Сирия, Палестина, Карфаген  
30 марта 2016 г. в 00:16

Наверное, Институт Иоанна Богослова, Москва. 2001 или позже.
Отекстовка: Сергей Пилипенко, март 2016.

Сирия

Сирия лежит в области Благодатного полумесяца, о котором мы говорили, но не целиком, и представляет собой очень причудливую природную картину. Это и плодороднейшие земли приморской Сирии, и оазисы, и лавовые поля, и полупустыни. Большая часть современной Сирии частично пригодна для скотоводства, частично вообще не пригодна для жизни человека.

Сирия, с древнейших времен находясь на периферии великой месопотамской культуры, знала не только культуру, но и цивилизацию. Некоторые ученые выделяют ее в отдельную культуру, обычно говоря об уже существовавшей в третьем тысячелетии до Р.Х. «цивилизации Эблы» — города-государства. Эбла — такой же город, как и в Месопотамии. Там всё очень похоже. На его месте сейчас пустыня, раскопки ведутся только со второй половины XX века. Конечно, этот город никогда не был сопоставим с Вавилоном, но в третьем тысячелетии близкая к морю Эбла, несомненно, превосходила своими размерами и населением крупнейшие города Месопотамии того времени — Ур, Урук, Лагаш. Время от времени Эбла задирала нос, то есть вела себя крайне независимо.

Наш разговор о Сирии будет очень кратким, потому что она всегда оказывалась рубежной. Это тоже интересный опыт в истории человека. Она переходила из рук в руки и попадала под разное влияние. Она была под покровительством Вавилона, она была в составе Ассирии. Помните прошлую лекцию? Я говорил вам, что ассирийцы, разгромленные, рассеянные Вавилоном, правда, не самостоятельно, а уже арийскими руками, были рассеяны среди сирийцев (арамеев) и утратили древнеассирийский язык. Потому современный ассирийский язык, которым почти никто не пользуется, есть в сущности сирийский язык, арамейский, сиро-арамейский (есть такой термин в лингвистике: сиро-арамейское наречие, сиро-арамейский язык). Сирия принадлежала Египту, и такое с ней случалось, например, при Фараоне Нехо (в Новом царстве). Сирия принадлежала Ирану во времена империи Ахеменидов (первой Иранской империи). У нас обычно пишут «Персидская империя». Но правильнее говорить: Иранская империя. Это первая состоявшаяся империя в мировой истории.

Очень советую вам, господа, прочитать мою статью «Империи в мировой истории». Кроме интернета, она имеется в моем сборнике «Очерки православной традиции». Она есть в журнале «Новая Россия», есть в 4-томной хрестоматии «Иное».

Когда Сирия долгое время была иранской, она в большой степени восприняла влияние зороастризма, то есть почти строго монотеистической религии. Митраизм, ответвление зороастризма, более языческое, чем сам зороастризм, распространился в Римской империи через Сирию. Митраизм — это сирийская, упрощенная, простонародная, объязыченная версия зороастризма. Именно митраизм был единственным конкурентом христианству.

Более того, Сирия и дальше останется промежуточной, и в христианские времена. Именно потому в Сирии умещались все крупные, великие ереси: арианство, несторианство, монофизитство.

В Сирии была своя ученость, в том числе христианская. В Сирии была впервые реализована христианская государственность. Армяне есть в аудитории? Никого не задену? (смех в аудитории) Армяне очень любят заявлять, что Армения — первое христианское государство. Это неправда. Христианство стало государственной религией в Армении действительно раньше, чем в Римской империи, до Константина Великого, но до Армении христианским стало маленькое сирийское княжество Эдесса. Запомните это имя. Вам, как преподавателям это будет важно, потому что с Эдессой связана Первоикона — Спас Нерукотворного Образа. Именно Эдесскому князю Авгарию Господь послал свой нерукотворный образ. После того Эдесса быстро прекратила свое существование, потому что она вошла в Римскую империю, и ее забывают. Она была первым христианским государством на планете. Не везде об этом напечатано, потому сообщаю вам это. Константин Великий — это конец IV века. А Эдесса стала христианской в последние годы III века. В Эдессе был христианский университет, в городе Нисибин (Низибия). Есть разные огласовки: иранская и греческая. С Сирией связано множество отцов-пустынников. Два преподобных имеют соответствующие прозвища. Ефрем Сирин и Исаак Сирин. Ефрем — ученейший человек, но не знал греческого языка. То следует из его жития. Когда он встретился с Василием Великим, они не могли поговорить, общались сердцами. Ефрем не знал греческого языка, хотя то было необычно. В Сирии в общем знали греческий язык.

В Сирии находился один из крупнейших городов христианского мира — Антиохия. К сожалению, господа, этот город оккупирован. Сейчас он находится не в Сирии, а в Турции и называется «Антакья». Из этого города был родом Иоанн Златоуст. Город этот по языку был греческим, и Златоуст проповедовал и писал на греческом. Вполне возможно, что Златоуст этнически был сирийцем, эллинизированным, конечно, сирийцем. Нет, нет, к Каппадокии Златоуст не имел никакого отношения. Великие каппадокийцы были старше его на поколение. Это Василий, его брат Григорий Нисский и Григорий Богослов. Они были греки по языку и культуре. Это конец IV века, а Златоуст — начало V века.

Сирия — христианская митрополия Грузии и Армении, и вообще всего Кавказа. Это важно, запомните. У них не византийское христианство, у них сирийское христианство. У грузин и армян до сих пор алфавиты сирийского происхождения, они похожи. А сами языки разные. У грузин кавказский язык, или кавказоидный, а у армян арийский. Сирийцы же были семиты, не кавказоиды и не арийцы.

Причем в средневековой Сирии было много разных алфавитов. Крайне интересно на самом деле, как люди берегли свой алфавит. Для вас это знать необязательно. Но когда-нибудь сможете с блеском этим воспользоваться. В раннем Средневековье, в VI-VII веке православные сирийцы пользовались православным алфавитом сирийского происхождения, но особым, монофизиты — своим «эстрангело», а несториане — своим «серто». Они все говорили на одном языке, они могли пообщаться на улице, но на письме пользовались разными алфавитами. Это очень интересно и поучительно.

Сирия сыграла свою роль в истории еще в одном. Видимо, ислам имеет сирийское происхождение. Мухаммед знал Священное Писание в рассказах сирийцев, ведь он был неграмотен. Во всяком случае, в его жизнеописании есть рассказ о том, что некий сирийский монах предрек ему великое религиозное будущее, великое будущее вероучителя.

То есть, Сирия — это вечное средостение востока, запада и юга (на севере не было ничего хорошего), вечный промежуток между культурами, это вечная болтанка между великими религиями и великими культурами. Естественно, что там были антисистемы. То неизбежно. Именно в таких местах и возникают антисистемы. Отсылаю вас к Гумилеву и к моей статье «Антисистемы в России». На Сирию оказывали влияние великие культуры: месопотамская, иранская, в минимальной степени египетская, античная и, наконец, христианская религия и обе христианские культуры (минимально западнохристианская и в большой степени восточнохристианская) и ислам. И сейчас каждый пятый сириец в государстве Сирия — христианин. А в Ливане, который — часть Сирии, христиане составляют большинство.

Палестина

Земля Палестина заселялась семитами по мере демографического наплыва. В Месопотамии семитов становилось все больше. Часть выселялась в Палестину, часть — далее в Аравию. Между Аравией и Палестиной (Святой землей) нету четкой географической границы. Иордания (часть Святой земли) открыта в Аравию… Вот, я в вас уже влюбился, нашлась женщина, которая на карту посмотрела, и правильно сделала, ибо без географии нет истории. Одни семиты просто выселялись, другие имели для того особые причины. Праведный Авраам бежал из Ура халдейского, от нечестия, от возвращенного многобожия. Видимо, он не один такой был. Господу было угодно, чтобы мы все его помнили, и мусульмане тоже, ибо с их точки зрения Авраам есть основатель и их религиозной системы. У них он Ибрагим.

По мере движения из сельскохозяйственной Месопотамии в Иорданию и потом в северную Аравию менялся образ жизни. Он хорошо описан в Книге Бытия. Предки иудеев были скотоводами и земледельцами, но преимущественно скотоводами, отгонными скотоводами. Они засевали свои наделы настолько, сколько могли потом обработать, бросали их и отгоняли в сторону Аравии свою скотину на пастбище, а ко времени уборки урожая возвращались. Жили в кожаных шатрах, кожаных палатках. То были времена Авраама, Исаака, Якова. Интересно, что их предки успели побыть земледельцами. Но они уходили в те места, где преимущественным было скотоводство.

История древнееврейского народа полностью соответствует теории этногенеза. Кстати, именно она убедила меня много лет назад в том, что теория этногенеза Льва Николаевича Гумилева работает. Блестяще работает! Этногенез древних евреев полностью описан в Священном Писании. Полностью! Просто опупеть можно, как здорово!

Есть простонародное заблуждение, что евреи были всегда и что они древнейший народ. Естественно, Адам евреем не был хотя бы потому, что он предок любого из нас с вами. Естественно, Авраам евреем не был по той бесхитростной причине, что потомками Авраама считают себя арабы. Так вот, этническая история древних евреев начинается при Моисее. Предки древних евреев попали в Египет, но не как пленники, а как завоеватели, точнее, как спутники завоевателей гиксосов. Кочевники гиксосы вторглись в Египет между Древним и Средним царствами. Я вам об этом уже читал.

Как ехидно отмечал Тойнби, который был большой циник, хоть и христианин: «Я могу поверить в то, что Иосиф был вторым человеком после фараона, но фараон-то был гиксос». А евреи были близкими родственниками гиксосов. Они все западные семиты. Ну, это как если бы вы, великоросс, оказались в Турции при благоприятном нашествии малороссов вторым человеком после фараона-хохла. Конечно, он предпочел бы вас, а ну турка.

Фаза активного или явного подъема евреев (вспоминайте вторую лекцию) приходится на исход, где первая фигура — Моисей. А заканчивается этногенез древних евреев при апостолах. И на том древнееврейский этнос исчезает. Значительная часть древних евреев становится первыми христианами. Другие евреи становятся лютыми врагами христиан, начиная новый этногенез. К этому мы будем еще обращаться. Во всяком случае, скажу сразу, что восстание Бар-Кохбы (Сына Звезды) в начале II века нашей эры, в правление императора Элия Адриана, это уже другой еврейский, другой иудейский этнос, остатки которого сейчас — сефарды. Нынешние «евреи» — вообще не этнос, а религиозно-культурная группа. А этносы — это сефарды, ашкенази (наши восточноевропейские ровесники), таты (кавказские иудеи), бухарские евреи. Честно признаюсь, ничего не знаю про этногенез бухарских евреев, они для меня загадка. Потому никогда не спрашивайте меня о них.

Видны все гумилевские тринадцать веков от Моисея до Спасителя. Видно, что такое их подъем — это исход из Египта и период судей. Видно, что такое их перегрев или акматическая фаза — это создание царства. И царство разорвалось от переизбытка пассионарности. Как известно, в едином царстве евреев управляли всего три царя — Саул. Давид и Соломон. Этого мало. После Соломона оно разорвалось на два царства — Израиль и Иудею. Видно, к чему привел их надлом — к вавилонскому плену. Это нормальная фаза надлома. И видно, что такое их инерция — это их существование после возвращения из вавилонского плена, когда Кир Великий Персидский разрешил иудеям вернуться в Иудею и восстановить храм. Даже регенерация была у древних евреев по Гумилеву. Регенерация бывает не у всех народов. То был религиозный подъем Маккавеев, когда маленькая и уже достаточно задрипанная Иудея бросила вызов монархии Селевкидов и героически отстояла свои права.

А перед Спасителем и во времена Спасителя еврейский этнос переживает обскурацию, он рассыпается. Потому появляются саддукеи, которые не верили в посмертную жизнь, фарисеи (слово нарицательное, «фарисеи лицемеры», хотя ученые, благочестивые люди), эссеи, которые в общем-то ждали Христа и пытались проповедовать нравственность древнейшего Ветхого Завета, зелоты, которые хотели драться, сражаться и убивать. Классическая обскурация. Всё разваливается. Разваливается единство этнической системы и разваливается единство религиозной системы.

Теория Гумилева для христианства принципиально важна, потому что непонимание многими христианами этногенеза ввергает вас в одну из двух крайностей: либо крайность маркионитскую — отвержение Ветхого Завета (А чего нам до этих жидов?), либо в крайность эбионитскую (евионитскую), когда мы начинаем подозревать, что они есть существа более высокого порядка, потому что они заключили завет с самим Богом и существуют вечно. А их нету, древних евреев уже 19 веков не существует! А наследники Ветхого Завета — христиане.

Культура древних евреев хоть и родилась полностью из месопотамской (заметьте, у иудеев до сих пор лунный календарь ассиро-вавилонского происхождения), находится притом в жесткой оппозиции к Месопотамии. Этот подвиг древних евреев надо оценить. Строгое единобожие было во многих принципиальных моментах разрывом с собственной культурой, из которой они вышли. Вот что такое подвиг единобожия. Их культура была, конечно, национальной, не великой, потому что они одни в нее входили, но была потрясающей по влиянию. Нету другой культуры, которая так же сильно повлияла бы на последующие. Это лежит за гранью рационального, это объяснимо только с позиции единобожия.

Что же оставили нам евреи? Живопись? Не было. Скульптуру? Нет, от скульптуры они отказались. Это загадка для меня. Никогда меня не спрашивайте. Я не объясню, и вы того не объясните своим ученикам. Я не знаю, откуда взялся ветхозаветный запрет на изображение одушевленных существ. Прочитайте в книге Исход про изготовление Ковчега Завета, там иконы-то есть. Веселеил и его ученики отлили из золота серафимы, а ведь это иконы. Но потом их больше не было. Для меня это парадокс. Мне никто не объяснил до сих пор, откуда взялось иконоборчество, а меня учили очень серьезные люди, и сам я уже с сивой бородой. Обычно отвечают: некий восток. Но какой восток? Откуда? Во всяком случае, когда Ковчег Завета переносился кочующими древними евреями, этого запрета не было. Итак, живописи не было, от скульптуры они отказались. Словесное творчество кроме Библии нам неизвестно. Архитектура описана. Архитектура Иерусалима времен Спасителя — это восточная часть античного мира, то есть, ничего своего не было. Что же нам оставили евреи? Они оставили то, чего хватило бы для любого другого народа — Библию и культ богослужения в единственном Иерусалимском храме. О Библии я вам вообще говорить не буду. У вас есть специальный Курс Ветхого Завета.

Хочу сказать только одну вещь, хотя христианам нету нужды того говорить. Библия, несомненно, величайшая книга на планете. Почему? У нас в 1970-е годы начали увлекаться социологией. И больше всех этим увлекался комсомол. И московский комитет ВЛКСМ провел опрос среди студентов московских высших школ. Вопрос был такой: вы попадаете на необитаемый остров и можете взять с собой только одну книгу, какую возьмете? Опубликовать итог опроса было запрещено (все смеются). Студенты, которые никогда не держали в руках Библию, все равно отвечали однозначно. Если хотите проверить, прав ли я, задайте себе другой вопрос: вы можете взять с собой две книги, какую вторую возьмете? И вот тут вы поломаете себе голову, какую же вторую книгу взять. Я взял бы, наверное, «Три мушкетера», очень ее люблю. Вот так. Библия влияет за пределами авраамического круга. Так обычно называют совокупно христиан, мусульман и иудеев, ну еще караимов, самаритян.

Второе, что нам оставили древние евреи, опять-таки по воле Всевышнего, это наш культ, это наше богослужение. Обратите внимание, оно то же самое, которое совершалось в Иерусалимском храме. Если вы хотите подробности, прочитайте лекции по философии культа священника Павла Флоренского (в «Богословских трудах» №17). К сожалению, именно эту работу отца Павла мало знают, а зря.

(пропуск в записи)

Культ не изменился. Тот культ, который сейчас совершается в православном храме, совершался в единственном Иерусалимском храме. Для рационального человека, для нехристианина это называется так — люди из человеколюбия заместили кровавое жертвоприношение бескровной жертвой. Для христианина это должно вероятно звучать иначе — по милости Божией кровавая жертва была заменена бескровной. А результат один и тот же, культ тот же самый. И он был страшен, и христианин должен помнить о том.

Что такое культ Иерусалимского храма? Его главная часть в собственно храме — жертвенник всесожжения, это квадрат 20 на 20 локтей (10 на 10 метров) ревущего пламени. На открытии второго храма (про первый не скажу) заклали 160 тысяч жертвенных животных. То есть, священники Иерусалимского храма в буквальном смысле слова ходили по щиколотку в крови, хотя бы в Пасхальный день. Несомненно, звуки замечательных музыкальных инструментов не могли перекрыть рев жертвенных животных. Об инструментах мы ничего не знаем, они только указаны в Псалтыри, среди них были органы, но, наверное, не современные, а нечто вроде фисгармонии. Кровь отводилась в поток Кедрон и удобряла Иосафатову долину. Там и сейчас пахнет органикой. Культ был страшненький. Думаю, что не иудей не допускался во двор иудеев не только из презрения, но и человеколюбия. Надо было быть строгим единобожником, чтобы выдержать такое.

И сейчас совершается тот же самый культ, хотя бы каждое воскресенье. Правда, многое для христиан изменилось. Заметьте, три части Иерусалимского храма — это три части христианского храма. Войти мог только иудей, и только принеся жертву. В притвор же православного храма, строго говоря, может войти кто угодно. В собственно храм, где находился жертвенник всесожжения, где были только священники и левиты, сейчас может войти любой христианин, в том числе и женщина; мы ведь стоим в храме дальше притвора. Вот каковы разрешения Всевышнего! Правда, в нашем храме шляются и язычники, и мусульмане, но это потому, что мы с вами плохие христиане. Мы должны их пинками выпроваживать вон, дальше притвора никого! И наконец алтарь. Это святая святых Иерусалимского храма. Туда входил только первосвященник иудейский и только один раз в год. Я всегда интересовался, а кто же там подметал. Наверное, он и подметал, больше никто не мог войти. А в алтарь нашего храма с дозволения священника может войти любой крещеный мужчина, а в средневековой России даже без дозволения, потому что просфору нес сам, сам приносил к жертвеннику и смиренно молился, пока батюшка молчал. Еще в XIX веке в сельских церквах было именно так. Глава семьи сам шел к жертвеннику и подавал батюшке. А вот женщина-алтарница в советское время — это уже серьезное нарушение, это неправильно. Вот таковы послабления, которые нам сделал Всевышний. А культ остался тот же самый. Вот на это хочу обратить ваше внимание, говоря о Святой земле.

Какой-то вопрос о женщине в храме

Махнач: Что? Почему женщине нельзя? Так это же с кровью связано, голубушки. Это ветхозаветный запрет женщине в известные периоды прикасаться к святыне. Какая разница — монашествующая или какая другая. Монахиня такая же женщина, как и всякая другая.

Карфаген

Финикия — мрачный потомок Ханаана. О ханаанеях я уже говорил. Я многого не понимал. Я не понимал, почему именно Ханаан вызывает такое негативное отношение авторов Библии, дееписателей, пока не прочитал статью современного американского исследователя Гордона о ханаанейской мифологии. Он написал совершенно рациональную статью. Похоже, что он агностик, христианин в нем не чувствуется совсем. Он указывает, что центральная тема ханаанейской мифологии — это борьба молодого бога Ваала (Баала) с древним богом Элом. Но Эл — это просто бог во всех семитических языках. Например, имя Михаил (тот, кто как бог), Аллах (бог единственный). Я не могу сказать, что они были сознательными богоборцами. Это Эл, или Ал, или Ил, как у нас в именах Гавриил, Михаил, Рафаил, значит бог. А Ваал, Баал, Бел значит просто Господин. Например, Бел Мардук — господин Вавилона.

То есть, в ханаанейской мифологии содержалось изначальное богоборчество, если хотите, сатанизм. То есть «мы с Господином против Бога» — миленькая такая религиозная системочка. Она породила жуткую культуру, чудовище. Потомки ханаанеев — финикияне (финикийцы). Самые известные финикийцы — карфагеняне, естественно. Самая могущественная финикийская держава (каждый город же был государством) — Карфаген. Тир — колония Сидона, сейчас это Сайда в Ливане. Тир и сейчас есть. Карфаген — колония Тира. Картахена в Испании — колония Карфагена. Это страшный морской народ! Жуткий народ! Если бы вы живьем их увидели, вам стало бы еще жутче. Они никогда не возделывали землю и скотину не разводили. В окрестностях Карфагена работали только рабы. Они же хотели только торговать. Еще раз вспомните вторую лекцию, вмещающий ландшафт в теории Гумилева. Финикияне — первый народ в истории, который вмещающим ландшафтом избрал городскую среду. Вмещающим ландшафтом может быть берег моря, речная долина, степь, лес, горы (есть горские народы). А вмещающим ландшафтом финикиян была городская среда.

Греки тоже основывали города, но только там, где, по крайней мере, можно было ловить рыбу и выращивать две любимые культуры греков — оливки и виноград. Вино и оливки должны быть свои, а хлеб в крайнем случае можно купить. Была одна единственная греческая колония, у которой не было хоры (то есть сельской области полиса), это Навкратис в Египте. Но вполне возможно, что фараоны просто не разрешили грекам завести хору, а дали место только для торговой фактории.

Финикийские же города хор не имели. Вы не представляете себе, в какой тесноте они жили, но их это не интересовало. Главное — торговать, владеть торговлей, контролировать торговлю. Никто не смеет торговать помимо воли финикийцев! Моря — финикийские! Потом подобную среду обитания на века изберут себе новые евреи — только городская среда. Но древние евреи были справедливыми врагами и противниками Финикии.

Как они жили, я вам расскажу. Есть описание взятия Карфагена. Римляне взяли его и сожгли в 146 году до Р.Х. Тем закончилась Третья Пуническая война. Пуны — это карфагеняне, финикияне. Интересное описание. Мало того, что там были 5- и 6-этажные дома. Римлянин описывает, что римские солдаты перекидывали доску с одного дома на соседний через улицу и по ней перебегали. Но надо быть, конечно, римским легионером, чтобы в полной выкладке, с гладиусом, с пилумами, с тяжелым щитом топать по доске на уровне пятого этажа. Это конечно не каждый может, сейчас люди стали пожиже. Но все-таки доска-то ограниченной длины, значит, эти жуткие дома стояли близко. Представляете, какие там были трущобы, какие там были кварталы? Конечно, были дворцы знати, но все остальные финикияне жили вот в этих условиях. Да, да, это примерно то же самое, что устроила нам советская власть. Советская власть русский город превратила в финикийский. Я об этом писал. Статья «Русский город» в вашем распоряжении.

Что оставили финикийцы человечеству? Массу деловых документов. Но поэзии нет. Истории, кроме фиксации событий, кроме хронологии нет. Истории в смысле Геродота, Фукидида, Ксенофонта, Тита Ливия нет. Они оставили нам только наше драгоценнейшее достояние. Мы им обязаны финикийцам. Вы сейчас им пользуетесь, правда, не все, некоторые разгильдяйничают. Но у них, наверное, диктофоны тут стоят. Они оставили нам алфавитное письмо. Его придумали финикияне. Все алфавиты произошли от финикийского: наш — через греческий, латинский и все западноевропейские — тоже через греческий. Это так. Но подумайте. Разве это достижение культуры? Иероглифическое письмо намного аристократичнее и передает много больше информации, нежели алфавитное. Алфавитное только проще, это упрощение. Оставили алфавит и больше ничего. И шестиэтажные дома на расстоянии доски. И страшный культ, куда более чудовищный, чем в Древней Месопотамии, ибо они не просто приносили в жертву людей, они приносили в жертву детей. Они бросали их в огонь жертвенника Баала Мелькарта — покровителя Карфагена. Карфагенского описания нету. Потому долгое время думали, что римляне наврали, оклеветали пунов, что это идеология. В то время тоже такими вещами занимались. Оклеветать противника — замечательное занятие. Наверное, римляне лгали, чтобы опорочить пунов. Но когда в ΧΧ веке археологи взялись за Карфаген (сейчас это окраина города Туниса в северной Африке, он существует) нашли то, что ожидали найти, хотя страшились найти — остатки обгорелых детских костей. Римляне говорили правду.

Этот культ, коллеги, последний раз был упомянут в IV веке христианской эры. Конечно, он скрывался, они таились. Представьте себе, с XXVIII века до Р.Х. по IV век по Р.Х. в тайных местах северной Африки еще совершался это чудовищный культ. И детей жгли. Хотя, как вы понимаете, римские власти «гюманизьмом» не отличались даже в христианские времена. Когда они находили такие секты, они не утруждали себя особыми рассуждениями о «правах человека» и перекалывали их на месте гладиусами. И все-таки этот культ совершался и скрывался даже через 5 с лишним веков после разрушения Карфагена.

Я заканчиваю и хочу порекомендовать вам еще одну книгу. Я не часто рекомендую как образец христианского чтения неправославные книги, но эту рекомендую всегда и всем своим слушателям. Прочитайте Гилберта Честертона «Вечный человек». Был большой тираж в 1991 году, и в 2000 году вышло 5-томное собрание сочинений, но гораздо меньшим тиражом. Там тоже есть «Вечный человек». Наверняка вы читали «Пастора Брауна» — нравоучительные детективы Честертона. Он писал и апологетические трактаты. Так вот, в «Вечном человеке» мне очень понравилось его рассуждение о всемирной, провиденциально обусловленной роли Рима. Римляне были народом примитивно языческим с добродушной семейной религией. Буду читать о них позже. Суровый народ, но с очень сильным культом семьи, с почитанием домашних богов, то есть домовых. Ну, глупенькие были язычники, Христос же еще не пришел. Они были в добрых отношениях с домовыми. То нормально. Домовые не бесы, а так, духи природы. Римляне были народом удивительно честным, кстати сказать, правда, суровым, башки на раз отрубали, но за дело и по справедливости.

И вот на этот Рим двинулась страшная армия. И Честертон вопрошает, а что было бы, если бы победил Карфаген, а не Рим. В каком мире пришлось бы воплотиться Спасителю, если и тот-то мир был не восторг? Но впрочем, тот мир, в котором воплотился Господь, был лучше нашего мира сегодня. А каким был бы тот мир с карфагенской доминантой! А ведь это почти случилось! Через Альпы, теряя тысячи воинов, зимой, ведь им было плевать, как и Георгию Жукову было плевать, сколько солдат у него погибнет (тоже еще один антисистемщик вшивый), потеряв всех слонов кроме одного, переползала жуткая армия животных, которых гонят в бой. И вел ее полководец, которого звали «Милостив ко мне Ваал» — Ганнибал! Я действительно многим обязан Честертону за эти строки. Я-то историю знаю и, прочитав это, я понял всё. И на сегодня всё.

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Преподобный Венедикт Нурсийский и святитель Феогност Киевский и Владимирский  
26 марта 2016 г. в 20:06

Радио «Радонеж», Москва.
Отекстовка: Сергей Пилипенко, 14 (27) марта 2016.

14 марта православного календаря среди иных угодников Божьих мы празднуем память преподобного Венедикта Нурсийского и святителя Феогноста Киевского и Владимирского. Их разделяют долгие века, почти 800 лет. И тем не менее осмысление подвига того или иного святого несомненно полезно нам и сейчас, а иных особенно. Много раз в мировой истории повторяется вот это возрастание значения того или иного образа духовного, житейского образца, даже, если хотите, политического образца.

Преподобный Венедикт Нурсийский родился в 480 году, через четыре года после окончательного падения Рима. Он был римлянин из несколько провинциальной, но знатной и зажиточной семьи и, несмотря на разруху, несмотря на разорения, получил обычное для своего круга систематическое позднеантичное воспитание. Само собой разумеется, был воспитан христианином. В эту эпоху уже почти все были христиане. И перед ним раскрывалась картина распадающегося античного мира. Это было ужасно. То, чем люди жили века, исчезало, уходило. Уходила цивилизация, уходила культура, несмотря на то, что уже два с лишним века империя была христианской. Уже давно большинство населения были христиане. Да, пожалуй, к эпохе преподобного Венедикта уже все были христиане. Разве только в какой-нибудь глуши сохранялись язычники.

Мы говорим о будущем аскете, монахе, основателе монастырей и монашеского движения. Тем не менее мы видим, что он искал выход из этой ситуации не только для самого себя. Он едет на восток знакомиться с основаниями монашеской традиции. К этому времени появилось уже и отшельническое, и скитное, и киновийное (общежительное) монашество. Пожалуй, героический век монашества даже уже прошел. Уже патерики были написаны. Был составлен Устав святителя Василия Великого, который, кстати, оказал наибольшее влияние на преподобного Венедикта. Он три года проводит в безмолвном уединении и затем становится основателем целого ряда монастырей, один из которых, самый знаменитый — монастырь Монте-Кассино. Он разорялся неоднократно, последний раз во Вторую мировую войну, но существует и сейчас. Имя Венедикт на западе произносится как Бенедикт. Оттуда бенедиктинское монашество. Он основатель первого направления бенедиктинского монашества, которое по сути дела есть перевод на западный язык, применение к западным условиям общежительных принципов нашего восточнохристианского монашества.

Венедикт был противником старого античного образования. Иногда то не в полное мере понимают. Например, толкуют, что античное образование было языческим, а он был глубокий христианин. Но ведь античное образование получили Василий Великий, Григорий Нисский, Григорий Богослов, многие величайшие столпы христианства, отцы церкви. Скорее здесь другое. Он прекрасно понял, что эпоха ушла, что начинается другая, но церковь пребудет до скончания времен. Преподобный Венедикт был в наивысшей степени современен своей эпохе. И детищем его были монастыри, где обязательным был труд, усердный труд, приравненный по своему значению к молитве монашеской, систематический труд.

И еще. Уходя, античный мир уводил с собой города. Города деградировали, а многие были разрушены. А Венедикт на место города поставил монастырь как культурный центр. Именно благодаря заветам преподобного каждый бенедиктинский монастырь, самый незначительный хоть какую-нибудь школочку да имел, имел скрипторий, то есть книгописную мастерскую. Именно бенедиктинские монахи сохранили колоссальное античное литературное наследие, в первую очередь, конечно же, христианское античное наследие эпохи классической патристики.

И вот, чтобы представить себе, насколько это все полезно нам сейчас, посмотрим на другого святого сего дня — Феогноста, святителя Киевского и Владимирского.

Преподобный Венедикт скончался 543 году. Пройдут долгие столетия, когда в 1328 году по кончине святителя Петра на Российскую кафедру будет назначен грек Феогност. Он переезжает первым делом в свой первопрестольный город, в Киев.

Вне всякого сомнения, он приезжает именно в Киев, заботясь об интересах церкви — церкви и в мистическом значении (как продолжение Церкви, начинающейся на Небесах), и в социальном значении (как совокупность всех православных христиан данной страны), и в организационном значении (как патриархия Константинопольская, единая для этой страны).

Посмотрите. Властитель этих земель — великий князь Литовский. Можно было бы быть к нему поближе в надежде, что удастся обратить правителя в христианство. Есть и другой, восточный оппонент, великий князь Московский и Владимирский, тогда Калита, Иоанн Первый. Можно было бы уехать в Москву или хотя бы пребывать во Владимире, ибо тогда вторым центром этой раздвоенной епархии был Владимир. Нет, только Киев, только максимальная независимость от светских властителей.

Ошибся ли Феогност? Нет, он был несомненно прав. Именно такое положение было наиболее правильным, ибо князей много, а митрополит один, ибо он не начальник церкви, но он персонификация церкви, он ее предстоятель, он символ единства. И лучше быть, конечно, в Киеве. Но в Киеве Феогност не удержался. Он переезжает в Залесскую, восточную Русь из Руси западной. Тогда еще не было слова «Украина» в нынешнем значении, и долгие столетия позже его не было. И в конечном итоге пребывает в основном в Москве. Почему же? Потому что там его деятельно поддерживают христиане, там ему есть на кого опереться, там он может опереться на Калиту, а Калита готов быть опорой церкви. Там энергичные, деятельные, православные люди — это бояре, младшие князья, воинство, население незначительных, захудалых залесских городов, наконец, крестьянство.

Если бы Гедимин Литовский был таким же ревностным христианином, как Иоанн Калита Московский, вряд ли бы Феогност переехал во Владимир и так долго жил в Москве. Он поддержал бы сильнейшего из православных правителей, православных государей, и был бы прав в конечном итоге. Ибо, как и предшественники его Кирилл, Максим и Петр, как и последователи его Алексий, затем Киприан, Фотий, а позднее Иона и многие другие, он созидал новое православное царство на смену измученной и уходящей из истории Византии. Вот в чем было дело.

Если бы православные вели себя потверже в западной Руси, была бы сейчас великая Россия со столицей в Вильне и ничего удивительного в этом не было бы. Но выяснилось, что одни литовские князья — язычники, другие проявляют некоторую склонность к христианству, но непонятно к которому, то ли восточному, то ли западному. Поддержки церкви там не будет. Еще более печальная ситуация: недостаточно деятельными оказались и простые христиане. Ведь, в конце концов, кто виноват в том, что Литва оказалась присоединенной к Польше? В том, что православным навязали унию? Кто как не простые христиане, будь они крестьяне, воины, мещане, бояре или магнаты, не сумели обратить языческую Литву в православие и позволили ей принять христианство от Запада? Но это будет в самом конце XIV века. В первой же половине XIV века Феогност в череде других первоиерархов был созидателем церковности и церковной государственности на Руси. Этому он посвятил всю свою жизнь, четверть века иерархического служения на митрополии и в 1353 году разделил трагическую судьбу своей новой земли и где-то второй родины. Он скончался вместе с великим князем Симеоном в чумную эпидемию.

А нам в итоге наука. Сумеем ли мы, ориентируясь на подвиг многих, в том числе святителя Феогноста воссоздать Святую Русь, воссоздать православную державу, православную землю Российскую или же нам придется быть свидетелями конечного разорения и исчезновения России? Сумеем ли мы последовать подвигу преподобного Венедикта Нурсийского, который во всеобщем разорении созидал свои монастыри как центры будущего христианского расцвета?

Мы не выбираем, мы действуем в тех исторических условиях, в которые поставил нас Творец. Праведен подвиг преподобного Венедикта и равно праведен путь святителя Феогноста. Но есть и неправедные пути — плыть по течению, катиться под гору, забыть о том, что у христианина перед Церковью…

(запись немного не закончена; наверное, не хватает несколько слов)

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Ключевые слова: святые 20
Святитель Епифаний Кипрский  
26 марта 2016 г. в 20:03

Радио «Радонеж», Москва.
Отекстовка: Сергей Пилипенко, март 2016.

12 мая православного календаря или 25 мая ныне действующего государственного Григорианского — память святителя Епифания Кипрского. Деятельность святителя Епифания начинается в тот период, когда христианство перестало быть гонимым и было признано официальным вероисповеданием Римской империи, а заканчивается в эпоху, которую мы называем эпохой классической патристики — творений отцов церкви, наиболее почитаемых, оставивших нам наиболее фундаментальные творения. Среди них и святитель Епифаний.

Происхождение его неординарно. Он был родом из Финикии, то есть из современного Ливана, с побережья, происходил из еврейской семьи. И вот на то чрезвычайно важно обратить внимание. Само собой разумеется, евреями было подавляющее большинство апостолов и почти вся первая Иерусалимская христианская церковь, управляемая святыми апостолами. Но так было в I веке. В первом же веке заканчивалась ветхозаветная история, заканчивалась она Боговоплощением Господа нашего Иисуса Христа. Окончательно черта была подведена разрушением Иерусалимского храма легионами кесаря Тита. На том ветхозаветная история была окончательно исчерпана, потому что прекратилось богослужение в Иерусалимском храме. Ветхозаветный культ был закончен, и начался культ наш, христианский, по прямому преемству.

Потому одно дело евреи апостольского века и совсем другое — евреи III-IV веков. Эти евреи существовали одновременно с христианством, но воспитывались в антихристианстве. Именно в это время началось переиздание, возможно со значительным исправлением Ветхого Завета, то есть началась эпоха масоретов (толкователей).

Самая большая ошибка — полагать (и нас к этому подталкивают энциклопедические словари), что иудаизм как начался во времена египетского плена или даже еще раньше, так и продолжается до наших дней. Одним и тем же словом названы два разных вероисповедания — ветхозаветная вера и иудаизм талмудический. Ветхозаветную веру называют еще «христианством до Христа». Неслучайно в XIV веке один из наших святых князей Дмитрий (будущий Донской) в письме к своим союзникам, литовским Ольгердовичам называет их и себя «сыновьями Авраамовыми», как и надлежит каждому христианину. А современный талмудический иудаизм есть вероучение безусловно антихристианское, его стержень — антихристианство. Это два совершенно разных иудаизма, две разных веры.

Так вот, святитель Епифаний происходил уже из этих иудеев, когда уже складывался Талмуд. То есть, по сути дела в своей родовой среде он должен был получить достаточно антихристианское воспитание. Более того, родители привели его к законоучителю Трифону. Под его руководством он постигал еврейский закон.

Таким образом, мы имеем замечательный пример счастливого и благодатного обращения. Вот что об этом сообщает житие. Епифаний встретил ученого монаха Лукиана и попросил ученого человека побеседовать с ним. И в этот момент некий нищий ухватился за ноги Лукиана со словами: «Смилуйся надо мной, человек Божий! Вот уже три дня я не ел хлеба, и теперь не знаю, чем подкрепиться». Лукиан, не имея при себе ничего, снял одежду, отдал ее нищему и велел пойти в город, продать и купить себе хлеба. Епифаний был потрясен милосердием и, пав перед иноком, спросил: «Скажи мне, кто ты?» Лукиан ответил: «Сперва ты ответь мне, какой ты веры». «Я еврей» — ответствовал Епифаний. Тогда собеседник, который явно видел благодатные действия на юноше Епифании, спросил: «Как же ты, будучи евреем, спрашиваешь меня, христианина, кто я? Ведь очень мало между евреями и христианами. Ты же узнал, что я христианин, и тебе не следует больше продолжать речь со мной». «А что, отче, препятствует мне быть христианином?» — спросил Епифаний и получил ответ: «То одно препятствие, что не хочешь, ибо всякое доброе дело предваряет изволение. Вот если бы ты действительно желал, то был бы христианином».

Согласитесь, дорогие слушатели, что это удивительно современно. Это относится к нашей современной жизни, и далеко не к одним евреям, добрых христиан из которых совсем немало в нашей стране. Это ко всем относится. Тот, кто пока еще не христианин, вероятно, этого просто не пожелал. Мы часто об этом не задумываемся.

Итак, безусловно под воздействием примера, но и чудесным притом образом Епифаний становится христианином. Еще более чудесным образом он становится епископом. Надо сказать, что в те времена в церкви существовали определенные правила. Они соблюдались. Более того, была традиция — не поставлять епископов из новообращенных. Тем не менее, когда в итоге бури Епифаний на своем судне попадает на берег города Саламина Кипрского, уходящий на покой престарелый Кипрский святитель Паппий, который 50 лет возглавлял кафедру и был еще страстотерпцем, исповедником учения Христова, увидев прибывшего Епифания, узрел в нем будущего архиерея. И Епифаний, несмотря на его отчаянное сопротивление, кипрскими епископами и народом был единодушно избран на кафедру, заметим, на старшую кафедру, которая в V веке получит права автокефалии. Кипр, пожалуй, единственная такая область восточного христианства. Архиепископ Кипра сам управлял своей областью, не будучи подчиненным ни одному из патриархов.

Мы видим несомненную печать избрания на этом человеке, который явился одним из глубочайших богословов своего времени, рубежа IV-V веков. Причем основная его заслуга, пожалуй, единственная такая в патристике. Основное его сочинение, полностью до нас дошедшее, называется «Панарий» или «Панарион» (то есть дословно аптечка, ящик с противоядиями). Это подробный разбор 20-ти дохристианских лжеучений и 80-и христианских ересей.

Очень хотелось бы, чтобы Панарион был сейчас переиздан. Пока, с 1917 года сочинения святителя Епифания не издавались. А нам необычайно важно было бы получить Панарион, потому что ереси повторяются, они возвращаются.

Например, из подробно разобранных святителем Епифанием на бытовом, на скрытом уровне встречаются на каждом шагу скрытое маркионитство, то есть стремление отвергнуть Ветхий Завет как якобы антихристианское, еврейское учение (маркионова ересь), и противоположная евионитская ересь (иудео-христианство), которая сближает иудейство и христианство и полагает их, как если бы далее был первый век, некими направлениями единобожия. Они встречаются часто, особенно евионитские утверждения, встречаются даже в нашей современной журналистике.

Есть в Панарионе и ересь, которая обожествляла Матерь Божию, которая придавала ей как бы ранг еще одной ипостаси. Так что те, кто полагает, что ересь «Богородичного центра» есть что-то новое, тоже несколько заблуждаются. Ересь эта древняя, это уже было.

Это неудивительно. Много раз в скрытой форме возобновлялись и возобновляются в наше время монофизитство и несторианство. А, казалось бы, исчезнувшее в VII-VIII веке арианство воскресло в XVI веке в Польше, а кроме того и сейчас на Западе существуют унитаристы (унитарианство), которые в сущности не христиане, которые тоже устраняют божественность Спасителя. Так что Панарий изучать удивительно современно.

Более того, думаю, что многие неоформленные ереси, отдельные некорректности, неправильности или отдельные еретические утверждения, которые еще не превратились в систему и, может быть, и не делают автора еретиком, были бы гораздо яснее, мы бы их отсекали проще, если бы мы внимательно изучали Панарий.

Так что наследие святителя Епифания удивительно современно. Конечно, сейчас следовало бы написать новый Панарий. Отчасти, подобная литература оставлена светлой памяти американским иеромонахом Серафимом Роузом. Его «Православие и религия будущего» — это тоже своего рода Панарий. Но для того, чтобы написать исчерпывающее обследование современных ересей и синкретических систем, необходимо отталкиваться от мощнейшего первоисточника. А мощнейший первоисточник — у Епифания.

Можно еще много говорить о святителе, который пребывал по его собственным словам на кафедре в течение 55 лет, заняв ее около 60-летнего рубежа. Так что он тоже был исключительным долгожителем. По житийному преданию он прожил около 115 лет. Впрочем, это неудивительно. В давние времена люди жили не меньше нас, а часто дольше, если не погибали в бою, особенно люди высокой праведности.

Святитель Епифаний был, естественно, пламенным обличителем. В его житии можно увидеть два интересных примера. Один пример касается его пребывания в Иерусалиме. Иерусалимский епископ Иоанн, который был одно время другом святителя Епифания, его сподвижником в одном монастыре, остался сребролюбцем, презирающим нищих. Епифаний писал увещательные письма, но не получил ответа. Епископ Иерусалима ему не внял. Тогда Епифаний сам отправляется в Иерусалим. Ему не удалось переубедить своего бывшего друга, и тогда он попросил взаймы некоторое количество серебра. Тот принес ему много различных серебряных сосудов. Епифаний спросил: «Имеешь ли ты, отче, больше?» «Довольно с тебя и этого» — ответил Иоанн. «Нет, дай мне все, что ты имеешь драгоценного, чтобы подивились гости, я ведь все верну, а тебе от этого будет величайшая слава» — просил Епифаний.

В итоге Иоанн уступил. Видимо, он был не окончательно испорченный человек. Епифаний взял у него около полутора тысяч литр серебра, а серебряная литра — это 72 золотника, это около 42 старых золотых рублей, целое состояние, миллионы, сейчас, наверное, уже миллиарды. Епифаний ушел к себе. Через некоторое время Иоанн пришел с требованием возвратить серебро. Епифаний просил потерпеть еще немного. Тогда, исполнившись ярости, сослужитель Епифания, соепископ схватил его за одежду и заявил, что тот не выйдет из его покоев до тех пор, пока не вернет взятого.

Епифаний не возмутился поведением и сохранял кроткий облик. Через некоторое время, выйдя из себя, Иоанн начал поносить его всевозможной отборной бранью и… ослеп. То было не единственное чудо Епифания. Испуганный Иоанн попросил его о прозрении, а угодник Божий попросил Иоанна поклониться Честному Древу Креста Господня, чтобы получить прозрение. Тогда по просьбе Епифания об исцелении зрение частично вернулось к Иоанну, но полное зрение он получил тогда, когда начал щедро тратить свое состояние на содержание нищих. То есть, это чудо было поучительным.

Были и другие чудеса. Между прочим, мы не обращаем внимания на наименование «чудотворец» у ряда святых, полагая, что это почти как бы синонимы — «святой» и «чудотворец». На самом деле, даром посмертного чудотворения Господом прославлены все святые, а вот прижизненное чудотворение — это очень большая редкость. И святитель Епифаний засвидетельствовал святость своего учения и своего обличания также прижизненным чудотворением.

Конец жизни его был омрачен тем, что власти Римской империи, император Аркадий и особенно его супруга, суетная интриганка, императрица Евдоксия, втягивали его в спор со святителем Иоанном Златоустом. Вынуждаемый приехать (все-таки император зовет), Епифаний прибыл в Константинополь. Его разговоры с императрицей были неизвестны. Зато то, что он там был, его противники истолковали как присоединение его авторитета к осуждению Златоуста.

Участвовать в соборе, осуждавшем великого святителя, Епифаний не пожелал. Но Златоуст, которому передали о якобы имевшем место осуждении, пророчествовал, послав ему известное краткое послание: «Брат Епифаний, я слышал, ты дал совет на мое изгнание. Знай же, что ты больше не увидишь своего престола». На то Епифаний отписал Иоанну: «Страстотерпче Иоанне, будучи обидим, побеждай, но и ты не доедешь до того места, на которое тебя изгонят». Пророчества обоих сбылись. Впрочем, это письмо святого святому.

Придворным, которые провожали на пристани святителя Епифания, он сказал с трапа куда более жестко: «Я оставляю вам столицу, двор и ваше лицемерие».

Он скончался на судне, не достигши берегов своего Кипра. Нам же оставил память своей твердости…

(запись немного не закончена; наверное, не хватает пары слов)

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Ключевые слова: святые 20
О постановлениях собора 1918 года  
26 марта 2016 г. в 19:59

Радио «Радонеж», Москва.
Отекстовка: Сергей Пилипенко, март 2016.

Во второе воскресенье после праздника Троицы, Святой Пятидесятницы, мы празднуем день Всех Русских святых. Небезынтересно отметить, когда появился этот праздник. А появился он, между прочим, в начале 1918 года и установлен самым значительным за всю историю Русской церкви церковным собором.

Этот собор не только восстановил патриаршество и избрал святого Тихона первым после длительного, двухсотлетнего перерыва патриархом Московским и Русским. Этот собор был не только наиболее представительным собором за всю русскую историю. Каждая епархия была представлена своим епископом, двумя священнослужителями и тремя мирянами. Священнослужителей и мирян избирали последовательно на собраниях прихода, затем благочиний и, наконец, епархий. На соборе были также представители русской армии, христолюбивого воинства российского, монастырей, духовных школ и академий, православных ученых университетов. Это был необычайно представительный собор.

Но это был и собор, восстановивший многие нормы епархиального управления, несменяемость епископов и крайне поощривший несменяемость священников на приходах. Ведь для чего часто меняют священников в те времена, когда идет гонение на церковь? Чтобы священник хуже знал свою паству, а она его. Для чего меняют епископа? Чтобы епископ был оторван от своего церковного народа. И вот церковный собор 1918 года решительно положил этому жесткий предел! Это был и собор, который создал приходской устав, до сих пор нами в полной мере не восстановленный, самый, пожалуй, совершенный приходской устав, вообще когда-либо разработанный православием. Этот собор заседал уже в условиях нехристианского государства в России.

Ну что ж, православное государство не может существовать без церкви. Церковь же может существовать везде — в подполье, в катакомбах, может существовать еще более удобно в государстве безбожном, но правовом. В большей или меньшей степени церковь терпит обращение с ней, как в народной пословице «Бог терпел и нам велел».

Но вместе с тем церковь есть высшая власть в нашем здешнем мире. Церковь одной своей частью пребывает в этом времени, в этом мире, а другой своей частью — сонмами святых, ангелов, самим главой своим Христом пребывает в вечности. И это все одна церковь. Потому церковь не совершает насилия, но проявляет власть.

И вот, теряя внешнее ограждение, теряя христианское государство, церковь властно занялась своим наиболее глубоким христианским устроением.

Церковь теряла государство, которое сама же создала. Вообще Россия — создание церковное.

Появился даже риск, что России вовсе не будет. А если будет, то она будет безбожным государством. Собор ответил на это устроением церкви и, что немаловажно, принял документ о положении церкви в Российском государстве. Это положение собора подзабыто, но действует и сейчас, ибо нету силы, которая могла бы его отменить. На это решиться может только новый поместный собор, а я убежден, что ни один собор этого не сделает, тем более что возглавители нашей церкви, наши епископы и сам святейший патриарх Алексий говорят ныне, что церковь стремится восстановить нормы, установленные Поместным собором 1917-18 годов. И слава Богу!

Обратимся к действующему и ныне определению собора о правовом положении церкви Российской от 2 декабря 1917 года:

1. Православная Российская церковь, составляя часть единой Христовой Вселенской Церкви, занимает в Российском Государстве первенствующее положение среди других исповеданий, подобающее ей, как величайшей святыни огромного большинства населения и как великой исторической силе, созидавшей Российское государство.

3. Постановления, издаваемые для себя Православной Церковью в установленном ею порядке, признаются Государством имеющими юридическую силу, поскольку ими не нарушаются государственные законы.

Видите? Не церковь заранее смотрит в закон, чтобы издать свои установления так, чтобы их признали, а только государство признает или не признает церковные установления.

4. Государственные законы, касающиеся Православной Церкви, издаются не иначе, как по соглашению с церковной властью.

5. Церковная иерархия и церковные установления признаются Государством в силе и значении, какие им приданы церковными постановлениями.

И очень интересен седьмой пункт. Запомните его. Пригодится.

7. Глава Российского Государства, Министр Исповеданий и Министр Народного Просвещения и Товарищи их (то есть заместители) должны быть православными.

Просто! Первое, что приходит в голову: отцы собора с ума посходили? Ведь власть уже была даже не временного правительства, вполне безбожного, власть уже была активно атеистическая, большевицкая! Нет, разумеется, отцы собора не сошли с ума. И церковь не навязывает государству устройство и не стремится стать превыше государства. Это просто действующие и ныне условия, на которых православные могут поддерживать это государство и сотрудничать с ним. Вот что важно нам всем знать в наш невероятно политический момент! Ну что ж, политический? Тем лучше. Только нас, церковных христиан, 50 миллионов. Сколько людей симпатизирует православию, трудно сказать. Скорее всего, и сейчас это большинство населения страны, большинство населения Советского Союза, ибо Россия пока не существует.

Так вот, мы и говорить должны, видимо, так, как нас уполномочил собор. Глава Российского государства и упомянутые министры должны быть православными. Если нет, пожалуйста, мы готовы смиренно терпеть любую власть, но разговаривать мы будем только с такой властью, какая приемлема отцам церкви. И на этом пути нас, несомненно, поддержит полк божественный, собор святых Российских. На другом пути, видимо, не поддержит, ведь и среди отцов собора было множество будущих святых, мучеников и исповедников, взирающих на нас с Небес.

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Ключевые слова: церковь 129
О канонизации Николая Второго  
24 марта 2016 г. в 00:54

Радио «Радонеж», Москва.
Отекстовка: Сергей Пилипенко, март 2016.

6 мая 1868 года, то есть по «новостильному» календарю 19 мая, в день, когда церковь вспоминает о святом праведном Иове Многострадальном, родился князь императорской фамилии, Николай Александрович, будущий последний русский государь. В тот момент, когда он родился, ни он, ни его родители не могли предполагать, что он будет царствовать. Будучи сыном второго сына императора, он выходил из престолонаследия, и только преждевременная кончина в итоге травмы, полученной от падения с лошади, цесаревича, которого тоже звали Николай Александрович, открыла Александру Третьему, а затем и его сыну Николаю Второму дорогу к трону.

За последнее время много сказано и написано о последнем русском императоре. Постепенно исчезает в обществе не только созданный большевиками образ «Николая Кровавого», но и усердно создававшийся последнее время образ Никола Второго «чеховского интеллигента», человека милого, но совершенно неспособного управлять государством.

Мы знаем, что он получил блестящее образование: высшее военное и высшее юридическое, что в череде последних императоров по своей профессиональной подготовленности быть главой государства он был соизмеримым с Александром Вторым, со своим великим дедом, реформатором. Мы много знаем о его склонности к реформам. Теперь можно с уверенностью говорить, что Николай Второй представлял не прошлое России, а подобно Петру Аркадьевичу Столыпину, своему великому министру, будущее России в одном из возможных вариантов, ибо старое, как заметил крупнейший историк наших дней Лев Гумилев, никогда не борется с новым, борются две или более форм нового, а старое уходит само.

Все это можно было бы аргументировать еще раз. Но разговор будет не об этом. Дело в том, что поднят и очень решительно, можно даже сказать, народом поднят вопрос о церковном прославлении последнего государя, от безбожников убиенного. Это вызывает и определенные сомнения, в том числе у людей, благочестие которых несомненно, но в большей степени у людей, в чьем благочестии мы имеем все основания сомневаться, а также у просто безбожников.

Многих раздражает сама идея канонизации последнего императора. В частности, 10 мая в газете «Московские новости» была о том целая информация Сергея Бычкова, вроде бы благосклонная, со ссылкой на маститого и благосклонного к памяти последнего императора, архиепископа Иоанна Сан-Франциского, в мире князя Шаховского, в том же самом ключе, что император просто один из русских людей, убитых большевиками, но ни в к коем случае не церковный мученик, что для прославления даже местночтимого святого необходимо (согласно деянию поместного собора 1918 года) посмертное чудотворение и народное почитание, что русскому народу нужна не канонизация царя Николая, а, вовсе даже наоборот, всенародное покаяние, правда, непонятно в чем и перед кем. А к теме покаяния мы, несомненно, обратимся еще не раз.

Вот с этой позицией, вроде бы позицией благосклонной, мы и будем сегодня полемизировать. Итак, действительно основанием для церковного прославления, для канонизации всегда необходимо посмертное чудотворение (прижизненное — очень большая редкость, не так много чудотворцев мы знаем в истории). Это принято церковью, это многовековая церковная традиция, часть глубокого церковного предания, даже если не считать это частью Священного Предания. А также необходима традиция народного почитания.

Что тут можно заметить? В наш не очень нормальный век фиксацией посмертных чудотворений упорядоченным церковным образом не занимались. Однако существует целый ряд свидетельств об особенной помощи заключенным в лагерях безбожников от мученика Николая Александровича по молитвам к нему и его семействам обращенным. То есть, существует по крайней мере некоторая традиция, которую церкви надо исследовать. Обращение к царственным мученикам 1918 года особенно помогает томящимся в темницах.

А существует ли народная традиция такого почитания? Да, она существовала, существует, и даже в стольном граде Москве в огромном количестве домов мы видим иконописные изображения Николая Второго. Да, они произведены Русской зарубежной церковью. Да, мы не имеем общецерковного суждения о том. Но мы говорим о народном почитании, а народное почитание есть. Его разделают многие пастыри и, смею полагать, архипастыри Православной Российской церкви.

Но все это совершенно не было бы нам необходимо, если бы мы вспомнили, что речь идет о мученическом прославлении. Для прославления любого другого святого действительно необходимо подобное указание Небес, но сама мученическая кончина есть указание Небес. Во все времена мученика вносили в диптихи для молитвенного к нему обращения по факту его убиения. Делал это местный епископ. Внести царя Николая в свои диптихи как мученика в принципе мог бы преосвященный Екатеринбургский. Ему даже не нужно для того благословения местного собора. Это мученичество, и он вправе решать сам.

Но предлагается и другое сомнение, и это самый тонкий вопрос: можно ли полагать, что государь и его семья — мученики? Они убиты безусловно безбожниками. Безусловно, они были добрыми христианами. Мы все это знаем точно. Но за то ли были убиты, что были христианами? Так вот, у нас есть примеры таких мученических прославлений. Это прежде всего самые первые мученики России — святые страстотерпцы Борис и Глеб. То есть, мы имеем факт мученичества не за веру православную, не за исповедование веры, а за православное поведение в жизни, за православный образ жизни. Это как раз тот случай, который вполне может быть применим и к памяти не только последнего государя, но и его семейства.

Мы действительно видим, что он уклоняется от эмиграции. Он уклоняется от помощи зарубежных кругов, по крайней мере со стороны враждебных держав. Он еще под своим первым домашним арестом в Царском селе давал понять, что Россию покидать не собирается. Он не встал на путь братоубийственной борьбы даже с отпавшим, даже с изменившим ему народом, изменившим присяге.

Вдумайтесь на секунду, куда мог легко эмигрировать и успешно развязать гражданскую войну последний император? Например, в Финляндию, которая с удовольствием приняла бы его в качестве великого князя Финляндского, видя в этом залог своей государственной крепости и освобождения от возможного порабощения «Совдепией». Он это даже не рассматривал. Как историк, я предлагаю вам подобную модель. Поразмыслите над таким путем эмиграции и борьбы с большевиками. Он был реален. От Царского села до Финляндии можно было добраться на паровом катере! Для того нужна была только пара верных людей.

Государь осознает свой путь как мученический, он осознавал его всю жизнь. Неслучайно он неоднократно, но только очень близким людям указывал на свое рождение в день памяти Многострадального Иова. То есть, его внутренним очам что-то было открыто. И это ощущение он сохраняет в ставке, в Царском селе, в Тобольске, наконец, в крестном своем пути Екатеринбурга. Он был готов к своему пути. И, судя по всему, старшие члены семьи (мы не можем говорить о младенце) были близки к подобному же видению положения.

И те верные слуги, которые сопровождали его семью и с ними погибли и вели себя так же и чувствовали свое восхождение на Голгофу, неся крест государя по образу Симона Киринейского, должны быть тоже обязательно причислены к сонму мучеников, если встанет вопрос о государе.

И последний аспект нашего рассуждения. А что есть государь? Ведь государь — это не просто глава своей страны. Он ее искупитель, ее символ. Мы знаем со времен древнейшего язычества, разумеется, не темного, демонического, а язычества светлого, о царской жертве за свой народ. Самой высшей жертвой в языческих представлениях была жертва, в которую приносил себя добровольно сам царь. Между прочим, гибель царя Николая — это также образ крестной жертвы единственного и окончательного царя, Господа нашего Иисуса Христа. И тут мы видим образ крестной жертвы Спасителя, добровольное принесение царем себя в жертву за свой народ. Разве можно ли после того еще сомневаться?

Россия ведь не простая страна. Россия была и православным царством, образом Третьего Рима, последней христианской державой на планете. Мы знаем, что революция была учинена богоборческими силами. Это не подлежит ни малейшему сомнению. Революция не имела своей целью вводить общественную собственность на средства производства, так же, как и сейчас не введение частной собственности на средства производства есть главное. Цель действий и смысл существования революционеров и тогда и сейчас один и тот же — уничтожение России. И, уничтожая Россию как православное царство, как элемент дуализма или симфонии церкви и государства просто невозможно было не убить царя.

Цареубийство — это образ убийства России и разрушение симфонии церкви и православного государства. Таким образом, это прямое мученичество, это убиение важнейшего члена церкви, ее первого мирянина.

(пропуск в записи)

Во исполнение Заповеди блаженства Николай Второй был миротворцем, причем величайшим миротворцем своего времени, первым, кто предложил миротворческий международный проект. Он еще в 1898 году предложил и ограничение вооружений, и прекращение гонки вооружений, и Международный суд в Гааге, который, между прочим, еще существует. Скоро будет его столетний юбилей.

Я не понимаю, какие могут быть серьезные основания, серьезные возражения против прославления последнего царя, его семейства и слуг их в качестве святых страстотерпцев. И дай нам Бог, чтобы такое прославление состоялось.

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Ключевые слова: монархия 19 николай второй 17
Три даты в октябре, их связь с царствованием Алексея Михайловича  
24 марта 2016 г. в 00:47

Радио «Радонеж», Москва.
Отекстовка: Сергей Пилипенко, март 2016.

В эти дни, дорогие братья и сестры, можно вспомнить три даты, связанные с царствованием самого выдающегося нашего государя XVII века Алексея Михайловича. 11 октября (28 сентября нашего православного календаря) память его помазания на царство, бывшего в Успенском соборе в 1645 году. Тремя днями позже, 14 октября юбилей посольства гетмана Богдана Хмельницкого и всех малороссиян с просьбой о принятии гетманских малороссийских земель в российское подданство. Это было в 1653 году. Еще пару дней, и 16 октября нового стиля память обнародования Уложения царя Алексея Михайловича, то есть полного свода законов Российского царства XVII века.

Это чрезвычайно существенные даты. Ну, начнем с самого государя. Алексей Михайлович жил в чрезвычайно сложную эпоху. Мы с вами живем в ничуть не более сложную эпоху, конечно, в более противную, много менее благочестивую, но, пожалуй, не более сложную эпоху, ведь XVII век неслучайно был назван Бунташным.

Если принимать теорию нашего великого современника Льва Гумилева, то тот период, который русские проходили в XVII веке, называется перегревом — избытком энергичных людей в обществе. Разумеется, это никак не сказывается на нравственности. Энергичный человек может быть героем, может быть подвижником, может быть аскетом, а может быть и бандитом, само собой разумеется, «татем», пользуясь русским языком времени Алексея Михайловича. Вообще большое количество энергичных, пылких людей усложняет правление любому правителю, тем более такому, как Алексей Михайлович.

Государь Алексей избыточно энергичным и пылким человеком не был. Он наоборот был человеком спокойным и чрезвычайно благорасположенным к людям, с которыми общался, то есть в основном к своим подданным, был человеком колоссальной общей культуры. Именно с него начинается подмостковый театр в России — с Придворного театра царя Алексея.

Он был человеком, настроенным чрезвычайно реформистски. Всевозможные сомнительные реформы так обрушиваются на нас с вами бедных, что мы начинаем подозрительно относиться к самому слову «реформы». Это несправедливо, реформы — это нормальное состояние общества и государства до тех пор, пока они его не ломают, пока они не приносят вред. Вот один штрих. Любимым имением царя Алексея Михайловича было Измайловское. Сохранилось описание Измайлова того времени. Сложнейшее прудовое хозяйство, плотина, водоподъемные машины, прочая гидравлика, регулярные сады на голландский манер, но в русском исполнении — с фонтанами (мы тогда называли их водометами) и сложнейшее животноводческое хозяйство. Удивляет количество племенных быков. В самом деле, зачем на одно стадо такое количество быков, которое превосходило в Измайлово количество молочных коров? А вот зачем. У государя занимались работами по выведению высокорослого молочного скота отнюдь не для царского хозяйства, а для всей России. Как видите, это созидательный реформизм. При нем очень много издавалось книг, много переводилось. Причем, в том числе словари, справочные издания (мы сейчас сказали бы «энциклопедии», это слово появится столетием позже). Причем, этим занимались видные православные ученые, такие, как Епифаний Славинецкий и его сподвижники по Андреевскому братству в Москве или круг преосвященного Павла, митрополита Крутицкого в другом месте Москвы. Тогда много чего издавалось. Таким образом, это был государь-созидатель.

Его царствование ознаменовалось созывом нескольких земских соборов. То есть, государь управлял не только совместно с аристократией, нашей традиционной боярской думой, но и совместно с демократией, с земским собором. И как можно видеть, изучая это царствование, монархическое и демократическое начало в России друг другу не мешали. Это тоже достойно всяческого упоминания. И то вполне закономерно, если называть монархией монархию, управление, прообразом которого является управление в здоровой семье, патриархальный семейный уклад, а демократией называть демократию, то есть участие в делах государства достойных полноправных граждан, а не, простите меня, всякой шушары. Потому это будет совсем не похоже на то, что называют «демократией» в современных газетах. Все вещи надо называть своими именами.

Внешняя политика царя Алексея была исключительно успешной. Это дипломатическое укрепление твердого положения в регионе Балтики. Это успешное давление на Швецию. Без этой эпохи все шведские победы сына царя Алексея Петра Первого были бы невозможны. Это также победоносная война с Польшей, то есть война за освобождение части исконных западных русских земель, которые мы теперь называем Украиной и Белоруссией.

На все это накладывала тягчайший отпечаток бунташность XVII века. Государь хотел созидать, а ему приходилось иметь дело с Соляным бунтом, с Медным бунтом, с совершенно ужасной Разинщиной, с необычайно энергичным и героическим лидером, тем не менее с темпераментом, замашками и нравственностью садиста убийцы, которым был Степан Разин. Это сложно. Сложно, если ты не тиран и не можешь позволить себе с чистой христианской совестью залить кровью свою державу.

Во всех случаях, когда было возможно, царь обращался к мнению сословий. Так было в случае с Медным бунтом. В этом случае неправым было правительство, выпустившее как бы ассигнации, но не бумажные, а неполновесные медные деньги, и пошло на уступки, изъяв из обращения эти медные деньги после бунта. В некоторых случаях правительство было не виновно. Так было в случае с бунтами 1646 года, предшествовавшими Соборному уложению. И опять-таки вместо того, чтобы стать на путь репрессий, не проявляя слабости, опираясь в том числе на силу воинскую, правительство немедленно ответствовало созывом двух подряд земских соборов, кратковременного 1646 года и полносрочного 1648 года, который разработал Соборное уложение. Оно было принято земскими представителями за срок всего лишь два месяца и оставалось свыше ста лет единственным сводом русского законодательства. Прославленные Петр и Екатерина не смогли создать свода законов. Только при Николае Первом Павловиче мы снова издали полный свод законов Российской империи. Повторяю, столетия прошли с середины XVII до середины XIX века.

Таким образом, мы отмечаем тремя датами память важнейших событий: христианского миропомазания на царство в 1645 году, огромного внутриполитического, правового успеха — издания Соборного уложения и одного из крупнейших деяний по созиданию будущей России — согласия на принятие малороссийских земель в 1653 году.

Кстати, мы всегда датируем воссоединение Украины с Россией 1654 годом, а то неверно. В 1654 году Переяславская рада только утвердила состоявшееся годом раньше в Москве принятие украинцев в российское подданство, что, кстати, было сделано по их инициативе, по их настоятельным просьбам, которые продолжались несколько десятилетий.

Были неудачи. Самой большой неудачей государя был его разрыв с величайшим церковным деятелем Бунташного века, святейшим патриархом Никоном. Но это особая тема, к которой мы, несомненно, еще не раз вернемся. Скажем только, что не монархия, а бюрократия была виновна в трагическом разрыве царя и патриарха, то есть нанесении удара по самой идее симфонии — содружества церкви и христианского государства. Виновата была бюрократия. И мы сейчас управляемся отнюдь не демократией, а бюрократией. И памятуя о благородном и достойном государе и современнике его великом патриархе, лишний раз можно только сказать: бойтесь бюрократов, люди русские!. Итак, весьма и весьма рекомендую вам читать побольше о XVII веке, а особенно о царствовании величайшего из государей XVII века, царя Алексея, которому, к сожалению, до сих пор нету памятника ни в одном городе России.

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Ключевые слова: алексей михайлович 3
Русская культура — культура византийская  
24 марта 2016 г. в 00:43

Москва, IX Рождественские чтения. 23 января 2001.
Отекстовка: Сергей Пилипенко, март 2016.

Ведущий: Слово предоставляется Махначу Владимиру Леонидовичу, доценту Московского архитектурного института, преподавателю Российского православного университета Иоанна Богослова. Он прочитает лекцию «Русская культура (церковная, имперская, национальная) есть культура византийская».

Владимир Махнач: Владыки, благословите! Я с некоторым изумлением выслушал сегодня заверения старого своего коллеги и соратника, председателя общества «Радонеж» Евгения Константиновича Никифорова в том, что православное просвещение приходит во все больший и больший упадок. Думаю, что мой достойный, много потрудившийся коллега мало бывает в России. Я в отличие от Евгения Константиновича езжу много и не в Париж, а по Руси и подозреваю, что дело обстоит с точностью до наоборот.

(аплодисменты)

Но я все же посвящу свое скромное сообщение той теме, которая действительно представляется мне упущенной, незаслуженно упущенной в деле просвещения. Потому призываю вас, братья и сестры, к исправлению сложившейся ситуации. Дело в том, что мы действительно не отдаем себе отчета в том, насколько Византия и все византийское для нас жизненно важно, для нас актуально в процессе воспитания, актуально в процессе преподавания.

Хочу объясниться. Очень большой сложностью оказывается даже сам термин «Византия», «византийское искусство», «византийская культура». Сами люди, которых мы именуем «византийцами», так себя не называли. Этот термин придуман гуманистами Итальянского возрождения, людьми, все более и более удалявшимися от Вселенского православия. Жители же империи именовали себя «ромеями», то есть римлянами, хоть и на греческом языке. И до сих пор связаны определенные недоумения с использованием терминов «византийское искусство» или «византийская культура». Я сам помню, как одна весьма достойная дама, исследовательница, доктор искусствоведения почти кричала в рамках научной конференции примерно 12 лет тому назад: «Как это наша домонгольская архитектура византийская? А где же наша исконная архитектурная традиция?»

Дело все в том, что термин «византийский» очень часто используется в значении восточнохристианский, например, восточнохристианская культура, восточнохристианское искусство. Так уж исторически сложилось. И, таким образом, именуя собою одну из двух ныне существующих христианских культур, хотя западная культура становится на глазах все менее христианской, этот термин есть название целого культурного региона, которому принадлежат прежде всего православные христиане: греки, славяне, грузины, молдаване, а также безусловно принадлежат и некие не вполне православные христиане, представители древних восточных церквей: копты Египта, сирийские яковиты, эфиопы и даже христиане Индии.

Была попытка исправить ситуацию. Было предложено в нашей стране, когда речь идет о культуре в границах империи, говорить «культура Византии», а когда обо всей восточнохристианской культуре, тогда говорить «византийская культура». Но это не привилось, к тому же я не уверен, что это адекватно переводимо на все европейские языки. Потому путаница неизбежна, и мы с вами вынуждены с нашими скромными силами, а я, искренне сознавая собственное недостоинство, заниматься образованием, вынуждены заниматься, даже страшно сказать, просвещением. Держать в памяти двоякое значение термина «византийский» должен любой преподаватель, даже преподаватель математики. Ребенок просто может задать ему вопрос: так какая же русская или византийская? Русская несомненно и в полной мере византийская.

Сегодня в моем сообщении «византийская» означает только собственно культура Византии, культура грекоязычная, греческая средневековая культура. Вместе с тем я готов утверждать, что во многих аспектах наша с вами, драгоценная для меня русская культура есть византийская в исконном смысле этого слова, она связана с византийским наследием. А «российской культуры», строго говоря, не существует. Есть культура православная, восточнохристианская, есть культура русская, наша национальная, а российская культура — это просто механическое сочетание культур на территории Российского государства. Потому Министерство культуры РФ есть некий нонсенс, да простят они меня, ведь я у них тоже работал музейщиком много лет.

Первый аспект церковный. Мы должны помнить, что у нас византийская литургия, не просто православная, а именно византийская, что блестяще исследовано покойным Николаем Дмитриевичем Успенским, профессором тогда еще Ленинградской духовной академии, великим историком и литургистом в его трудах «Византийская литургия» и «Всенощные бдения», которые в общем более или менее доступны преподавателям, все-таки изданы, хоть и давно. Естественно, наша литургия не один в один византийская. Экзапостиларий (или светилен) — это осколок целого чина, который совершался, например, в Соборе Премудрости Божьей в Константинополе, целого чина с восшествием архидьякона с 12 дьяконами на амвон, облицованный золотом и слоновой костью. У нас такого великолепия нету сейчас даже в восстановленном храме Христа Спасителя. И все-таки она определенно византийская, она оформлена средневековой Византией и нами получена в редакции средневизантийского периода X-XI веков или иначе Македонского периода византийской истории. Нам это действительно небезразлично, потому что литургия есть живая связь культа и культуры, о чем говорил мой предшественник, совершенно закономерная связь, ибо литургия принадлежит и культу, и культуре.

С Византией в самом прямом смысле слова связаны три монашеские эпохи, три эпохи монашеских рассветов или, если хотите, возрождений в истории Руси. Первая эпоха — это первоначальное монашество, ибо преподобный Антоний Киево-Печерский постигал азы монашеского делания, если хотите, монашеской культуры в Византии. Вторая эпоха — это, естественно, эпоха преподобного Сергия, восстановление общежительного монашества и распространение по всей Руси до Заполярья пустынножительных монастырей, эпоха с прямым византийским влиянием, причем незаурядного времени — времени Палеологовского возрождения, времени исихазма, времени святителя Григория Паламы. И, наконец, было третье восстановление и возрождение монашества, совершенное еще одним выучеником византийским, преподобным Паисием Величковским уже во второй половине XVIII столетия. А если к этому прибавить немаловажное влияние Афона на русское монашество во второй половине XIX века, время возрождения Пантелеймонова монастыря на Афоне при выдающихся монахах того времени — духовнике Иерониме и игумене русского монастыря (Россикона) Макарии, то с Византией связаны по крайней мере три с половиной эпохи в истории русского монашества. Думаю, не надо в этой аудитории подчеркивать значение монашества для нашей национальной культурной и государственной жизни.

Еще раз замечу, что наш культ, то есть образ и типология богослужения — византийские. Вспомним замечательный летописный сюжет из начальной летописи. Послы святого равноапостольного князя Владимира, сообщая о своих, так сказать, константинопольских впечатлениях, уверяют, что при богослужении в соборном храме они не знали, находятся ли на земле или уже на Небе. Я полагаю, что это не художественный образ летописца, а безусловно первоначальный текст. Но вместе с тем я не допускаю мысли, что маститый киевский боярин, который прожил полвека, участвовал в десятке сражений и в сотне стычек, в десятке посольств, снес, скорее всего, не один десяток голов в боях, действительно потерял ощущение твердого керамического, плиточного пола у себя под ногами. Нет, он прекрасно знал, что он на земле, но он был славянин со славянским чувством прекрасного, и потому другим киевлянам и своему патрону, своему князю излагал так, чтобы другие славяне его поняли. Он знал, что его поймут.

То есть, мы же не совершали в полном смысле слова «выбор вер» при святом Владимире. Мы с будущими римо-католиками принадлежали еще к единой Вселенской церкви, но выбор богослужения, выбор культа мы действительно совершили, и совершили его в пользу Византии.

Византия — это также связь с Античностью, это в любой книге есть. Но почему для нас важна связь с Античностью, осуществленная нами только через византийское посредство? Буду здесь краток, об этом можно много прочитать. Дело все в том, что Античность — это не просто наследие ушедшей культуры, прекратившей свое существование полтора тысячелетия назад, есть ведь и христианская Античность. К сожалению, того не преподают в нашей школе. Так начните преподавать!

Христианство и Средневековье не идентичны. Средневековье закончилось в XVI веке, но мы с вами, слава Богу, по-прежнему христиане. Так же точно средневековая культура возникла в рамках Вселенской христианской церкви, а вовсе не наоборот. Христианство складывается в Античности, и после веков гонений были бесспорные века христианской Античности или, если хотите, античного христианства. Это IV, V и VI века.

Святитель Василий Великий ни в коем случае не средневековый отец церкви, он античный отец церкви. Можно назвать и множество других имен. И наследие христианской Античности мы получили сразу в византийской репродукции, готовеньким, его нам преподнесли на подносе. Уже в силу того мы с вами в большой степени византийцы.

Второй аспект имперский. Повторю (я уже говорил это в этом зале), что единая Киевская Русь — это миф XVIII века, мифологема, сочиненная за письменными столами, такого государства никогда не было. Государством в домонгольской Руси было любое княжество и каждое княжество. Единая Русь была впервые создана только в конце XV века при возможно величайшем нашем государе Иоанне Третьем Васильевиче. И будучи созданной, наконец, как единое государство, Россия сразу же стала империей. Мне доводилось об этом писать. И моя статья «Империи в мировой истории» издана неоднократно. Я постоянно ее дописывал и переиздавал. И в последнем моем сборнике, который здесь можно было купить, а теперь уже нельзя, она тоже переиздана. Она есть и в интернете. Кто затрудняется, может подойти ко мне потом и получить интернетные адреса.

С момента своего появления, повторяю, в царствование Иоанна Третьего, Россия обладала всеми признаками империи: и полиэтничностью, и наличием автономных провинций, каковой было, например, в XV веке Касимово царство на Волге.

То есть, мы прямые преемники Византии. Более того, мне доводилось доказывать, что не только русские, а все православные Вселенской церкви, и византийские греки, и балканские славяне, такие, как святитель Киприан Киевский и Московский, болгарин по рождению, вместе с русскими создавали Россию как преемницу угасающей Византии. Мы получили Российскую империю прямым церковным волеизъявлением. То, что церковь повелела и что существует несколько сот лет, должно восприниматься, как я смею подозревать, как проявление, как осуществление Божественной воли. Мы были созданы как империя. И в качестве империи мы веками были защитниками других восточных христиан. Вспомните бесконечные восточные войны России. Насколько хватало сил, мы и при Иоанне Третьем, и при Иоанне IV, и при Федоре Иоанновиче после разорений опричнины, и после Смуты при Алексее Михайловиче, и в XVIII веке в самое неудачное Анненское, а потом и в Екатерининское правление, и тогда, когда мы вели бесконечные русско-турецкие войны XIX века, которых было, между прочим, четыре, мы сражались не за свои государственные интересы, мы исполняли имперский долг.

И когда сейчас мы возмущены, когда мы испытываем глубочайшее омерзение от того, что сомнительно законные и несомненно нерусские режимы последних лет предают, например, православных сербов, а если вдуматься, то не только православных сербов, но также православных греков на Кипре, и православных коптов в Египте, и почти православных, стремившихся, кстати, всегда к православию эфиопов, когда наши режимы последних лет их предают, а нас это возмущает, — то это только потому, что мы с вами остаемся носителями имперского сознания, носителями того сознания, которое делало Россию, во-первых, прежде всего защитницей других восточных христиан и, во-вторых, честнейшим международным арбитром и для мусульман, и для народов Запада. Неслучайно в некрологе Александру Третьему один французский журналист написал, что в царствование этого государя в Европе невозможно было воевать без разрешения русского императора, а русский император такого разрешения не давал. Таким образом, безусловно, мы у Византии унаследовали также имперскую роль защитницы христиан, пусть и тяжелую, и имперскую роль международного арбитра.

Третий аспект. Имперское византийское наследие есть и в нашей культуре, и в нашем искусстве. Об этом можно очень много говорить, вспоминая, где мы научились каменному зодчеству, где мы научились иконописанию, но вот один пример. В XIX веке, начиная с Константина Андреевича Тона, мы возвращаемся не только к национальной архитектурной традиции, но и к имперско-византийской. Тону и его заказчику императору Николаю Павловичу было труднее всего, потому что тогда даже истории византийской архитектуры еще не существовало. Они двигались на ощупь, а мы с вами при открытии наших Рождественских чтений уже молились в храме, с которого началась эпоха возврата к византийскому наследию.

И хотя стиль историзм, открытый Тоном, исчерпал себя к концу XIX века и в XX веке был сменен блистательным и гораздо более национальным модерном, тем не менее типом большого соборного храма в России остался неовизантийской собор. Началось это с Константина Тона, закончилось это последним крупным соборным храмом, возведенным в России до ее разорения революционерами — Морским собором в Кронштадте архитектора Косякова. И модерн этого не поколебал. Хотя приходские храмы, монастырские храмы строились в модерне, но большие соборы так или иначе были соотнесены с византийским наследием. По сути дела, так или иначе они обращались к Софии Константинопольской, Софии Цареградской. И то очень существенно, особенно если помнить, что все русские всего лишь каких-нибудь 8 лет назад имели достаточно дерзновения молиться о возвращении креста на Святую Софию Константинопольскую. В конце концов, история не исчерпана, история не закончена. И мы не знаем, может быть, там и будет Крест Господень. Пусть на меня обидятся турки!

Еще один маленький штрих, касающийся церковных искусств. В XIV веке в каменные храмы под влиянием конечно же деревянных храмов проникает высокий иконостас. Древнейший высокий иконостас, дошедший до нас, находится в Троицком соборе Троице-Сергиевой лавры. Но с середины XIX века в рамках архитектуры романтизма, затем историзма, затем модерна возвращается низкий, византийский иконостас, а с ним и византийское пространство храма, в котором алтарь воспринимается молящимися как часть единого храмового пространства. Это случайность? Вот оно! Архитектура иконостаса — это искусство, связанное с культом, это культовое искусство, это часть богослужебного, культового искусства. И тут мы тоже вернулись к византийским корням.

И, наконец, четвертый, языковый аспект. Конечно, мы с греками и грузинами принадлежим к одной культуре, и все же мы несколько другие, наша национальная культура — русская. Однако даже в национальном плане нам совершенно не безразлична Византия, ее история, ее культура, ее наследие. Есть византийское и в национальной Руси. В замечательном сборнике 1918 года «Из глубины» поэт и образованнейший человек Вячеслав Иванов протестует против готовившейся новоявленным большевицким режимом реформы правописания русского языка. Мы все в этом зале, в том числе старейшие, жертвы этой реформы, одной из наиболее мерзостных и антикультурных реформ революционного режима. Вячеслав Иванов в частности отмечает, что через византийскую культуру, через влияние греческого языка на русский язык мы во многом эллинизировались. И он отчасти прав. Посмотрите, сколько было эллинизаций. Первая эллинизация славянского языка или, если хотите, древнерусского (сейчас большинство филологов считают, что это одно и то же) была проведена стараниями святых Солунских братьев Кирилла и Мефодия и их учеников. Вторая эллинизация (так называемое «второе южнославянское влияние», как раньше писали) — это эпоха преподобного Сергия, его учеников, а если говорить о языке, то одного из последователей Сергия, преподобного местночтимого Епифания Премудрого. Третья эллинизация — эллинизация времен святейшего патриарха Никона середины XVII века, смею утверждать, одного из величайших деятелей всей русской культуры. Мне уже много лет, но я не теряю надежды дожить до его канонизации.

(очень короткие, слабые аплодисменты)

Заметьте, как полосы эллинизаций проходили хотя бы на примере греческого имени Георгий. Оно быстро превращается в русском летописном варианте в Гюргия, затем в Юрия. Но вторая эллинизация XVII века возвращает Георгия, затем появляется Егорий, который становится Егором. В силу того Георгий, Юрий и Егор вроде бы разные имена, но это просто разные пласты эллинизации в русском языке. Можно привести много других примеров. Наконец, была и четвертая эллинизация. Это XIX век, Оптина пустынь, братья Киреевские и конечно в огромной степени Константин Николаевич Леонтьев, может быть, один из величайших наших философов. Таким образом, для русского человека эллинизация (византизация, если хотите) совершенно не безразлична.

И чтобы вас развлечь, я просто приведу совершенно фольклорный, простонародный пример — византийский и наш двуглавый орел. Он принят как наследие при Иоанне Третьем. И вот заметьте себе интереснейшую вещь. Двуглавый орел был необычайно популярен на простонародном уровне. Я видел огромное количество упрощенных двуглавых орлов в северной деревянной резьбе, просто украшающей причелины северных крестьянских домов. Там он использован даже не как символ, а просто как орнамент. До какой же степени надо воспринимать сердцем и любить двуглавого орла, чтобы просто пускать его орнаментом! Видел я в хороших коллекциях и женские выходные рубахи, где по рукаву сплошным потоком идут орлы, орлы, орлы, орлы, орлы… Они вышиты крестиком, орел еле угадывается, но это все же двуглавый орел. То есть, византийское влияние русской нацией было воспринято сердешно.

Времени у меня больше нет, и хочу вам сказать, отцы, братья и сестры, что в советское время с византийским наследием боролись так, как ни с каким другим. Один короткий пример. Почти все, наверняка, знают, может быть, у кого-то дома стоит, в библиотеках есть, двухсоттомное, самое грандиозное издание в мире «Библиотека всемирной литературы». Так вот, на 200 толстых томов не нашлось ни одной страницы на тысячелетнюю византийскую литературу! Для сравнения, Западное Средневековье занимает 6 томов, а исламское — даже 7 томов! Нам мешали, но издания все-таки есть. Лучшая в мире история Византийской империи, история поповича, кстати, глубоко православного человека, профессора Федора Успенского, наконец, издана в 1990-е годы. Найти можно. Когда буду готовить этот материал для печати, разверну его и сделаю пространнее. Так пойдет и в интернет.

Пожалуйста, елико возможно увеличивайте удельный вес всего византийского в среднем и высшем образовании, даже на уровне воскресной школы! Находите картинки, показывайте их детишкам. «Сим победиши!», сказано о Кресте, но и сим, византийским наследием, мы тем паче уверенно победим!

(аплодисменты)

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Судебник Иоанна Третьего 1497 года  
18 марта 2016 г. в 20:49

Радио «Радонеж», Москва. 1997.
Отекстовка: Сергей Пилипенко, март 2016.

Сегодня, дорогие братья и сестры, хочу вам напомнить об одном юбилее, о котором все забыли, хотя его должно праздновать с общегосударственным размахом. Юбилей серьезный. Полтысячи лет тому назад, в 1497 году государем Иваном Третьим в совете с избранными людьми разных чинов был издан судебник.

Не думайте, что это маловажное событие. Во-первых, это первый общерусский судебник со времен Правды Русской Ярослава Мудрого, великого князя Киевского. Их разделяют с середины XI века до конца XV века целых 4 столетия. И до того в раздробленной Руси общерусского законодательства и быть не могло. Во-вторых, Иоанн Третий — первый настоящий создатель России, создатель Русской державы, первой в истории Русской державы.

К сожалению, вас продолжают учить и в средней, и в высшей школе тому, что некогда была Киевская держава, а потом она, к сожалению, «феодально раздробилась». Так вот, «единая Киевская держава» была выдумана за письменным столом, они никогда не существовала. Государством в домонгольской Руси было любое княжество, без исключения. И принципиальной разницы в этом плане между XI веком и XIII веком не было. Единственное отличие от XI-XII веков было в том, что в XIII-XIV веках мы подвергались иноземным вторжениям со всех сторон, что конечно ослабляло связи между княжествами. Но государством по-прежнему оставалось каждое княжеством. А в конце XV века появляется Россия.

То был долгий процесс. Строго говоря, мы не можем точно указать дату создания единой России, указать год этого события. Наиболее подходящий год, конечно, 1480. Это год Стояния на Угре, год разгрома Орды, год уже фактического прекращения исторического существования Орды. С этого года Иоанн Третий законно пишется «самодержцем», что ровным счетом ничего больше не значит, кроме того, что он государь отныне суверенный, что над ним другого государя больше нету. То было, конечно, важнейшее, ключевое событие. Причем до того уже были присоединены Новгородские земли и почти все Великорусские земли. Все земли, находившиеся под русским управлением, были объединены.

И все-таки, как мне кажется, то было хоть и важнейшее событие, но не итог, не подтверждение того, что Россия начала существование в качестве единой и суверенной державы. Например, Великое Тверское княжество было присоединено только через 5 лет, в 1485 году. Не все еще было решено также с титулом государя.

Мы должны помнить, что именно Иоанн Третий первым среди великих князей Владимирских и Московских писался «царем», правда, осторожно, сдержано, но все же мы не имеем ни малейшего основания считать первым царем Иоанна IV, кстати сказать, в высшей степени неудачного монарха, во второй половине царствования переставшего быть царем и ставшего тираном. Мы должны считать первым царем, как и считали русские люди в то время, Иоанна Третьего. Таким образом, он наш первый царь, а царь — титул императорский. Значит, он и первый глава Российской империи, которая тогда еще называлась Русским царством.

Кстати, напомню вам, в 1980 году мы с некоторым скрипом, с помехами со стороны всех не любящих Россию и русских, которых всегда было много, отпраздновали славный юбилей Куликовской победы святого благоверного князя Димитрия, а ведь должны были бы в тот же год праздновать и Иоанна Третьего, окончательный разгром Орды ровно через сто лет. Но тогда про Стояние на Угре в 1480 году никто не вспомнил. Так давайте вспомним хотя бы 1497 год. А почему? А потому что это было последнее существенное дело создателя Российской державы по ее устроению.

В сущности, конечно, не один Иван создал Россию. Ее создали все русские люди, но всегда есть избранные творцы народного, национального деяния. Здесь мы должны посчитать таковыми всех бояр московских, прежде всего представителей старомосковской боярской знати. Они из поколения в поколение рука об руку с владимирскими и московскими князьями трудились над созданием России. Бояре Иоанна Третьего были потомками бояр Дмитрия Донского, а многие из них и потомками бояр Александра Невского. Потому, конечно, нашей славной русской аристократией были избранные люди, создававшие Россию.

Но всегда есть вождь. И вождем был Иоанн Васильевич. И если создание России олицетворяется его добрым именем, его доброй памятью, то мы должны считать временем создания России, конечно, все его пребывание на престоле. А он пребывал на престоле долго. Вокняжился в 1462 году, а скончался в 1505 году. Полных 42 года на престоле! Даже немного дольше. Это счастье, это Божий дар русским людям, что первый и несомненно, если не лучший, то один из лучших наших царей так долго царствовал, если хотите, был рекордсменом по времени правления. Было бы куда хуже, если бы 42 года продержался его внук Иван IV со своей мерзостной опричниной, по сути дела отступничеством церковным. Или куда хуже было бы, если бы 42 года продержался Петр I с его антицерковной политикой и его реформами, враждебными церкви, православию. Не оставлял Господь Россию, дольше всех правил Иоанн Третий.

За это время, как я уже говорил, он объединил русские земли, оставшиеся в русском управлении, то есть официально вернул Ярославские, Новгородские, Тверские земли, а фактически также Псковские с Рязанскими. Тем самым он же поставил задачу воссоединения русских земель, находившихся тогда под нерусским управлением, то есть земель Великого княжества Литовского, которые мы сейчас называем почему-то Украиной и Белоруссией.

Он разгромил Орду в 1480 году и тем самым поставил задачу решать проблемы взаимоотношений с наследниками Орды, с Казанью, с Астраханью, Сибирским ханством, что было выполнено при его преемнике. Он же ввел Россию в круг европейских держав, явил себя государем великого государства и поставил тем самым задачу добиться у западноевропейцев в первую очередь признания за Россией полного юридического права быть преемницей Византии, быть преемницей Нового Рима, «Третьим Римом». Вспомним, что двуглавый имперский римский орел стал русским гербом тоже в славные годы правления Ивана Третьего.

Он был благочестив, и в его правление была успешно проведена тяжелейшая борьба со страшной нечистью, как правильно теперь говорить, не с ересью, а что гораздо хуже, с антисистемой, которую тогда называли «ересью жидовствующих». Но если еретик есть в сущности христианин, уклонившийся от церковного учения, и всегда можно надеяться убедить его отказаться от неверных, еретических взглядов, то в так называемой ереси жидовствующих мы имели дело именно с антисистемой, со скрытым тайным антихристианством, стремящимся разложить православие на земле Русской, разрушить православную культуру. И победа над ересью жидовствующих тоже деяние времен Иоанна Третьего.

Он немало сделал для внутреннего устроения общерусского государства. Именно при Иване Третьем, как отмечали многие историки, начиная с Карамзина, из вотчинного совета владимирских князей боярская дума превратилась в аристократическое правительство России. Он регулярно вводил в думу потомков бывших князей — князей Суздальского дома (Шуйских), князей Литовской фамилии, князей Тверского дома. И таким образом боярская дума из Московской (Московско-Владимирской) стала Русской.

Иван Третий создал и русскую армию. Раньше она состояла из дружин и городовых полков. Своей поместной реформой Иван создал армию всей России.

И, наконец, Судебник. Естественно, это увенчание государственного созидания, ибо каждое государство имеет свои законы. Это второй русский закон в истории после Ярослава Мудрого. Обращусь вкратце к одному моменту в Судебнике 1497 года. Есть одна застарелая ошибка, которую вы встречали в учебной литературе, что Судебник Ивана Третьего, введя норму крестьянского перехода от вотчинника к вотчиннику в Юрьев день, тем самым якобы ограничил крестьянский переход. Думается, это неправда. Дело все в том, что до Ивана Третьего никакая норма вообще не регламентировала крестьянского перехода. Из этого не следует делать вывод, что крестьяне могли перейти в любой момент, ибо властный вотчинник мог бы сказать: «Права твоего никто не ограничивает, а я тебя не отпущаю!» И кому жаловаться будешь? А теперь, с созданием Судебника право уйти крестьянина к другому владельцу гарантировал закон и авторитет государя. Таким образом, Иван Третий не готовил крепостничество, а наоборот, оградил крестьянина от закрепощения. Вспомним его и за то добром!

Мы плохо знаем своих великих, мы мало читаем жития святых и совсем забываем тех, кто не был прославлен, тех, которых мы должны прославить, должны перед Небесами. Весьма прискорбно, весьма печально, что мы мало изучаем жизнеописание Иоанна Третьего. Я перечислил его многие достославные деяния и должен вам сказать, что неполезно нашим школьниками лучше всего знать имена Ивана IV и Петра I на фоне многих славных и доброжелательных государей русской истории. Вряд ли кто-нибудь со мной не согласиться, что это так. Неполезно изучать историю царей прежде всего на примере двух тиранов. А ведь у нас других и не было до коммунистического порабощения. Для сравнения, в итальянской истории были десятки и десятки тиранов. И, может быть, начинать изучение истории царей надо с Ивана Третьего.

И еще одно. К тем, кому уже довелось быть прославленным святой православной церковью, мы обращаемся на молитве прямой, мы служим им молебны, мы молимся об их заступничестве. Но мы можем иметь молитвенную связь и с теми, кто еще не прославлен. Мы делаем это на панихидах. Может быть, пора нам всем усердно поминать непрославленных праведных Земли Русской на панихидах, а среди них и первого государя Русского Иоанна Третьего, памятника которому мы до сих пор не воздвигли в нашем Отечестве!

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Ключевые слова: империя 27 иоанн третий 2 юрьев день 4
Сопоставляйте!  
15 марта 2016 г. в 23:29

Радио «Радонеж», Москва. 1992
Отекстовка: Сергей Пилипенко, март 2016.

В церкви Англии произошло печальное событие, могущее вызвать самые трагические последствия. Англикане допустили у себя женское священство. Это правда грустно, что до такого безобразия докатилась «старая, добрая Англия». В самом деле, как же они читают апостола Павла? Он же повелел в собрании женщине молчать. Как же их священницы, которых они понаделают, будут молча литургисать? Не знаю, что они думают…

Об этом сообщила наша пресса, а наше телевидение отметило, что епископат Российской церкви ответил глубоким неодобрением того, что произошло в Англии. Не сомневаюсь, что этим вызвано глубокое сожаление о происшедшем, глубоко христианское сожаление его святейшества патриарха и наших владык, его соепископов, сожаление от любви, а не от злобы. Но притом наше телевидение почему-то сочло необходимым заметить — а какое нам дело до внутренних английских христианских дел? Знали бы мы свое православное место и носа бы не совали.

А давайте-ка сопоставим. Американское правительство, которое, кажется, не объединено с нами узами братской дружбы, позволяет себе высказываться, что оно решительно поддерживает процесс реформ в наше стране. Помилуйте! А какое им собственно дело до реформ в нашей стране? Почему они осмеливаются что-то у нас в стране, на нашей земле «поддерживать»? Мы с англиканами по крайней мере христиане. А кто такие вместе взятые (за одной фигурной скобкой) американское правительство и наше? Кто такие американский конгресс и наш верховный совет? Или мы с вами чего-нибудь не понимаем? Сопоставляйте, братья и сестры, сопоставляйте! Сопоставляйте вслух и так, чтобы ваши сопоставления доходили до ваших близких, до ваших семей, до ваших собратьев по приходу, до ваших коллег на работе, до ваших соседей по дому. Не забывайте факты! Ройтесь в своей памяти, и на каждое выступление подобного рода, тем более, когда нас пытаются одернуть и поставить на место, отвечайте немедленно сопоставлением! Это наше оружие.

Вот началась компания за то, чтобы вернуть церкви награбленное, ограбив немедленно музеи. А почему для того надо уничтожать именно наши музеи, такую же часть православной культуры, как и наше богослужение, стержень любой культуры, а не забрать вместо того все награбленное у правительства, у местных советов? Церкви же принадлежало много зданий, не только храмы. Это хозяйственные постройки, это больницы, богадельни, училища. Верните нам всё! Отвечайте сопоставлениями, братья! Вам говорят, что нас ограбили музейщики? Не верьте им! Нас тысячекратно больше ограбили представители власти и представители хозяйственных кругов. Сопоставляйте и требуйте вернуть награбленное!

Хорошая штука — сопоставления. Берешь газету, например, «Известия» и читаешь: «Разъединение российских и чеченских войск состоялось». Каких-каких войск? «Российские войска» — это понятно. А «чеченские войска» — это что? Ведь нету такого государства — Чечня. А войска, как известно, имеют только государства. А когда войска появляются вне государства, то они называются как-то иначе, не очень приличными словами. Или теперь в нашей стране это можно?

Чечня безусловная часть Российской Федерации даже на нынешнем юридическом уровне. Пока ничем другим она не является. Может быть, она хочет отделиться, может быть, она даже отделится, — это не наше с вами дело. Это пусть политики решают. Но почему же у нее войска-то есть? Почему же в таком случае нету русских войск? Сопоставляйте, братья! Да, государство Чечня не существует, но есть же народ чеченцы. И если этот «уважаемый» народ может иметь свои войска, то почему свои собственные войска не имеет русский народ? Ну, российские войска пусть тоже будут, это же войска государства РФ. А нам с вами, наверное, пора завести русские войска. Они будут представлять интересы русского народа, русского этноса.

Или, может быть, Чечня обладает войсками на религиозном основании? В силу принадлежности к исламу? Тогда еще интересней! Сопоставляйте, и тогда мы придем к выводу, что нам пора создавать патриаршую гвардию. Сопоставления полезны нам и удивительно неполезны нашим противникам.

Вот еще пример. Заговорили о государствах бывшего СНГ. Пишут: «мусульманские страны». Интересно, а почему никто не говорит о России: «православная страна»? Знаете ли вы, что русских в Российской Федерации 82% населения? Это больше, чем литовцев в Литве, это больше, чем узбеков в Узбекистане, это больше, чем кого угодно в новых, «суверенных» государствах, за исключением, пожалуй, двух — Армении и Азербайджана. В этих двух более высокий процент первенствующего этноса. Причем в Азербайджане этот процент стал выше только после того, как оттуда вытеснили армян. А до того только Армения нас превосходила. Почему же мы не говорим о православной стране России?

А которые еще страны православные? Ну, если мусульманская страна та, где большинство мусульмане, то тогда православная страна — это Казахстан. Там большинство населения — православные. Почему же кто-то уже осмеливался говорить о Казахстане как о мусульманской стране? Нет, простите, но нас, православных христиан, это не устраивает! Наших там большинство, а страна почему-то «мусульманская». Это что-то уж совсем странное, и на оккупацию похоже.

Или Латвия, например. Латвия должна называться православной страной. Русских, правда, меньше половины в населении Латвии, но без латгалов латышей гораздо меньше, чем русских. И даже если всех безбожников в Латвии посчитать по религиозной принадлежности большинства их нации (латыши в основном лютеране, а латгалы в основном католики), то Латвия может и обязана называться православной страной. Сопоставляйте!

Очень интересно сопоставлять и вот такие факты. В Ташкенте до сих пор запрещено русское национальное культурное объединение. Мы гостеприимные люди, мы вот у себя в России позволяем открывать мусульманские объединения. У нас даже мусульманские соборы проходят, а ведь мусульман на территории РФ гораздо меньше, чем православных в Узбекистане. Сопоставляйте! Это замечательное занятие!

Сопоставляйте обязательно вопросы собственности. Нам говорят, что не надо считать деньги в чужих карманах. Замечательно! И не будем считать! Давайте посчитаем деньги в своем кармане и сопоставим, какой процент собственности был в русских и какой в православных руках народов Российской империи до революции. Сопоставляйте и вы увидите, сколь высокий процент собственности должен принадлежать православным христианам. Вы можете найти необходимые справки в энциклопедическом словаре «Россия», перепечатанном только что со старого издания Брокгауза и Эфрона, и в книге Ольденбурга «Царствование императора Николая II».

Сопоставляйте вопросы внешней политики. Иначе вас введут в недоумение или могут случайно ввести в заблуждение, наверное, не по злой воле, а по безграмотности (у нас очень много безграмотных журналистов). Об Ираке говорят, что Ирак чудовищно агрессивное государство, что Ирак хотел съесть маленький Кувейт. Но, к счастью, мировое сообщество, вовремя отбомбившись по Ираку, избавило Кувейт от страшного агрессора. А теперь сопоставляйте. Агрессию против Кипра Турция совершила в 1974 году и до сих пор там сидит. А где же «мировое сообщество»? Почему оно не бомбит зловредную Турцию, подданные которой оккупируют северный Кипр в течение 18 лет! Это больше, чем месяцев, в течение которых генерал Хусейн оккупировал Кувейт. А вот государство Израиль в Палестине превзошло даже этот рекорд и продолжает оккупировать арабские территории с 1949 года. Сопоставление — хорошая и увлекательная игра, и приносит очень большую пользу.

Сопоставляйте, когда слышите об иммигрантах и коренном населении. Например, латыши, литовцы и эстонцы — это оказывается, «коренное население» прибалтийских территорий, а русские — «иммигранты», в то время как русские есть исконное население Виленского края в Литве, русские есть исконное население окраинных районов Латвии, особенно велико всегда было русское население в Латгалии. Наконец, русские основали город Юрьев (нынешний Тарту), город Ругодив (нынешнюю Нарву) и оказались… в иммигрантах. Вот интересно!

Если кто-нибудь предлагает вам считать себя иммигрантом и на общерусские деньги выселить себя и своих несчастных соотечественников с земель, где они столетиями жили, и поселить их на новом месте, отвечайте ему сопоставлением, посчитайте ему, кто иммигранты на русской земле, кто, когда и откуда приехал.

Боже нас сохрани когда-нибудь кого-нибудь выселять и изгонять из России! Это было бы ужасно и недостойно христиан, но если нам говорят о русских иммигрантах, наш долг в полемике ответить подсчетом всех иммигрантов, которые в разное время по разным причинам поселились на нашей земле.

Очень хорошо сопоставлять вопросы хозяйственные. Я того уже касался, но есть еще замечательный вариант для сопоставления. Мы всегда можем сопоставить, каков был вклад РФ в общую кассу бывшего СССР. Мы всегда можем даже подсчитать, каков был вклад русских. Наш вклад был больше всех.

И если нам говорят о чьих-то исключительных правах захватить и приватизировать наш авианосец или даже наш целый порт, наши заводы, стоящие на другой земле, отвечайте на это сопоставлениями. Разве американские заводы не стоят на разных землях? Разве Россия не может иметь свой завод на чьей-то суверенной земле? Так принято в мировом сообществе. Естественное, простое сопоставление покажет вам, что ограбление русского народа, других православных народов было больше, чем иных, хотя грабили, конечно, не только православных.

На все вопросы легко ответить цепочками сопоставлений. Рекомендую вам, играйте в эту игру. Она никогда не позволит кому-то вас дезинформировать.

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Ключевые слова: политология 21
О сущности революции  
15 марта 2016 г. в 23:26

Радио «Радонеж». Ноябрь, 1990-е годы.
Отекстовка: Сергей Пилипенко, март 2016.

7 ноября — годовщина так называемой Октябрьской революции. О нет, нет, не подумайте, что я собираюсь сказать, что она не была революцией, что истинной революцией была Февральская, а в октябре был переворот, как стараются доказать наши новые левые, наши необольшевики. Не буду доказывать и того, что говорили раньше коммунистические властители, что Февральская революция была не вполне полноценна, полновесна, потому ее надо писать с маленькой буквы, а вот Октябрьскую — с большой. Да просто не было двух революций, была только одна революция.

Каждая революция проходит свои фазы, их проходила и наша. Каждая революция среди своих бесчисленных жертв, как правило, людей честных и даже праведных, убивает и тех, кто ее начал. Деятели первых этапов революции часто погибают в последующих. Так крутилось колесо любой революции, например, английской, тем более французской. В этом нету ничего удивительного. Революция все равно одна. И противопоставлять Февралю Октябрь бессмысленно. Октябрь был совершенно закономерным продолжением Февраля.

А продолжение Октября, на котором революция не закончилась — это военный коммунизм, это НЭП с его одновременно жестоким и лицемерным гонением на православие, на русскую культуру, в том числе в светских ее проявлениях, на настоящую, подлинную элиту русскую, на гордость нации, на ученых мужей и просветителей наших, а потом это гонения уже не на священников, не на мудрецов, а на всех — на крестьян, ибо коллективизация — это тоже часть революции. И индустриализация — это часть революции, и это, между прочим, гонения также на рабочих. Крутилось страшное, революционное колесо. Не стоит и говорить, все и так понимают, что это ужас.

Клерикал Жозеф де Местр полтораста лет тому назад дал великолепную характеристику революции вообще: «Каждая революция происходит вследствие злоупотреблений власти, но последствия каждой революции неизмеримо хуже самых тяжелых последствий любых злоупотреблений любой власти».

Революция — это разрушение, ограбление церкви, посягательство на ее внутреннюю свободу, учинение в ней расколов, разрушение русской культуры как в высших ее проявлениях, где созидаются шедевры философии, литературы, архитектуры, так и разрушение того, без чего вообще нельзя жить — бытовой, житейской культуры, ведь мы в итоге революции разучились по-русски есть, пить, петь. Уверяю вас, англичане делают это по-английски.

Революция — это разрушения материального уровня, да, не самого главного, но человек же имеет право жить прилично. А раз уж он прилично живет, то тем более имеет право на защиту своей собственности. Дореволюционная Россия была одной из первых стран не только по своему промышленному уровню, она была, вероятно, пятой (некоторые утверждают, что четвертой), но в любом случае одной из первых стран по своему жизненному уровню. Вот чего нас с вами хотели лишить.

Революция — это уменьшение народонаселения. Скажите, это не самое важное? Ну, как сказать. Вот иные народы, в том числе христианские, а до них ветхозаветный, избранный Израиль придавали большое значение увеличению своего народонаселения. А что произошло с нами? Экстраполяция известна. Мы должны были превысить трехсотмиллионную цифру еще в конце 1950-х годов. Следовательно, сейчас Российскую империю населяло бы не менее 400 миллионов человек.

Революция — это разрушение территории. Все, что исторически принадлежало России, принадлежит России. Те территории, которые у нас были прямо отторгнуты или отторгаются в итоге революционной национальной политики, — как ее не называй — «ленинской», «сталинской», «советской», — это итог заложения бомб замедленного действия в виде республик, автономий и тому подобного. Вот итоги революции. Мы вправе считать отторгнутые таким образом территории оккупированными. Это наша земля, российская, земля православной державы.

Не в одном чем-то, не только в ограблении, в массовых убийствах, в терроре, в конфискации земель, во втором новом крепостном праве «колхозов» мы должны видеть зло, а во всех аспектах, во всей революции. Мы к этому еще не привыкли, а тем более не хотят привыкать наши нынешние правители. Вот переименовывают же некоторые улицы и станции метро, а станция метро «Площадь Революции» остается на своем месте, и никто ее не переименовывает. Обратите внимание, братья и сестры, а у вас в городе нету ли какого-нибудь «проспекта Революции»? А сколько улиц у вас до сих пор носят имена революционеров, то есть уголовных и политических преступников?

Революция в целом — вот чудовищное преступление!

Это преступление перед лицом Всевышнего, потому что «мир вам» говорил Он, приходя к Своим ученикам. Это преступление перед церковью.

Россия — особая страна. Россию создала Вселенская православная церковь. Волею вселенского православия она существовала как опора церкви. Все принимали в этом участие, все созидали опору православия — русские и украинцы, греки и болгары, все православные народы, другие православные народы России — коми, мордва, марийцы, удмурты… Таким образом, это преступление перед церковью, это преступление перед нацией.

И последствие преступления революции не будет преодолено до тех пор, пока не будет компенсирован русскому народу, самому пострадавшему народу XX века, весь ущерб, весь урон, который был ему нанесен. По крайней мере, покуда у нас нету православной державы, термин «компенсация» должен быть в нашем обиходе. Верните нам все имущество, компенсируйте тот грабеж, который вами, вашими предшественниками был учинен.

Надо только понять, что революция — это зло, особенное, чудовищное зло, как и наша, российская революция. Революция всегда зло, хоть в христианской стране, хоть в мусульманской или в какой-нибудь иной стране. Все просто, революция — это преступление.

И, наконец, обращаю ваше особое внимание на то, что целью революции было конечно уничтожение России. А тот, кто желает уничтожения России, может быть сторонником общественной собственности на средства производства, как тогдашние большевики, а может быть и сторонником частной собственности на средства производства, потому что вовсе не ради введения общественной собственности учиняли революцию, не ради того, чтобы разделить имущество буржуев среди всех, хоть это тоже преступление, ибо это грабеж, а ради разрушения России. Общественная собственность была тогда просто удобным механизмом для того. А сейчас удобным механизмом оказалось учинение частной собственности без компенсации, без разговоров о компенсации. Но учинение общественной собственности снова может явиться орудием разрушения России. Это ведь все мелочи. Если снова говорят, как мы слышим по телевизору, что «мы хотим объяснить трудящимся рабочим, что они главные в этой стране», то перед нами, хоть эти люди сейчас не у власти, снова революционеры, снова лжецы! Ибо нету «главных» в православном народе. Крестьянин и рабочий, казак и офицер, предприниматель и ученый — все важны. Важны все, кто живет в этой стране.

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Ключевые слова: революция 85