Император Павел Первый

28 ноября 2014 г. в 12:36

Москва. Радио «Радонеж».
Отекстовка: Сергей Пилипенко, октябрь 2014.

Император Павел Петрович. Пожалуй, никому из государей в нашей истории не доставалось незаслуженно столько посмертных обид и поношений, как Павлу Первому. Почему-то именно ему вменялось в вину и деспотичность правления, и низкопоклонство перед прусскими образцами, как будто бы не были западниками императрица Екатерина Вторая и император Александр Первый — мать и сын императора Павла. Его подозревали в принадлежности к масонской ложе. Его внешнюю политику объявляли безумной. Поколения наших соотечественников смотрели на царствование императора Павла через призму картинки Александра Бенуа «Парад при Павле I» и романа Юрия Тынянова «Подпоручик Киже», надо сказать, талантливой картинки и небездарного романа, дающих нам, однако, не портрет эпохи, а ее карикатуру.

Императору Павлу довелось править менее пяти лет. Тем не менее, мы вправе объективно оценить то, что им было сделано. Ему досталось тяжкое наследство. В начале XVIII века при Петре Первом Россия приобрела западничество как часть своей жизни, западничество, уводившее нас из нашей собственной, византийского корня, Восточнохристианской культуры. Западничество в довольно злобных формах усилилось в Бироновщину. После определенного сдвига к православной традиции при императрице Елизавете Петровне мы получили екатерининское царствование — самое дворянское царствование в нашей истории, когда канавка между дворянами и всеми остальными русскими людьми, вырытая еще Петром, превратилась в пропасть, когда был издан Указ о вольности дворянской, но был забыт Указ о вольности крестьянской, когда вместо барина защитника, всю свою жизнь служившего и защищавшего, между прочим, крестьянина, на шее мужика оказался бездельник. Народ, как известно, ответил на то Пугачевщиной. Все то было, и императору досталось то, что досталось.

Его готовили к государственной деятельности с отрочества. Но чем он старше становился, тем его дальше отодвигали от государственных дел. В конце концов, после совершеннолетия он оказался в почетном изгнании, запертым в своих прекрасных дворцах — в Гатчине и в Павловске. Нет, пожалуй, худшего воспитания наследника престола, нежели то, что выпало на долю молодого Павла. А вместе с тем, он получил очень неплохое образование. Несомненно, этот государь был самым образованным среди русских царей XVIII столетия. В XIX веке с ним могут сравниться только царь-освободитель Александр Второй и последний наш государь, святой страстотерпец Николай Второй.

Император Павел осознавал себя ответственным. Как-то раз в юности, явно желая польстить ему, один из германских посланников сказал: «Ах, ваше высочество, вы настоящий немецкий принц!» На что всегда необычайно вежливый, благожелательный Павел вдруг топнул ногой так, что посланник подпрыгнул, и грозно рыкнул на него: «Какой я вам немецкий принц! Я великий князь российский!»

Он понимал, что он не просто правитель благовоспитанный, который призван стать благодетелем всего человечества. Так будет думать его сын Александр Первый и принесет огромный вред России и русским. Он полагал, что он ответственный перед Всемогущим Творцом за свою страну, благоденствие своего народа, за все, что произойдет в его царствование. Он не сомневался в том, что каждое царствование создается Небесами, что монарх имеет особенное благословение Небес, представляющее собой на самом деле страшную ответственность. С монарха спросится за малейшего из его подданных. То было довольно редким ощущением для циничного XVIII столетия. Так редко кто думал в ту эпоху. Впрочем, о тяготах юности, молодости, ранней зрелости Павла Петровича вы можете прочитать во многих книгах.

А давайте лучше посмотрим, что было сделано в его царствование. Прежде всего, император Павел избавил Россию от опасности дворцовых переворотов. Предпосылки к ним были заложены указом Петра Первого, вводившим систему завещательного престолонаследия. Целый трактат был написан Феофаном Прокоповичем по тому поводу — «Правда воли монаршей». Бог не дал Петру осуществить это мнимое право. Он так и не успел на смертном одре указать, кому завещает корону.

С тех пор Россию периодически лихорадили перевороты. В 1725 году, сразу по смерти Петра произошел первый переворот, когда Меншиков и гвардейцы вторую, сомнительно законную жену Петра Екатерину сделали императрицей Екатериной Первой, что вообще-то в России было непринято. Сто лет занимает Эпоха дворцовых переворотов — от 1725 года до неудачной попытки гвардейского переворота в декабре 1825 года. Однако заметьте. И переворот 1801 года с цареубийством Павла и декабристский переворот 1825 года не удались. Все получилось не так, как хотели заговорщики. Последние пять императоров вступали на престол на основании закона. И закон был дан императором Павлом.

Собственно тремя актами он избавил Россию от постоянной угрозы переворота. Во-первых, он причислил лично ему преданные Гатчинские части к гвардии. Тем самым гвардия стала существенно надежнее. Во-вторых, император отменил указ, согласно которому дворяне должны начинать свою службу рядовыми солдатами гвардии, то есть разрушил секту — преторианскую систему, янычарство. И, наконец, после того издал новый Указ о престолонаследии, который был только дополнен впоследствии в царствование Александра Третьего. Он никем никогда не отменялся. И в силу того может считаться действующим и в настоящее время.

Император Павел готовил обширное крестьянское законодательство. Текста у нас нет; судя по косвенным данным, готовилось не полное освобождение крестьян, а строгая регламентация пределов прав помещика в отношении своего крестьянина, и взаимных обязанностей помещика и крестьянина. Не успел того сделать император Павел, успел издать только Указ о трехдневной барщине, согласно которому крестьянин на барщине, на барской запашке, на земле помещика мог работать не более трех дней в неделю. Немало было и в дореволюционной, и в советской литературе утверждений, что указ этот якобы не соблюдался. Ну, еще бы! Он перестал соблюдаться в следующее царствование. Надо сказать, что если бы ограждения подобного рода защитили хозяйственную независимость крестьянина, именно хозяйственную, которая важнее, чем любая другая, наша экономика избежала бы крепостнической отсталости, а мы избежали бы, возможно, поражения в Крымской войне.

Весьма много император сделал для реформирования русской армии. Уж тут-то над ним принято издеваться по полной программе! А насколько то справедливо? Да, в основу его реформ были во многом положены прусские образцы. Но заметим, что даже если признать справедливость подобных замечаний, именно при Павле Петровиче егерские команды превратились в строгую систему егерских полков, то есть стрелковых полков, хорошо стреляющих. Именно благодаря императору Павлу отдельного кавалериста и весь кавалерийский полк начали обучать по самым совершенным в то время, кстати, прусским уставам. Именно тогда мы вырастили превосходную кавалерию, которая впоследствии с успехом била и кавалерию французскую.

Кстати, и флот стал получше при Павле Петровиче. Во всяком случае, лучше стали русские корабли. Однако, прежде всего, император Павел был выдающимся политиком. Екатерина ненавидела революцию и боялась ее. Павел ненавидел ее как христианин и христианский государь, но не боялся. Екатерина заявляла Павлу, что он безумец, если полагает, что пушки могут бороться с идеями. А зря заявляла. В XX веке мы хорошо знаем, как великолепно пушки борются с идеями! Именно в силу подобной позиции император Павел двинул русские войска в Европу. Он не боялся и готов был противостоять революции, но всегда помнил об интересах России. Получив великолепную, редчайшую возможность провести флот через Черноморские проливы и даже помощь тогда союзного турецкого флота, император Павел сумел не только потеснить французов, но совершил руками гения Федора Федоровича Ушакова первое освобождение греков, создал поразительный по глубине Мальтийский проект. Вот уж за что несправедливо упрекают императора Павла и западники и патриоты! Западники говорят, что то было, конечно, безумие, что англичане нас все равно бы выгнали. А наши не очень умные патриоты возражают иначе: как же мог император Павел стать гроссмейстером ордена, признающего главенство Римского папы! Однако, если не доверять фантазиям о том, что мальтийские рыцари XVIII века были страшными масонами, отвечать на подобные обвинения всерьез я не собираюсь. Обратим внимание на другое. Мальтийские рыцари просили стать их гроссмейстером именно православного императора. Значит, таким образом, орден, избравший себе православного гроссмейстера, уже не был строго римско-католическим. Разве не так?

Во всяком случае, Мальта даже в годы Второй мировой войны была важнейшей ключевой точкой восточного Средиземноморья. А ведь могли же мы владеть Мальтой! Нет, не как русской землей, а как орденской, но объединенной с нами личной унией. Тем более, что гроссмейстерский ранг, скорее всего, стал бы наследственным в династии русских государей. Выгодно ли то было бы России? Выгодно ли Вселенской православной церкви? Имей мы базу на Мальте, мы были бы мощной средиземноморской силой, а, следовательно, на многие десятилетия раньше были бы освобождены и наши братья греки и балканские славяне. И вряд ли сейчас можно было бы так хамски вести себя со свободолюбивыми православными сербами.

Божьей милостью император Павел не мог примириться с Французской революцией. Но он посчитался с генералом Бонапартом, в котором почувствовал основателя новой династии. А то очень важный для нас вопрос и сейчас.

Нас сейчас совершенно одолели «легитимисты», полагающие, что законна только так называемая «законная династия». Помилуйте! Но ведь у каждой династии был когда-то первый государь! Значит, если правы современные легитимисты, мечтающие навязать нам на престол отдаленную родню погибшей династии Романовых, то получается странная, безнравственная картина. То значит, что каждая династия начинается с мерзкого узурпатора, потому что он не наследник престола, но почему-то ближайший наследник узурпатора уже становится легитимным. Вы не находите в этом странного, особенно для христианина противоречия?

Император Павел Петрович полагал иначе. Если царские венчания совершаются на Небесах, то и основатель династии тоже законный государь. Павел почувствовал в Бонапарте будущего Наполеона, и последовал русско-французский союз. Что он нам сулил? Мы избавились бы от необходимости загребать жар голыми руками для Австрии и, самое главное, для Англии — нашей основной противнице на протяжении двух с половиной столетий. Мы получили бы возможность продвинуться на Балканы много раньше и много решительнее, избавившись от давления англичан.

Есть еще одно бездумное искажение смысла политики императора Павла. Ему приписывается проект Индийского похода через Среднюю Азию, где, несомненно, должна была бы в безводной пустыне погибнуть Русская армия. А ведь на самом-то деле русские войска должны были двигаться в Индию не через Среднюю Азию, а через Сирию и Месопотамию, где французы уже начали готовить для нас провиант, необходимые технические средства и так далее. Ни один военный специалист никогда не критиковал проект императора Павла. Месопотамский путь в Индию был более, чем реален. И тут проявилось блестящее геополитическое мышление, и снова в интересах России, в интересах имперской политики, в интересах вселенской церкви. То была страшная угроза для англичан. Заработали английские, кстати, поистине масонские связи. Заработало английское золото. Именно английский посол финансировал участников антипавловского заговора, которых Павел Петрович удалил, но потом великодушно простил, вернул ко двору, вернул чины.

Цареубийство свершилось. Мы все сейчас помним о цареубийстве 1918 года. Но было и цареубийство 1 марта 1881 года, когда погиб царь-освободитель. Было и убийство императора Павла. Причем изо всех этих государей, к памяти которых я отношусь с предельным почтением, для России, может быть, более всех сделал именно Павел Петрович. А мы плохо помним его имя. Тогда народ его чтил, оплакивал, справедливо полагая убиенным благоверным царем. Постепенно народное почитание императора Павла пошло на убыль, и вдруг возродилось в первые годы XX века. Еще до нашей омерзительной революции петербургские священники издали брошюру, в которой описывалось триста случаев чудесной помощи по молитвам на панихидах у гроба императора Павла. Не пора ли поднять ту публикацию? Не пора ли почаще служить в Петро-Павловском соборе у его гробницы с новой панихидой до тех пор, пока снова Господь не укажет нам на необходимость прославления императора Павла, убиенного царя в ранге благоверного государя?

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Ключевые слова: павел первый 4
:: Специальные предложения для друзей ::