родня критян, видно хотя бы потому, насколько не похожи их жилища. Ахейцы строили мегарон — большой мегарон, средний мегарон, очень маленький мегарон, все строили мегарон. Это зал под деревянным, естественно, перекрытием, с простейшей вытяжкой, обычно просто отверстием над очагом, то есть зал, превращенный в огромный камин. С утрамбованным земляным полом в гомеровские времена. Жилище такого типа называется мегарон, и центральный зал тоже называется мегарон. В него выходят со всех сторон жилые и хозяйственные помещения. И все. И никакого вам лабиринта. Все простенько. Ежели то был большой мегарон царского дворца, то именно там царь и пировал с дружиной, принимал послов, гостей, и так далее. Все было здесь, у главного очага. Уже очень сложным развитием, дальним ответвлением мегарона будет римский атрий или атриум, тоже с дырочкой наверху, но над бассейном, устроенным перед алтарем. Это тоже в общем мегарон, и тоже на него завязаны композиционно сооружения римского дома.

Воевали ахейцы совсем не так, как их потомки эллины. Эллины народ сословный, но все же тяготевший к демократии, хотя далеко не все эллинские полисы стали демократическими, были монархические, были аристократические. Но все-таки они тяготели к признанию особого значения статуса полноправного гражданина. Их предки ахейцы воевали не так. Они воевали аристократически. Главную военную силу составляли воины-аристократы. Они же были советом при царе. Судя по всему, они были сильнее царя, по крайней мере все вместе. То был аристократический мир. Они носили жутко примитивное бронзовое оружие. На голове носили бронзовый горшок по сути дела, он был жутко тяжелый, не каждый мог его носить. Во-первых, никто из простолюдинов не мог приобрести такой. Во-вторых, не все выдерживали в нем сражаться. Это воспитание. Вот современный «спецназовец», несомненно, может разбить кирпич не только пяткой и ладонью, но даже лбом. И ничего ему. Плевое дело, то даже по телевизору показывают. Но представьте себе, что пусть даже современный десантник оденет суконный мундир со стоячим, застегнутым воротничком 1812 года и кожаный горшок на голову. Половина обмундированного в июле таким образом батальона ВДВ не дойдет до поля боя. А вторая половина дойдет, но будет небоеспособна. А ведь сражались же, и ничего. И побеждали. Солдат только жалко, потому что дурак придумывал неудобную одежду. Ее на Западе придумали еще раньше, чем у нас. У нас неудобная одежда началась с Петра I и продержалась до Александра III, потому что руководствовались только красотой военной формы, а никак не тем, что чувствует ее напяливший. И все равно в ней побеждали. Так что, все зависит от воспитания. Один воспитан бегать в примитивном, жутко тяжелом бронзовом доспехе и в бронзовом горшке, а другой не воспитан и потому не может сражаться.

Такого воина даже называли «промахос» — сражающийся впереди. В школьном учебнике описан Афинский акрополь, и сообщается, что там стояла статуя Афины Промахи, то есть Афины Воительницы. Вы же учителя, вас это касается. На самом деле перевод неверный. Афина Промаха — это Афина Передовой боец. Имелось виду, что она перед афинянами сражается.

И сражались они так. Вперед с диким грохотом, подпрыгивая на своей колеснице без рессор, устремлялся царь. За ним, наверное, с еще большим грохотом своими страшными доспехами громыхали промахи. А затем уже бежали простые смертные с копьями и камнями, и сражались с себе подобными, потому что сражаться с промахом, хотя ты и полноправный, и свободнорожденный, никак невозможно, он тебя все равно заколет примерно за полминуты, для него то плевое дело. Потому промахи сражались с промахами, а простолюдины сражались с простолюдинами. Читайте Гомера. Общество было аристократическим, но народное собрание тоже было. И простолюдин, если он свободнорожденный, имел право высказываться. Но, правда, кончалось это по-разному. В «Илиаде» один простолюдин нахамил василеям (царям), и царь Одиссей тут же при всех ему рыло начистил. Но в принципе народ они были неплохой, строптивый, гневливый, но радушный и даже добродушный, и с понятиями чести, то есть и с арийскими недостатками, и с арийскими же достоинствами.

Но вот что интересно. Ахейцы почему-то очень быстро деградировали. Вот посмотрите. Они не могли этнически родиться раньше XIX века до Р.Х. Я сегодня назвал вам дату их прихода. Значит, соответственно, Троянская война XIII века через 600 лет — это никак не конец жизни этноса, скорее всего то был этнический надлом или конец перегрева, конец акматической фазы. В акматической фазе они порушили Трою. А дальше получается нестыковочка. Из-за чего постоянно изменяют датировку Гомера? Вот сейчас в науке уже закрепилась точка зрения, что Гомер написал все в VIII веке до нашей эры. Раньше считали, что в XI-X веке. Я в этот VIII век не поверю никогда, даже на пытку пойду, потому что у Гомера ни в «Илиаде», ни в «Одиссее» нету слова «эллин». Современные греки вот и сейчас называют себя эллины, и в западной Европе их также зовут греки, хотя это два разных народа — древние греки и современные греки. А у Гомера этого термина нету. Их просто не существовало. У него всегда данайцы или ахейцы. Так что то были не греки, то были протогреки (ахейцы). И не писал Гомер этого в VIII веке. В крайнем случае в раннем IX, а скорее всего в X.

Нестыковочка еще вот в чем. Есть такая прекрасная книжка, к сожалению, автор — социалист швейцарский, хотя и умеренный. Андре Боннар, «Греческая цивилизация», в издании конца 50-х – начала 60-х годов в трех томах, и в издании начала 90-х в двух томах. Вполне могу рекомендовать для вас, для ваших учеников и детей, как и рекомендую Грейвса. Автор немножко красный, розовый. Он обратил внимание, что получается нестыковка. И действительно, получается дикая нестыковка. Реальный Одиссей — царь Итаки. Итака не бог весть какой остров, хотя и красивый, с дивным климатом, где все процветает, где много народа. Реальный Одиссей, герой Троянской войны, был не крупным правителем ахейского мира. Но будьте внимательны, коллеги. Он наверняка не знал, сколько у него амфор с маслом, сколько с вином и сколько пифосов с зерном. А гомеровский Одиссей знает. Почему? А очень просто. Гомер описывал эпоху Троянской войны на пару веков позже. Реальный Одиссей времен Троянской войны не был мелким помещиком, а вот Одиссей Гомера, царь X века, был, и не более того. Ахейский мир деградировал. Вспомните «Одиссею». Как царевна Навсикая знакомится с Одиссеем? Она встречается с ним на берегу моря. А зачем туда пришла царевна? А она пришла одежку простирнуть. Навсикая, царевна времен Троянской войны, наверняка имела патриархальные отношения с подружками, и даже с рабынями. Ну, может быть, когда-нибудь рабыне по физиономии съездила, но, как правило, у них были гораздо более милые отношения. Навсикая времен Троянской воны готовить умела, про скотину понимала, но уж бельишко ей рабыни стирали, ну не сама, это точно. А Навсикая времен Гомера шлепала босиком всю жизнь. Сандалии, если имела, позволяла себе надеть только по случаю большого приема, потому что это предмет роскоши, для бабы тем более. И одежку сама стирала. Взвалила на плечики хитончик драненький, который кое-где тело царевны просвечивает (заштопать не успела), и пошлепала босиком с подружками постираться. А тут тебе Одиссей!

Почему деградировала ахейская цивилизация? Деградировал ли ахейский мир нравственно, не знаю. Деградировал ли он культурно? Ну, знаете, Гомер стоит того, чтобы увековечить любой народ, не так ли? Почему обвально лишался цивилизации ахейский мир? А очень просто. Им все досталось даром. Сначала их учили, пока критяне не погибли. А потом, когда критяне погибли, они приехали, подобрали недобитые красивые амфоры, поселились в Кноссе и Фесте. Они получили всю эту потрясающей высоты культуру даром! В 1997 году я опубликовал об этом статью. Она называется «Как забывают золотой век». Она висит в интернете.

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Ключевые слова: крит 9 минойцы 4 минотавр 2
Следующие записи