Лекции историка Владимира Махнача  
31 декабря 2050 г. в 09:00

Отекстовка фоно- и кинозаписей: Сергей Пилипенко — http://vk.com/sergei.pilipenko

МИРОВЫЕ КУЛЬТУРЫ

О курсе лекций История мировых культур
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/36148cd5858c41308abe55e7d38795f0

Что есть народ (этнос, нация)
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/3e998733cfa84ab2bbd8c9e94cb0ef7e

Что есть культура
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/6c030c47f44c45c29064ce47f71f0da7

Основы этнологии
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/f80afacba0c447fba57b1998e07496d8

Основы теории этногенеза
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/a9e6badf925e432b92923904c1053c8b

Культура и цивилизация
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/f0aa490cfc5f4805b1e6d20d4838fc64

Религия, культура, цивилизация
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/29d1860e8a73465ea4c70419760dca8b

Культура традиционных и первобытных обществ
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/252bd4b3127745abb107474eac65f3d1

Гидравлические цивилизации
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/e9b89776b1a74115a577092e2f927a4c

Египет
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/3909d759379f4436944e734be743afbf

Вавилон и Ассирия
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/9b2011f8d4bf433991e42a4d7581c17d

Палестина и Финикия
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/14d97248ff154c3a826c8c10632c7066

Сирия, Палестина, Карфаген (2001)
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/421b4099988b46f3a2f747ce31693177

Сирия, Палестина, Карфаген (2005)
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/e5da0fe3f2354260ad51f8761f9e3df1

Древний Китай
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/3dd9e5c7ae1e4df0a9a6649587c10fa3

Великое арийское переселение. Хетты
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/b62a11271fa641b28405a084927a9a90

Индия и Иран
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/29e17f1bef2c41f29349659650fdeeb4

Критяне и ахейцы
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/8baa49947e8446cf800d17fe5d498afd

Эллада
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/978c3f654b394068ab8b3737f4d82682

Эллинизм
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/b5c0e232e47847cca29775f3edc90a64

Рим
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/6266bfd3628f41a591d3bb5e485f162f

Кельты
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/5b69d3612a4b4470925e1b6bd84a227b

Закат Античности
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/33374fdfe8274878a449b4a3c673c2a0

Великое переселение народов
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/aa552ce42f9449aba7d1d47289118363

О христианстве
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/bfcc69a0167047f9b6aa4a7bbf21aa26

О понятии империи
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d1f55e965794f7ba0e6848828d21065

Империи в истории
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/eee85d94949440f5b500583d2ca38bf7

Империя. Православное царство
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/3971ec8b7ded4c50844c89428475e68a

Византийская империя
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/467617254ecb4161922635eadd3a749d

Византия. Очерки христианской Римской империи
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/cc2445c4dfff4d029164b9d956bc8e64

Ислам
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/2a15ef181b0240e18f7fa41bb42e1e40

Западное Средневековье
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/cf33d094a7b44716bbbe14ab4c7eac7f

Скандинавия
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/d811ec02da674ffb8bacdec4b82f7d58

Иконоборчество
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/ba5b36d7bfd84bd1be3b81477480b16f

Падение Византии 1204
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/ae88b470281f4674a3bdfc041d6886e5

Ромеи после падения Константинополя в 1204 году
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/1b551f4e662444d585708481e54fb638

Рождение двух христианских культур
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/46c119799fcc4277935a4314630d8f26

ИСТОРИЯ ОТЕЧЕСТВА

Славяне
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/e21d41edde6c4822b3977bfecca840a6

Происхождение русских
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/ce7ba3c1933d462f85143244164adfa1

Домонгольская Русь
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/ae9ea575e78e46dc86a15e449cd85d6c

Святитель Стефан исповедник, архиепископ Сурожский
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/4298825f3a39408c94e1f8b2a411b53a

О якобы насильственном Крещении Руси
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/947f97d67c904613b725df523509ec8a

Крещение Руси (Сахалин, 2004)
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/90fbf77a68f347c68706529bf3a85f25

Крещение Руси (Сокольники, 2005)
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/0df944ba80324fefa9b889f56af28b6e

Крещение Руси (Университет Иоанна Богослова, 2006)
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/1b4ea3c802e54e998a69079a1ee14db9

Беседа в день 1020-летия Крещения Руси
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/017cccc39c40456a902dc09d06acb016

Александр Невский. Первый русский человек
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/13a8897937264ea2a67bf55aa9a7b56f

Владимирское предгосударсвто (2003)
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/e9e1c28350264740a67dd2822a3b9b6c

Владимирское предгосударство (2006)
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/804eea2c6f0047a6853f498cec5d0525

Эпоха Сергия Радонежского
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/ab6fa69c42b748a89437a8365591eb46

Исидор. Раскол Киевско-Московской митрополии. Автокефалия на Руси
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/cac22a9f0b144e41b3bb0c33f74e20df

Восхождение Москвы
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/2ace88e097d34f7b9e3bdc27a93d714d

Иоанн Третий. Создание России
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/57b750393f254a46847f43c82e9c30fc

Ересь жидовствующих
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7331f1b4a161482f90589285145209d7

Таврия
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/84f06b64492647e89af401fc7efc59bc

Архитектура Москвы XIV-XVI веков
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/079cd49704fc4020bdb394cc9749ca6b

Василий III и Иван IV
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/89233db7b8544454891a28f7688add4d

Преступления Ивана Грозного
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/5edd05bde6d74b9394ef11f5de4c0610

Уния. Борьба за Православие (1999)
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/0aa014a50b764cfb82d185c9f2b558a0

Западная Русь (2006)
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/e514c2de0bc94a08b05c23ab1ad6f8a6

Борис Годунов и другие
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/73390ad6eb674bb39780190c2c80968b

XVII век
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/cab75ef6707b4b5993042a421fcb679d

Петр Первый. Государственный переворот (2000)
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/5af068a9ff1b40bb9e6ad98d3594bd84

Петр Первый. Реформы и их итоги (2000)
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7f282567ae1145e1a2cdacfb48be2ff3

Петровский переворот 1689 года (2002)
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/4e854e33ed7940618afd582450d3044e

Эпоха Петра Первого (2004)
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/d2fac1d979114a9fbad1e537747e3625

Век дворцовых переворотов (2000)
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/142df683493b40df89ddaad9b99660d5

Эпоха дворцовых переворотов (2004)
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/a48ba2301e7d45ac9c9c5dae1ba8bc30

Царствование Елизаветы
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/22d2f019cdfe4c90aba7d3a2df9850d8

Екатерина Вторая и российское дворянство
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/149c87e2b5b04ad8bb0232f06f3e5af6

Император Павел Первый
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/e0eb698711a94d37bf6b6ec2ca7a1cf3

Павел Первый. Первый романтик
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/d54cb0a2a55649228c3b60ad5d342c2d

Эпоха Александра Первого
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/a4872e47f79f4b468f35eee37d37f46b

Николай Первый. Возвращение в свой суперэтнос
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/19e7119d24cf4fbfb798a663f77c1a57

О царе-освободителе Александре Втором
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/4f95dee39d9d4220ba5500b77131a4c5

Александр Второй. Эпоха Великих реформ
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/751f09f5d0ca4d97ac86c2295e14531e

О русской культуре XIX века
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/b5fde310dd56497ca5f40e020cf31d3c

Александр Третий
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/869aaf3a84744a3590bb1c8128acf0d3

Русско-японская война
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/86e4ca5ebbe7405690108760d7c86738

Русско-японская война и ее последствия для России
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/568c651cde954013a61533c2440aca03

Николай Второй и Петр Столыпин
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/c3d237be2f6642cf97438216d9058f3c

О русской революции
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/70989e70b56c400bab868b575d7a2ad7

Россия во времена последнего царствования
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/d405dc64dfe7498b920def4470ba926c

Предреволюционная Россия
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/cd38fed398a44b899d6dad8777b0abe6

Итоги революции
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/b6af266195714e5cb2f3623af66cedbf

О предателях, героях и Второй мировой войне
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/207366217f8341398d362978d0ac6082

О Великой Отечественной войне и праздновании Дня Победы
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/8a0f642791dd46e0a24c0fa746a48ae8

Аристотель и Полибий. Проблемы политики
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/771cfd75cf244495ad91756190be57f8

Литература, рекомендованная Владимиром Махначом в его лекциях
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/a5a2386a496b41c18a3cf2ca3c52ae67

ОТРЫВКИ ИЗ ЛЕКЦИЙ
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/d972ec7388574d138d7f991c45b15979

БЕСЕДЫ И ВЫСТУПЛЕНИЯ
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/6cc891824f4e4947a2bad2ee833b2b8c

СТАТЬИ С 1970 ГОДА
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7749a283d916442fa55cc509df488ba1

Фонозаписи и кинозаписи лекций размещены также на сайтах

Mail.Ru
https://my.mail.ru/community/vladimir_makhnach
Одноклассники
https://www.odnoklassniki.ru/Makhnach
В Контакте
https://vk.com/Vladimir_Mahnach
https://vk.com/videos-2308367 (кинозаписи)
https://vk.com/audios-2308367 (фонозаписи)
Youtube
https://www.youtube.com/playlist?list=PLiTXsfpSRPt9_m5JbFcgrks44GiKAJV-9 (кинозаписи)

Для надежности все тексты размещены также на сайтах

LiveJournal
https://makhnach.livejournal.com/450.html
Mail.Ru
https://my.mail.ru/community/vladimir_makhnach/105C9C7FFEE382A5.html
Facebook
https://www.facebook.com/notes/417435128377147
Maxpark
http://maxpark.com/community/2418/content/1464873
Проза.ру
https://www.proza.ru/avtor/makhnach

_____________________________________________________________________________
Все отекстовки сделаны Сергеем Пилипенко — http://vk.com/sergei.pilipenko

Вы можете поддержать отекстовку
фоно- и кинозаписей лекций, бесед и выступлений историка Владимира Махнача (1948-2009):

Карта МИР РНКБ: 2200 0210 8684 8066 (через терминалы QIWI и Элекснет)
WebMoney: R672648363731, Z176074987728, E883337055537
Яндекс.Деньги: 410012388055530
QIWI: +79788802003
МТС: +79788802003

Читать далее

Антисистемы  
15 ноября в 01:34

2006 год. Часть 1. 2-ой части кинозаписи нет.
Отекстовка: Сергей Пилипенко, ноябрь 2017.

В конце XV века русские люди впервые в своей истории познакомились с антисистемой. Термин «антисистема» принадлежит Гумилеву, и его вполне приняли. Вот бегло некоторые типические черты антисистемы. Я всегда всех уговариваю, пожалуйста, отнеситесь к этому материалу серьезно, изучите его елико возможно, ну хотя бы прочитайте мою статью «Антисистемы в России», хотя лучше прочитать и Гумилева тоже.

Антисистема — это такая религиозная система, которая способствует деструкции общества, в то время как большинство религиозных систем, включая языческие, все-таки способствуют сохранению общества. Это первый признак. В наше время их деструктивную сущность прекрасно видно. Антисистемы подобного рода принято называть «тоталитарными сетками». Они действительно ведут к разрушению общественных связей, ведут к разрушению семьи. Все это мы знаем с экрана телевизора, все это мы читали. Теперь существует уже достаточно обширная литература, изданная в частности дьяконом Андреем Кураевым и профессором Александром Дворкиным. Справку получить можно.

В некоторых, отдельных случаях зловредность антисистем была так велика, что они воздействовали не только на общественные связи, но также непосредственно на этническое поле, сокращая таким образом продолжительность жизни этноса (народа). Так бывает конечно не всегда, должно очень не повезти. Такая антисистема, например, действовала на Ближнем Востоке во времена второго и третьего крестовых походов. Это так называемая «секта ассасинов». В современном французском языке слово «ассасин» значит просто убийца, оно заимствовано оттуда, еще тогда, во времена крестовых походов оно пришло из арабского языка во французский. Такая вот «хорошая» память о них осталась. Ассасины захватили и отремонтировали, частично построили несколько замков. Все они стояли на скалах и считались абсолютно неприступными. Их глава Хасан ибн ас-Саббах титуловался «Старцем Горы» и действовал на редкость просто. Кто-нибудь вызывает подозрения, чиновник, ученый, неважно кто — мусульманский эмир или крестоносный барон? Убить! Вызывает подозрение только тем, что слишком талантлив или, совсем уж не годится, честный? Убить! Как вы понимаете, когда антисистема начинает истреблять лучших людей, то она воздействует уже на этническое поле.

Убийца радостно совершал свое преступление и радостно ждал казни, хоть и догадывался, что казнят не сразу, что будут пытать. А собственно, какая разница? Пытка длится же несколько часов, а в загробном мире его ждет вечность, райская вечность. А как будет в этом раю, ему показали, обкурив, под гашишем. Оттуда и термин «ассасин», то есть «гашишин». Это действовало безотказно.

Маркиз де Монферрат, один из самых ярких крестоносных правителей на Ближнем Востоке, попробовал как-то противодействовать этой антисистеме. Убили. Попробовал и выдающийся ученый и честный вазир Низам аль-Мульк. Тоже убили. Это вам, пожалуйста, крайний пример — прямое воздействие на этническое поле. Ассасинов мы еще вспомним.

Другой общий, сводный признак всех антисистем — их негативное миросозерцание. Мир Божий им не нравится. Они находят его грязным, безобразным. Представить себе человека, который негативно воспринимает окружающий мир, довольно легко. Я таких людей встречал. Они необязательно были адептами антисистем, потому что один человек системы не образует, но они уже готовы. Представьте себе такую картину. Выходит человек в июньский сад после дождя. Сияет солнце, запах потрясающий, искрятся капельки еще не просохшей воды, а он смотрит на все это великолепие, на цветы и говорит: «Во, лужа!» Он ничего больше не видит. Это возможно. В древности подобными негативистскими чертами обладали антисистемы гностиков и манихеев. Обращаю ваше внимание на обширную литературу. Для начала можно почитать Гумилева. О манихеях есть вообще великолепный источник — «Исповедь» Блаженного Августина Иппонийского», потому что Августин до того как стать христианином побыл манихеем и сам это все знал. «Исповедь» издавали несколько раз. Это вообще замечательная литература и прекрасно переведенная.

Далее следует отметить, что антисистемам свойственен принцип разрешенности лжи, даже предписанность лжи, разумеется, только в интересах системы и только для своих. Это не значит, что они поощряют, когда другие лгут. А вот свои лгать должны. Представим себе провансальского, то есть южно-французского альбигойца. Антисистема была страшная. Папе пришлось устроить крестовый поход в Прованс. Может ли альбигоец подойти и прямо сказать католику, пусть неграмотному и простодушному, что я тебя сейчас просвещать буду, что все не так, что твой кюре (священник) тебе все налгал и что самый большой враг всего светлого Христос, прости Господи, а мы служим люциферу, он вот «светоносный» (дословно)? Понятно, что даже простодушный католик скорее всего съездит по зубам в ответ на подобное заявление, и может съездить очень крепко. Потому адепт антисистемы так не говорит. Он говорит иначе:

«Ты замечательный верующий человек, все в порядке, и у вас совершенно замечательный кюре, и он говорит хорошие проповеди, но только батюшка недостаточно хорошо образован. Потому я объясню тебе, чего не договаривает по неграмотности твой батюшка. Христос, несомненно, существовал, но он существовал в эфирном теле. Потому никто его, конечно же, убить не мог, враги убили его двойника, а Христос удалился в высшие сферы».

А как вы догадываетесь, если нету первого, нету распятия, то нету и искупления наших грехов, а если нету второго, нету воскресения, то и мы не воскреснем. Это совершенно замечательный удар, он благовидный такой, пристойненький такой. То была первая ступень, немножко уже воспитали. На второй ступеньке можно сказать уже немножко больше, а на следующей ступеньке еще больше.

А последнее испытание, как правило, серьезное. Вот, например, первой известной мне неклассической антисистемой, которая ненавидела не весь мир, не мироздание, а Римо-католическую церковь, христианскую веру, христианскую культуру, которая из веры вытекает, была секта, сидевшая внутри Ордена тамплиеров. Она была уничтожена в XIV веке. Совершенно очевидно, что большинство братьев рыцарей, а тем боле братьев сержантов, то есть младших членов ордена ничего о том не знали и ни к какой гнусности причастны не были. Но был «внутренний круг» (термин французских историков), который обеспечивал контроль над всеми руководящими постами, а мир тамплиеров тогда — это вся Западная Европа и весь Ближний Восток. Так вот, для того чтобы вступить в этот внутренний круг, необходимо было сделать две вещи. Но конечно не сразу, их сперва готовили, готовили, готовили, и вот последний экзамен, это уже полная проверка, после которой уже годится, потому что согласиться на такое довольно трудно нормальному человеку. Посвящаемый должен был сделать две вещи. Сначала он должен был плевать на положенное на пол распятие и топтать его ногами, а потом, для крепости, поцеловать, простите, в задницу посвящающего. На первое не согласится христианин, на второе не согласится дворянин. Но если прошел, то все нормально, можно считать, что годится, теперь уже свой.

Из разрешенности лжи вытекает не обязательная, но часто встречающаяся в антисистемах герметичность, то есть непроницаемость, закрытость. Научные общества герметиков, звездочетов и алхимиков, никакими антисистемами не были, ни на кого они не влияли, они только наукой занимались, и к себе не очень пускали. Термин этот стал универсальным, в технике оттуда же, например, герметичная банка. Закрытость лучше всего достигается через ряд инициаций, ряд посвящений: одна ступенька, вторая ступенька, третья ступенька… На каждой ступеньке тебе сообщают что-то новенькое. Так были устроены, начиная с XVI века, масонские ложи, раньше мы их не наблюдаем, они явление довольно позднее. Повторяю, не все герметичные системы суть антисистемы, и не все антисистемы герметичны, но часто таковы.

Я в свое время позволил себе гипотезу. Откуда берется принцип разрешенности лжи? Дело в том, что антисистемы исходно создаются с опорой на ложь. Ложь антисистемы антологического свойства. Иначе она и не может существовать. Почему? Дело в том, что антисистемы есть творение рук человеческих безусловно безо всякого благословения Господа. Они не отличаются оригинальными мыслями, они собраны с бора по сосенки из разных религиозных систем. Иногда даже ухитряются слепить из этого нечто философски очень привлекательное. Потому я всегда прошу своих слушателей, особенно молодых, отнестись к этому серьезно. И не потому, что они глупы, а потому что у них еще нету достаточного здравого смысла, жизненного опыта, чтобы ответить, как ответил бы я и многие из вас: «Да, да, да, очень красивое построение. Мне понравилось. А изначальная посылка у тебя какая?» И никто их них не ответит, потому что это невозможно.

Так вот, я всегда говорил, и буду говорить, я уверен, что достойным, порядочным человеком может быть не только христианин, но и мусульманин, и буддист, и индус. Но если я встречаю человека, который говорит, что он христианин и буддист одновременно и что вообще это одно и то же, я ни на секунду не усомнюсь, что в лучшем случае передо мною дурак, наслушавшийся злодеев, в худшем — сам злодей.

Ну, вот это почти все основные черты. Подробнее рассказывать не буду. Хочу только сказать, я обратил внимание, что для антисистем более поздних, которые возникают в XV и последующих веках, характерно другое. Для них характерна неклассичность, то есть они целенаправленно действуют и разлагают ту культуру, на которой паразитируют. Я впервые наблюдал это у тамплиеров. Как гуситы, например. Сам-то Гус был праведником, а вот его казнь превратилась в то, что всю центральную Европу с дикими кровопролитиями трясло несколько десятилетий, Чехия навсегда стала захолустьем, и онемечилась, кстати сказать.

Почему, например, во время Альбигойских войн, о которых я говорил, пришлось создать первую инквизицию, то есть систему негласного розыска альбигойцев? Очень просто. Весь христианский мир еще с римских времен привык к тому, что суд гласный, что свидетелей выслушивают, что они присягают на Библии. И тут вдруг выяснилось, что ничего сделать невозможно, потому что они ложно присягают сколько угодно и на чем угодно, что никто из них не признается, что он альбигоец, что все называют себя вернейшими, фундаментальнейшими римо-католиками, а свидетели просто исчезают, свидетелей убирают. Вот вам и вся причина возникновения первой инквизиции. Вторая инквизиция была уже порождением эпохи Возрождения. Но пока нам достаточно первой.

Так же точно вели себя жидовствующие. Когда святитель Геннадий Новгородский, новоназначенный архиепископ, с изумлением обнаружил антисистему, заметьте, первую в русской истории, то так как руководителями секточки были люди духовного звания (даже два священника, остальные были более или менее образованные миряне, кто-то псаломщик и так далее), так как они были ему, епархиальному архиерею, подсудны, то он их арестовал и в кутузку посадил. Жидовствующие радостно, с полным рвением покаялись, и Геннадий, разумеется, их отпустил. А они уехали от него подальше в Москву и, пользуясь тем, что отношения между архиепископом и великим князем были крайне натянутыми, надолго нашли себе там убежище. Вот вам, пожалуйста. Каяться могут сколько угодно!

Надо сказать, что революционные группировки часто антисистемы. Необязательно каждый революционер — антисистемщик. Целью революционера может быть примитивно, в лоб понимаемое установление социальной справедливости или коррекция правящей элиты, смена правящей элиты. Это политическая борьба, в этом ничего антисистемного нету.

Но посмотрите, что происходит перед французской революцией. Шарль Луи Монтескье пишет «Персидские письма», затем Вольтер пишет своего «Гурона». Это очень известная литература, скучная, доступная, давно переведенная на русский язык. Что общего у этих сочинений? Персонаж, — в одном случае североамериканский индеец, в другом случае персидский принц, — говорит по-французски (Вольтер не знал языка гуронов и имитировать его не мог), обладает хорошими манерами, умеет пользоваться как шейным, так и носовым платком, и с камзолом у него все в порядке. Но так как он гурон, то ему все, что является фундаментом французской жизни, неприятно, он постоянно высмеивает это. А что собственно неприятно этому вымышленному гурону? Конечно искренняя христианская вера, особенно церковь. Помните страшную фразу Вольтера «Раздавите гадину!»? Это же о церкви. Особенно монашество. Аристократические и демократические традиции средневековой Франции. Верноподданные чувства по отношению к королю. И так далее, и так далее, вплоть до обыкновения на Рождество есть гуся. Вот целый год как угодно, а на Рождество француз есть гуся. Ах, как смешно! Как примитивно!

Такие принцы не встречались на Иранском нагорье, а такие гуроны не водились на Миссисипи. Зато их выращивали в масонских ложах, аристократических салонах и философских кружках. Чем это все кончилось, известно — французской революцией, цареубийством и тем, что Францию затем полтораста лет трясло.

С моей точки зрения, примерно подобное можно наблюдать у нас, начиная с поколения Герцена и Огарева. Мы к этому еще вернемся, но не скоро. Об этом замечательно написал Достоевский в «Дневнике писателя за 1874 год». Я его процитировал в своей статье. Он пишет о Герцене, что тот не стал эмигрантом, а родился эмигрантом. Это уже сложившийся тип русского барина, который любит народ, но его народ обладает почему-то не чертами русского крестьянина, а чертами парижского «санкюлота», то есть бесштанника времен революции. Чем больше такой француз обожает вымышленную Францию, которую, конечно же, только угнетатели не дают создать, тем больше ненавидит реальную Францию. Такой русский, который жалеет народ, не существующий и не могущий существовать, настоящий русский народ презирает, а живет за счет этого народа. Александр Герцен исправно получал доходы со своих русских имений. Не могу не упрекнуть государя в недопустимом чистоплюйстве. Герцена конечно надо было вызвать в суд из-за границы. Он бы, разумеется, не приехал. На том основании надо было его судить и провести конфискацию имущества. И пусть его содержат английские друзья.

Так вот, неклассические антисистемы — это прежде всего социалистические, коммунистические и иногда шовинистические утопии, например, нацистская утопия. Классические антисистемы как-то сошли на нет и заменились вот такими политическими антисистемами, но до поры, до XX века. Мало того, что мы въехали в XX век с революционной антисистемой (таких и на других континентах было довольно много), но вернулись и все классические, религиозно-синкретические (вроде бы не имеющие отношения к политике). Мы их почти не знали каких-нибудь двадцать лет назад. Те немногие, которые были, были в подполье. Одна система квази-религиозного свойства существовала все годы советской власти, эти умеют конспирироваться, это «иеговисты», «свидетели Иеговы». Ни в коем случае нельзя считать ее, как это делают в энциклопедиях, христианской сектой. Это не христианское вероучение. Христианские секты — это, например, какие-нибудь добропорядочные евангельские христиане-баптисты или радикальный протестантизм. Это не антисистемы, это просто секты. Стараниями КГБ они все были не очень заметны.

Но как только запахли первые ростки горбачевской «перестроечки», хлынул целый вал антисистем. Некоторые — доморощенные, некоторые — привезенные. «Богородичный центр» — здешняя. Кстати, когда они появились, я никак не мог понять, что они такое — раскольничья группа или все-таки нечто худшее, и, разумеется, взял их брошюры. У меня хватает образования, чтобы понять, что там перемешано православие с элементами протестантизма, буддизма и индуизма. Все ясно, это антисистема.

«Белое братство» помните? Между прочим, их всех уже повыпускали, они все свои срока тюремного заключения отбыли. Тут их не видно, а как на Украине, не знаю. Может быть еще вспышечка.

Некоторые антисистемы — привозные. Это хабардианцы или иначе дианетики (сайентологи). Или чудовищная секта, довольно успешно захватывающая молодежь в свои лапища «Церковь объединения» американского корейца, миллиардера Муна. Антисистемность ее в разрушении семейных связей, кроме того еще богохульство. В США муниты покупали брошенные церкви в землях, откуда съехало население. У нас они такой возможности не имеют.

В начале «перестройки», когда власть еще побаивались, один батюшка замечательно ответил одному официальному советскому философу. Тот сказал батюшке: «Ну, вы же не будите отрицать, что у вас церкви закрываются, ведь никто сейчас их насильственно не закрывает». Действительно, в 70-х — в начале 80-х церкви то там, то здесь время от времени закрывались. Ответ был замечательным: «Это не у нас церкви закрываются, а у вас! Это у вас обезлюдели деревни, и все переехали в города, где вы не даете открывать новые церкви, а верующих меньше не стало».

Так вот, муниты очень любят покупать подобные заброшенные церкви. Храмы же все равно принадлежат какой-нибудь епархии. Причем они обязательно сохраняют весь интерьер римо-католической или англиканской церкви, помещают только одно дополнение — портрет Муна в центре, желательно, среди икон. У мунитов есть все признаки антисистемы.

В 60-е годы действие антисистем, не зная термина, прекрасно описал приснопамятный иеромонах Серафим Роуз. Его книгу «Православие и религия будущего» наверняка читали многие. Она у нас очень популярна. То было характерно для времени отца Серафима, для США 60-х годов, а сейчас это характерно более для нас, чем для Америки. Так что теперь мы имеем и классические, и неклассические антисистемы. Вот общая характеристика.

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Ключевые слова: антисистемы 9 секты 11
Антисистемы. Беседа 5/5  
11 ноября в 01:41

Беседа 5/5. 5 ноября 2008 года.

Ведущий: В эфире «Народного радио» программа «Религия и общество». Добрый день, дорогие радиослушатели. Мы начинаем заключительную передачу с Владимиром Леонидовичем Махначом по теме «Антисистемы».

Махнач: Добрый день! Можно было бы закончить немного раньше, но я очень хочу, считаю существенным, чтобы вы свободнее применяли категорию антисистемы. Мы говорили о том, какие книги об этом можно легко прочитать. Это интересно и необходимо.

Еще интереснее антисистема в действии. Напоминаю вам очень бегло, пунктиром то, к чему обращались по крайней мере два раза и подробно, что антисистема в состоянии как бы менять знак на противоположный. Ничего хорошего из этого не получается. Происходит это тогда, когда антисистема приходит к политической власти или даже становится господствующей в обществе идеологией. Тогда, вполне естественно, разрушать общество и, как делают более въевшиеся антисистемы, разрушать этнос, то есть сокращать срок жизни народа она прекращает. Естественно, нельзя дальше разрушать армию своего государства, потому что государство теперь наше, и этот дурак местный, в нашем случае в основном русский дурак, должен меня, антисистемщика защищать. Кроме того, голодом его морить больше не стоит, потому что опять же местный дурак, в нашем случае преимущественно русский, должен меня, антисистемщика, кормить. Обычно в таких случаях получаются жесточайшие полицейские режимы, как худший из раннемусульманских, действовавший с X века фативистский режим в Египте. Хуже того режима с VII века ислам не знал. То был ужасный, репрессивный, террористический режим. А у нас в ходе революции действовала революционная, неклассическая антисистема, чье негативное мировосприятие, напомню, обращено не на весь мир Божий, не на все мироздание, а избирательно на культуру, притом на собственную культуру, в данном случае на православную и русскую, а в других странах на тамошнюю соответственно культуру.

Так вот, неклассическая антисистема, как и классическая, может менять знак, и тогда вроде бы прекращает все разрушать. Длится то до поры, до того момента, когда антисистема теряет власть. Она же все равно антисистема, и если она теряет власть, она снова меняет знак на предыдущий, то есть на противоположный. Ах, мы не у власти! Ну тогда мы сейчас страну поразрушаем, культуру поразрушаем! Мы опять займемся собственными вооруженными силами и будем их разрушать. Давайте посмотрим, как действуют в настоящий момент несколько антисистем (осколков революционной антисистемы) или одна, которая просто более замаскирована. Как не понаблюдать! Смотрите, что происходит. Начался крупнейший системный кризис в финансовом мире. Пока он в значительной степени затронул США. Конечно, мы связаны с долларом. Наша антисистема, при Сталине, между прочим, дала согласие на то, чтобы доллар стал резервной валютой по отношению к золоту, более того, фунт стерлингов стал дублирующей, резервной валютой по отношению к доллару. То была тяжелая ошибка.

Ведущий: Ошибка или?

Махнач: Ошибка, ведь в тот момент антисистема уже прочно сменила знак. Но ведь кто-то всегда оставался русоненавистником, такие же всегда сидели в очень уютных креслах когда угодно и при любом режиме, начиная с вынужденного, трагического отречения последнего императора, начиная с 3 марта 1917 года. Всегда далее были враги России и русского народа. А русоненавистничество — это ненависть к православию. Русских особенно ненавидят, потому что они оказались неисправимыми христианами. Если бы мы стали, например, на путь Нидерландов, разрешали бы однополые браки, легализовали бы ряд наркотиков, то к нам бы помягче относились. А вот все никак не смирятся.

Ведущий: Черту оседлости долго не отменяли. Там с голландцами-то пораньше было. Боюсь, что все-таки не так мягко бы относились.

Махнач: Надо все-таки учесть, что всю антисистемную нечисть, включая ранних, лютых антихристиан, социалистов таких, как Дешан (Леже-Мари), Морелли (Этьенн-Габриэль), когда во Франции при королях их нельзя было печатать, в Амстердаме можно было печатать. Вольтера нельзя было напечатать во Франции, а в Амстердаме печатали всего Вольтера. Это замечательно.

Так вот, давайте посмотрим, что происходит. Тогда, предположим, мы допустили ошибку… Сейчас я на очень скользком пути. Я очень слабый экономист, а тем более очень слабый знаток финансов. Если мне что-нибудь нужно, я звоню знакомым и друзьям, которых я могу попросить объяснить на пальцах какие-то категории. Потому грубой ошибки не будет, но я кратко. Республиканский кандидат призывает к режиму экономии. Надо исправлять положение. Но шиш с маслом! Президентом становится Барак Хусейн Обама… Не любят называть его второе имя. Посмотрите, как интересно. Ведь он не просто первый негр, президент США, он еще и первый мусульманин, президент США. Сразу двух зайцев убивают. Жалко, что не баба! Вот ежели бы негритянка, мусульманка и женщина, и еще лесбиянка притом! Вот тогда был бы полный порядок, и США оказались бы впереди планеты всей! Им тут, конечно, подкузьмило, что Хилари Клинтон не негритянка. А то, что она на лесбиянские демонстрации ходит, это зафиксировано, это факт, это известно.

Ведущий: Ну, тем никого не удивишь! По крайней мере в США.

Махнач: Да, на старости лет решила поддержать «нетрадиционную ориентацию».

Так вот, я хочу напомнить, что наш стабилизационный фонд, как уверяли нас премьер-министр, министр финансов, министр экономического развития, все чины, ни в коем случае нельзя использовать на благотворительные цели, то есть на поддержку системы образования, системы здравоохранения, системы массовой физической культуры. Обращаю внимание, что кроме должного поддержания национального духа спорт абсолютно бесполезен! Никакого прока для физического здоровья нации от спорта нет. Кроме того, он часто еще омерзительно зрелищный, и детей уродуют, делая из них спортсменов. А полезна, безусловно, физическая культура, а не спорт, которая у нас худо-бедно была неплохой. В каждом учебном заведении был спортивный зал, в каждом дворе спортивная площадка. Зимой даже наливали каток. Чего только не было! Все поломали. Вот на это все нельзя, а то будет инфляция! Зато можно вкладывать деньги в американские фонды. А чьи же это деньги? Деньги президента? Деньги премьер-министра? Деньги министра финансов Кудрина? Это же наши с вами деньги! Это наши нефтедоллары! С нефтедолларами население Эмирата Кувейт как сыр в масле катается, а население Султаната Бруней просто в золоте катается, потому что и тот, и другой монарх вообще-то считается с народом. Это монархии, а у нас как бы, вроде бы демократия.

Ведущий: Боюсь, что и тот, и другой в «клубе» состоит, они в Лондон ездят с отчетами. Наших-то в клуб не принимают.

Махнач: Ну, так или иначе народ-то их доволен.

Ведущий: Конечно, если ты женился, тебе денег дают уже до самой смерти. А иностранные рабочие там, индусы, например, просто приехали и уехали.

Махнач: Совершенно верно. А у нас китайцы торчат уже в опасном количестве. И, между прочим, подданным Кувейта ты стать не можешь ни при каких обстоятельствах, ты можешь там только родиться. Подданным султана Брунея тоже не можешь. Вообще самые благоустроенные, богатые государства не любят предоставлять гражданство.

Ведущий: В Англии не любят.

Махнач: Вот в Японии была сенсация всемирная. Чемпиону Японии по борьбе сумо предоставили гражданство, точнее, подданство. Он стал подданным японского императора. Об этом писали по всей Европе, вероятно в США тоже, и к нам на телевизор попало. Дело в том, что он не японец, он гаваец, но он национальная гордость Японии, потому ему было даровано гражданство. Практически невозможно стать подданным короля Швеции. Это очень забавно. Я предупреждаю барышень и их родителей, если вздумаете выйти замуж за шведа, вам условное гражданство будет предоставлено, вы будете пользоваться всеми социальными благами, которых у нас нету, потому что истинная страна победившего социализма есть Швеция. Но если вы будете настолько неосторожна, что с ним разведетесь, то гражданство у вас заберут. То касается и парней, вздумавших влюбиться и жениться на шведке.

Ведущий: Но хоть в живых оставят, и, может быть, домой дадут вернуться, все-таки страна-то европейская, а в Саудовской Аравии продать могут.

Махнач: Дадут то дадут, а потом догонят и добавят, чтобы быстрее на родину топал.

Вот такой «стабилизационный фонд». Почему-то можно вкладывать деньги в ипотечные компании США, которые именно сейчас понесли самый серьезный урон. И, следовательно, они перестают, а точнее тихо замораживают платежи по процентам, а нам об этом тихо не говорят. Что должны были бы тогда сделать наши руководители и высокие чиновники в лице министра финансов? Естественно, прекратить выплаты по процентам американцам. Нет, говорят американцы, у вас деньги есть, это у нас нет. Я боюсь даже вспомнить, насколько уровень жизни у нас ниже, чем в США. В разы. Вот это разрушение общества, разрушение, потому что мы не вкладываем деньги в здравоохранение, физическую культуру, образование, включая военное образование. Потому что для того, чтобы перейти на одногодичный срок действительной службы солдатиком (в Бундесвере же служат один год), необходимо ввести в полном объеме настоящую допризывную военную подготовку, притом, я решительно настаиваю, и для девочек тоже. Я полагаю, в течение трех последних классов средней школы. И только злодей и враг России может не согласиться с тем, что уж во всяком случае два года и в полную силу.

Можно учить обращению с легким пехотным оружием, можно учить перемещению по пересеченной местности, окапыванию, можно готовить связистов, радиолокационных операторов и подобных им, тем более что все вот эти должности, в том числе операторы компьютеров сейчас очень важны. На этих должностях девочки в среднем лучше мальчиков. Это женские должности на военной службе. В бой их посылать не надо, а вот к дисплею сажать очень даже нужно.

Ведущий: Это все можно, но не нужно, очевидно, тем, кого вы именуете представителями антисистемы.

Махнач: Надо сейчас отложить срочный переход на одногодичную службу и подождать до того момента, когда будут призваны первые прошедшие допризывную подготовку, то есть через три года. Вот их можно будет призывать на один год. И все будут довольны.

Нашей стране всерьез угрожает полицейский режим. А это чье оружие? Это оружие антисистемы. Поясняю, что имею в виду. Все время речь идет о сокращении вооруженных сил, в том числе о сокращении офицеров и прапорщиков. При нынешнем отсутствии допризывной подготовки они вообще почти единственная опора защиты государства. Почему-то нефтедоллары тратить на армию нельзя, дорого нам. Непонятно почему. Наверно, от этого будет инфляция. А почему тогда можно содержать ОМОН? ОМОН создавался для действий против организованной преступности, и оказался полностью не дееспособен. Гигантские мордовороты просто ничего не умеют, кроме как пугать честных граждан на рынках и гонять ни в чем не повинных бабусь, которые всего лишь торгуют жалкими букетиками. Потому пришлось везде вводить новое формирование — СОБР. СОБР годится. Но тогда распустите ОМОН! Так нет же.

А зачем нам «внутренние войска»? Против кого действуют эти внутренние войска? Против преступников? Нет. Для того есть милиция, как у нас до сих пор называется полиция. Против внешних врагов отечества, которые могут напасть? Тоже нет. Для того существует армия. А что же остается? Значит, внутренние войска направлены против собственных граждан. Но тогда внутренние войска — это преступная организация, а ее руководители, в том числе министр внутренних дел — руководители преступной организации. В свободном обществе никаких внутренних войск быть не может, они не имеют права существовать. Между прочим, в США внутренних войск нету. В тюрьмах там служит полиция.

Ведущий: А сколько деньжищ-то уходит на внутренние войска, кроме вложений в американские ипотеки!

Махнач: Ага, причем расходы на них начали возрастать уже в конце горбачевского правления, а при Ельцине разбухли до непомерных размеров. Государство не имеет права иметь внутренние войска, направленные против собственных граждан. Если имеет, то это — преступное государство.

В США внутренних войск нет. Если же там происходят гражданские беспорядки или крупное стихийное бедствие, то призывают национальную гвардию, то есть ополчение граждан. А кто мешает нам создавать ополчение? Вот ополчение мне понятно.

Ведущий: Я знаю, Березовский очень мешал создавать ополчение, когда началось напряжение на чеченской границе. Он все время ездил туда и мешал создавать там казачье ополчение, мешал выдавать им оружие, всему мешал, мешал возрождению аналога национальной гвардии.

Махнач: Да, да. Так что, как видите, это многослойный антисистемный почерк. Мы уже говорили и приводили пример проекта поэтапного разрушения крупных, может быть, лучших в мире военно-медицинских учреждений.

Ведущий: Кстати, звонили из Клиники Бурденко, хотели прийти на эфир. Задели вы их. Надо мне с ними договориться.

Махнач: Если главный военный госпиталь будет переведен в Купавну, то находящийся в Купавне, более слабый, конечно, но тоже очень уважаемый главный госпиталь ВМФ будет тоже разрушен, естественно.

Уже прошли слухи, что введение бригадной организации означает сокращение до размера бригады двух элитнейших дивизий наших сухопутных войск — Кантемировской и Таманской. Поясняю, в чем дело. Практически везде в Европе сейчас главная единица — бригада. Только ведь не дивизии сократили до бригад (в дивизию обычно входит три бригады), просто бригада стала более самостоятельной, а дивизия стало высшим руководством. Я не военный, не буду спорить. У немцев получается хорошо. У англичан тоже вроде бы неплохо.

Дальше — больше. Упразднение Таманской и Кантемировской дивизий — это слухи. Я не могу с уверенностью сказать, что так и есть. Но слухом земля полнится, свято место пусто не бывает. Значит, разговоры такие где-то шли. Из ниоткуда до меня бы не дошло.

Вернемся к мирной проблематике. Вы все помните трагическую гибель самолета Боинг 737 в Перми. Все погибли. Основная версия — изношенный самолет. А куплен он был аж у Китая, то есть, «китаезикам» он уже не годится, свой ресурс он уже отработал, а нам годится! И вдруг сенсация, притом от высшего чиновника, от директора «Росавиа», что, оказывается, пилоты летали по поддельным, подложным документам! Они летать не имели право, и потому, иными словами, сами во всем виноваты. Я уже обсудил этот вопрос с офицерами. Все-таки я немного прикасаюсь ко всем этим делам, я служил как раз в авиации, на земле, но в авиации, вся радиосвязь проходила через меня. Так вот, никаких подложных документов быть не может. Не может быть преступно задействовано такое количество инстанций, чтобы заполучить поддельные документы, и главное, непонятно зачем. Технически проще и дешевле получить настоящие документы. Конечно, у нас разруха в стране, все не так. Но все равно признают, что они опытные пилоты со многими тысячами часов налета. И на данной модели они летели не впервые. Никто не был бы допущен в гражданский пассажирский рейс впервые на данной модели, каков бы ни был опыт. Тем более что бедлам обычно творится на чартерных рейсах, но не на регулярных. То есть, нестыковочка.

Я могу допустить другое. Документы у них были совершенно законны, но они были просрочены. Дорогие мои слушатели, мы живем в России. У нас по просроченным документам действовали даже при государях. А при советской власти с просроченными документами стало пошире, бардака стало побольше, а после советской власти еще побольше. Но просроченные документы не значит подложные. Тут надо взыскание объявить, оштрафовать. Честно вам признаюсь, положа руку на сердце, я столько всего в своей жизни сделал по просроченным документам, что даже всего не помню, хотя ни разу подлога не совершал.

Зачем же это заявили? Когда я это услышал, мне захотелось, как и в случае с сокращением армии без сокращения внутренних войск, задать старый вопрос, может быть, малокультурный, несколько простонародный, двустишие такое, может быть, и вы его сразу вспомните: «Расскажи-ка гадина, тебе сколько дадено?» Почему я имею право на такой вопрос? А потому что, посмотрите, какие напрашиваются выводы. Первый вывод. Это нужно для реабилитации самолетов «Боинг». Все свалить на пилотов, только бы не проводить проверку этих отработавших ресурс машин. Это очень напрашивается. Кому это выгодно? Тем, кто нам продает отработавшие свой ресурс машины, на которых летать нельзя. Дальше. Второе. А не нужно ли дискредитировать русских летчиков? Это доказать труднее. Дискредитировать русских летчиков, а также русских авиадиспетчеров, потому что с ними, а не с летчиками связаны пилоты иностранных авиакомпаний, которые у нас тоже летают. Это не исключено. Это доказать труднее. Вообще прокуратуре следовало бы уже заинтересоваться, но она все как-то не тем интересуется. Третье. И то может быть самое важное. На ваших глазах развалили авиакомпанию «Сибирь». Затем развалили авиакомпанию «Трансаэро». А это, между прочим, последняя крупная компания, которая держалась за отечественные, превосходные машины Ил-86. Этих компаний уже нет. Так, может быть, поступил приказ развалить и последнюю крупную компанию — «Аэрофлот»? Больше крупных авиакомпаний у нас не предвидится. Мелких тоже уже повалили около десяти. Мы воздух открываем для полетов чужих компаний? Только они будут летать? Тоже интересно. Может быть, китайцы начнут здесь летать? Они не откажутся. Может быть, их «Боинги» будут даже в немножко лучшем состоянии, чем те, которые они уже заездили и нам продали.

Потому тем более крайне интересно, почему до окончания работы комиссии ответственнейший крупный чиновник публично, при прессе делает заявление, что летчики, оказывается, летали по подложным документам. Мне остается задать вопрос. Разве это не похоже на почерк антисистемы? Это сразу и удар по культуре, потому что соответственно снижается профессиональный уровень, сокращается число пилотов, следовательно и авиатехников, следовательно и авиадиспетчеров. Они все профессионалы высочайшего класса. Им не нужно, чтобы русские работали на сложных самолетах, были авиадиспетчерами, это уважаемая в любой стране, дико высокооплачиваемая профессия. Может быть, им нужно, чтобы русские работали преимущественно грузчиками? Или рабочими на заводах железобетонных изделий (ЖБИ)? Но там любая пьянь работать может.

Это же касается национальных интересов. И наконец, между прочим, это касается и православных интересов, потому что русские преимущественно православные. Значит, исполнять необходимую работу будут не православные, а некоторые инородцы и иноверцы. Это всех нас касается. Это значит, что антисистема проявляется не только в воздействии на культуру, включая образование, но также в прямом воздействии на этнос, то есть в снижении качества жизни, следовательно, рождаемости, следовательно, продолжительности жизни целого ряда народов, но прежде всего насчитывающего свыше 80% населения русского народа.

И вот вам еще один безобидный пример, просто повеселить. В тот же день, когда директор «Росавиа» делает сенсацию, по ведущим новостным блокам проходит еще одна сенсация, маленькая, которую можно было бы и не заметить. В Самаре задержали пришлого преподавателя, который по подложному диплому и подложной диссертации занял пять профессорских мест. Во двужильный мужик! Как же он такую нагрузки выдерживал! И за несколько лет заработал по этому подлогу более миллиона рублей.

Ведущий: Но эти новости просто случайно совпали по времени.

Махнач: Да, конечно, но это тоже почерк антисистемы. Это еще один удар по системе преподавания, это еще один удар в пользу тотального тестирования, то есть развития единых государственных экзаменов — ЕГЭ. Мне очень нравится эта аббревиатура. Это такой сказочный персонаж — баба ЕГЭ. Это серьезный удар.

Дело в том, что диссертация не нужна. Из интернета можно выдернуть чужую диссертацию, переформатировать ее, чтобы не узнавалась, и все пройдет. Никто же не требует для занятия профессорской должности диссертации! Подложный диплом? Но нам не сообщают, исправный ли у него диплом о высшем образовании. Ну, тогда его можно упрекнуть не в подлоге, а только в присвоении биографии. А вот если у него нету докторской, но есть кандидатская, то администрация любого вуза вправе предоставить ему занятие профессорской должности, как я, мои дорогие слушатели, между прочим, и занимаю, и в довольно крупном вузе, а точнее, в двух. Такого профессора, который не доктор, а только кандидат, на преподавательском жаргоне называют «холодным профессором». И таких не мало. А преподаватели художественных учебных заведений практически все «холодные». Понятно, там это непринято: они артисты, режиссеры, кинооператоры, они талантливые, выдающиеся люди, вот только с учеными степенями там напряженка.

И последнее. Я получаю профессорскую ставку, достиг пенсионного возраста, но продолжаю и буду продолжать преподавать. Сами знаете, что такое пенсия.

Ведущий: Но только пенсия в антисистемном государстве.

Махнач: Да, в антисистемном государстве. Но вот только один момент. Интересно, где же он получал в пяти учебных заведениях, что нахапал миллион? Я прикинул, чтобы мне вот так нахапать миллион, если бы я, конечно, выдержал пять учебных заведений, мне надо к моим примерно шестидесяти годам еще полсотенки лет прожить. Глядишь, к ста десяти годам и получу миллиончик! То есть, это ложь. Если же там было другое, если там выпускались поддельные дипломы, так вы об этом так и скажите. Если он был в преступной группе, которая штамповала поддельные дипломы, тогда да, на этом можно накопить миллиончик.

Но возникает еще один, уже последний вопрос об антисистемах, дорогие слушатели. Если это так беспокоит власть, то почему в московском метрополитене, где на каждой станции не меньше двух милиционеров (они по одному не ходят), парни и девки стоят практически открыто и держат плакатики «Дипломы, трудовые книжки»? А ведь это мошенничество, это финансовые документы. Вот так!

Ведущий: Большое спасибо! Напомню, что у нас сегодня в гостях был Владимир Леонидович Махнач, известный московский историк. Он рассказал целый цикл очень интересных историй. Они касались темы «Антисистемы». Думаю, это не последнее выступление Владимира Леонидовича у нас, и вы еще будете приходить. А цикл «Антисистемы» мы закончили. Далее будем высказываться по другим темам. Спасибо!

Беседа 1/5
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/c7021a22df914957bf2ac2176a565578

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Ключевые слова: антисистемы 9 секты 11
Антисистемы. Беседа 4/5  
11 ноября в 01:38

Беседа 4/5. 14 октября 2008 года.
В записи нету начала беседы.

Ведущий: …до Индии добрались мусульмане.

Махнач: Да, добрались, Сергей Николаевич. Дальше они добрались до Индонезии, до Филиппин. Ислам не антисистема, хотя в исламе были антисистемы. Мы о том уже говорили в наших передачах. И в исламе были, и в буддизме.

Ведущий: Но в отношении к Христу они же стали немного антисистемой?

Махнач: Нет, мне кажется, что такая биполярность лишает мир сложности. Я же не знаю, для чего Господу нужен ислам, но для чего-то же нужен. Считать, что Мухаммед при его высочайшей ответственности был просто лжепророком (в истории же были уже лжепророки, лжемиссии), я считаю избыточным. На том свете узнаем, зачем нужен ислам, а после Конца времен узнаем все, абсолютно точно.

Ведущий: Почему же вы тамплиеров вышвыриваете? Они вроде бы были нормальными воинами?

Махнач: А мы о тамплиерах уже говорили. Не сами тамплиеры, а внутренний круг, разумеется, был антисистемой. Воинами были нормальными, еще бы! А вот их внутренний круг был настоящей антисистемой. Они были законспирированы под монахов, христианских воинов, они были антихристиане. А мусульмане не конспирировались. Не считаю антисистемой также современных иудеев, которые уж совсем антихристиане, потому что таково их вероисповедание, ненависть к Новому Завету заложена в их исповедании. Это все абсолютно открыто.

Ведущий: Владимир Леонидович, а вот, например, ростовщичество, банк — это антисистема в отношении к миру Божьему?

Махнач: Это хороший вопрос. Я к нему просто не готовился, однозначно ответить не могу. Вы вообще опасный ведущий (Махнач смеется). Но попробую. Римское католичество резко отвергало ростовщичество, просто запрещало, причем не потому, что то было безнравственно, а потому что ростовщик (банкир) торгует временем, а время принадлежит Богу, а не человеку.

Ведущий: И пота не вкладывает.

Махнач: Да, да. Вот такой момент. Но протестантизм, как вы знаете, признал ростовщичество. Точнее, признал сразу кальвинизм, а кальвинизм болтался на краю антисистемы, пошатался, пошатался и все же проскочил.

Ведущий: Был еще такой парень Меланхтон.

Махнач: Да, он был еще раньше Кальвина. Лютер конечно не антисистемщик, он еретик, безусловно, но ничего антисистемного в Лютере нет. Он еретик настолько, насколько еретик христианин. Протестантизм признал ростовщичество.

Западная церковь, то есть Римо-католическая церковь долгое время отвергала ростовщичество. Но ростовщики все равно были нужны, прежде всего, они были нужны сеньорам, а тем более правителям, для войн и всего такого. В итоге место ростовщиков, банкиров заняли евреи. Ниша же была, и они ее заняли, примерно так же, как в Индии место банкиров заняли джайны, потому что джайну практически невозможно заниматься ни земледелием, ни ремеслом. Ему убивать нельзя. Джайнизм жутко лицемерная система. Когда богатый джайн идет по улице, его рот и нос закрыты марлей, чтобы нечаянно комарика не вдохнуть, а перед ним бежит какой-нибудь босяк из низшей касты и с бешеной скоростью подметает дорогу, чтобы джайн не дай Бог не наступил на букашку. А то, что босяк убивает насекомых метлой, джайна абсолютно не касается! Знакомо, да? Ему на то просто наплевать. Тот босяк, простите меня, для него шабесгой (Махнач смеется). И потому джайны там банкиры, ростовщики.

А православие не запрещало ростовщичество. И вся новгородская, а потом и ростово-московская колонизация Русского Севера была основана на отношениях кредита. Правда, кредитодателями были не профессиональные банкиры, а бояре, но все же на отношениях кредита. Православие за тем очень даже следило, пока мы были православными, но не осуждало за торговлю временем, а осуждало, если кто-то семь шкур дерет, осуждало высокие проценты. Потому за то, что ты ростовщик, ты отлучение схлопотать не мог, а вот если ты довел до нищеты каких-то людей, мог схлопотать и отлучение, и тогда успеха в делах не будет, это вещь серьезная. Так что ситуация тут сложная.

Потому при всем моем уважение к римскому католичеству, я считаю, что православная точка зрения в очередной раз верна, она безошибочна, потому что мы придерживаемся истинного вероисповедания, нам Бог помогает.

Прошлый раз, Сергей Николаевич, я на один вопрос не ответил. Он короткий. Точнее, одна дама задала мне пару вопросов, а я ответил только на один, потому что время подходило к концу. Она просила привести примеры классических и неклассических антисистем, а на то можно целую нашу передачу потратить, но я предполагаю, что она имела в виду, хоть и не договорила, классические и неклассические антисистемы, существующие только сейчас. Есть замечательная книга иеромонаха Серафима Роуза, американца, англосакса — «Православие и религия будущего». В ней показана широчайшая панорама антисистем. Но то было в 1960-е годы. Тогда у нас так много классических антисистем не было. Так было у них. Было увлечение дзен-буддизмом, это буддистская антисистема. Буддизм в целом удержался, но есть и в нем антисистемы, очевидно, разрушающие общество, вряд ли со мной кто-то поспорит. Эта книга очень полезна. Тогда в многострадальной России не было большого количества антисистем, была только революционная антисистема, сменившая знак, о чем мы сегодня обязательно поговорим, потому что она еще раз сменила знак.

Ведущий: А Переделкино разве не было антисистемой?

Махнач: Вы имеете в виду страшную тюрьму?

Ведущий: Нет, я имею в виду Окуджаву, Вознесенского…

Махнач: А! Так уже подходил конец коммунистическому режиму (я с Вознесенским совершенно согласен), и антисистема уже начала менять знак.

Когда у нас были страшные, людоедские лагеря, которые несправедливо называют «сталинскими», потому что концентрационные лагеря появились в нашем отечестве в 1918 году, в еще не сталинское время, — антисистема становилась все больше, больше, она разбухала, и действительно была прямая антисистемная опасность, что победит не Сталин, а Троцкий (Бронштейн — С.П.). И тогда не было бы лагерной системы, потому что вся Россия была бы лагерной системой, одной сплошной зоной, все было бы покрыто зоной. А так все-таки не все были в зоне.

Ведущий: Хоть трое из десяти крестьян при Сталине остались живы.

Махнач: Да, при Троцком, наверное, крестьян совсем бы не осталось.

Так вот, тогда то было видно в Америке, потому я отца Серафима так рекомендую. Книга доступна, она издавалась не один раз, и в 1990-е годы. Напомню еще раз: Роуз, «Православие и религия будущего». А затем они ринулись сюда, в основном в «перестройку», хотя некоторые попали раньше. Причем интересно, что некоторых пытался окоротить несколько изумленный их появлением КГБ. «Кагебешники» вяло, не тотально, но преследовали кришнаитов. Потом соответственно все закончилось. Эта система синкретическая. То уже показатель. Она лицемерна, потому что кришнаит считает, что он настоящий индус, что кришнаизм — это правильный индуизм. На самом же деле индусом стать нельзя, можно только родиться или ждать успешной реинкарнации, родиться потом индусом (Махнач смеется). Христианином стать довольно легко, мусульманином легко. Даже иудеем можно стать, хотя они того не любят. А вот стать индусом нельзя. Их система лицемерна, а также дуалистична, потому что ее основатель включил в нее элементы авраамических религий, потому что в кришнаитство попали элементы христианства и ислама. А то делается ценою лжи, ибо нельзя соединить несоединимое. Это, безусловно, классическая антисистема.

Ведущий: Это дешевка, мне кажется. Она работала только среди хиппи каких-нибудь.

Махнач: В Индии-то нету кришнаитов, а у нас есть. И один кришнаит даже ритуально убил кормившего его, прикармливавшего и пытавшегося наставить его на путь истинный православного священника. То было в Сибири, причем убил ритуально, с осквернением храма, он отрезал батюшке голову и положил ее на святой престол.

Ведущий вздыхает: Постсоветская Россия! Что вы хотите!

Махнач: Да, да. Интересно, что после того кришнаиты имеют наглость ходить маршами со своими бубенчиками, со своими мантрочками по главной улице Москвы. И ничего! Причем меня удивляет не то, что их терпит милиция, а то, что их терпят граждане. То меня удивляет искренне. В Екатеринбурге «кришняков» с улиц выгнали просто, даже без битья, хотя иногда надо и бить. Господь наш сказал «Не убий», но никогда не говорил «Не бий». Нету такого в Писании. Но горожане сделали даже проще. Они высылали пикет, который шел прямо за кришнаитами с плакатом «Кришнаит убил православного священника». Обстановка накалялась, потому что все обращали внимание, все смотрели (Махнач смеется). И с улиц кришнаиты исчезли. Наверное, сидят в своем ашрамчике, а на улицах нету. В Екатеринбурге их прогнали с улиц уже в середине 90-х годов.

Ведущий: А вот общество «Сознание правозащитников»? Фонд Карнеги? Фонд Сороса? Какое-то «Открытое общество» и так далее? Рупор «Эхо Москвы» и так далее? Это антисистема?

Махнач: Во-первых, это в основном парамасонские организации, такие, как Фонд Карнеги. Это, безусловно, сообщества, деятельность которых включает элементы антисистемного мировидения, но уже неклассического. Для государства, точнее, для народа, на территории которого они расположены, они опасны и в какой-то ограниченной степени разрушительны.

Иеговисты тоже классическая антисистема. Классическая антисистема с элементами богохульства также «Церковь объединения» корейца, американского миллиардера Муна. Интересно, что в их молитвенных помещениях всегда находится портрет Муна. Поклонение ныне здравствующему лицу у нас не запрещено, а в ФРГ, например, запрещено. То есть, есть некоторое ощущение антисистемности. В святости некоторых лиц при жизни практически никто не сомневался, но никто среди здравых, кроме полоумных, того не говорил. Уйди в мир иной, и тогда Господь явит, что ты был святым.

Секта Виссариона — это прямое поклонение ныне, к сожалению, здравствующему лицу, который к тому же объявил себя Иисусом Христом.

Ведущий: Он бывший милиционер.

Махнач: Да, да. И нынешние милиционеры его терпят, что интересно, что указывает на некоторое родство душ (Махнач смеется). Я не хочу уж так обвинять милиционеров. Точнее, то указывает на их незащищенность. Вот почему слушателям я рекомендую: изучайте, изучайте, изучайте антисистемы, хотя бы прочитайте мою статью о них, мою сейчас продающуюся в прекрасном издании книжку «Политика. Основные понятия». Там есть целая глава об антисистемах. А еще лучше, доберитесь до Льва Николаевича Гумилева, хотя бы до его популярной, но высоконаучной работы «Конец и вновь начало». И вы получите полное представление.

Ведущий: Дорогие друзья, простите, мы не назвали телефон. 629-08-73 и 780-52-55. Пожалуйста, звоните и задавайте ваши вопросы.

Слушатель: Владимир Леонидович, сейчас очень много говорят о так называемом кризисе, в основном в экономике. С 1913 года в Америке так называемая Федеральная Резервная Система получила право печатать свою личную, со своего личного волеизъявления государственную валюту США, то есть доллар. То есть, не государство печатает деньги, а ФРС. Является ли эта ФРС для США и для мира в целом антисистемой?

Махнач: Является, потому что это связано с международным положением доллара в качестве резервной валюты, в этом проявляется стремление к всемирному, тотальному господству, а к нему стремится только одно лицо, если его можно назвать лицом. Это явление сатаническое, в полной мере оно должно проявиться с появлением антихриста. Точно так же, как и тотальный контроль. Нет, не три шестерки. Он проявляется во введении системы ИНН, это такой подготовительный этап.

Ведущий: Как говорится, проявление в реальности той теории, которую описал Жак Аттали в книге «На пороге нового тысячелетия» и Бжезинский в книге «Великая шахматная доска». У нас первый вопрос. Пожалуйста, мы слушаем.

Слушатель: Здравствуйте! Владимир Леонидович и Сергей Александрович, у меня вот какой вопрос. В одном из посланий апостола Павла есть слова, конечно, навеянные Святым Духом: «Жаль, что вы ни теплы, ни холодны».

Махнач: «Ни горячи, ни холодны».

Слушатель: Да, ни горячи, ни холодны, а теплохладны. Так вот, горячи по природе своей люди добрые, а холодны люди злые. А большинство теплохладны. То уже заложено в человеке. И все антисистемы имеют свои истоки, свои основания именно в холодности — как бы сделать какую-нибудь гадость. Они же не могут без этого. И как же избавиться от этого? Мы нашу горячность, нашу теплоту, наше добро должны взращивать. Христианство должно работать. И постепенно теплохладные уйдут. Конечно, ни плакатами, ни кулаками мы от них не избавимся…

Махнач: Любой допустимый метод годится. Это я о плакатах. Есть античный афоризм — «Я не боюсь врагов. Самое страшное, что они могут — это убить меня. Я не боюсь друзей. Самое страшное, что они могут — это предать меня. Я боюсь равнодушных, ибо с их молчаливого согласия совершаются и убийства, и предательства». Почти это отмечает святой апостол.

Ведущий: Российский исламский комитет, возглавляемый Гейдаром Джемалем, недавно на своем сайте «Контрудар» сообщил, что на днях состоялось какое-то экстренное заседание конгресса США, притом утверждается, что это 4-е заседание за всю историю страны. На нем обсуждались следующие пункты. Грядущий кризис станет абсолютно тотальным и в 2009 году захватит не только США, но и весь мир. Но прежде всего они думают, конечно, о своей стране. Доллар отменяется. Все становятся банкротами. Вводится новая валюта, которая будет называться «америго». К США присоединяется Канада и Мексика. Соответственно отменяется конституция, вводятся новые законы. Появляются концлагеря, готовые принять всех недовольных: глобалистов, негров, мексиканцев и т.п. Готовится новое мировое правительство.

Гейдар Джемаль пишет это на своем сайте «Контрудар», а также в еженедельнике «Компания». Как вы могли бы прокомментировать подобные заявления? Он же парень уже немолодой и неглупый. Это провокация?

Махнач: Я не конспиролог, я не конфликтолог. Они лучше меня в этом разбираются. Я историк культуры и могу сказать, что господин Джемаль, с точки зрения очень многих наблюдателей, своими публикациями, своим исламским комитетом, своей деятельностью, своей попыткой исламизации более тысячи лет православной России постоянно выступает как гностик. Ну не похож он на мусульманина, он похож на зиндика. Неслучайно к нему насторожено относятся оба муфтията РФ, не буду говорить, что враждебно, но настороженно. О зиндиках мы уже говорили. Еще в Халифате был такой инквизитор, палач зиндиков, функция которого была их отлавливать. Потому не вызывает у меня доверия то, что пишет господин Джемаль. То, что он сообщает, мне неизвестно.

Есть еще другой момент, очень серьезный. Ведь у нас есть и неклассические антисистемы, по крайней мере одна. Условно назовем ее «революционной». После потери власти революционерами она сменила знак, кстати, оставшись у власти. Есть блестящая работа Андрея Николаевича Кольева. Это псевдоним, он уже раскрыт, это Андрей Николаевич Савельев, бывший один срок депутатом государственной думы от блока «Родина». Она довольно давно написана, еще в 1990-е годы, называется «Мятеж номенклатуры», посвящена именно тому, как на место демократов в либеральные учреждения приходили все те же хозяйственники, особенно строительного «бизнеса», комсомольские работники (молодые коммунисты — С.П.), как к власти в Москве пришел Лужков и кто он такой, как во главе государства снова стали номенклатурные единицы. Ельцин дважды был секретарем «обкома» (областного комитета партии коммунистов — С.П.). Это все поражает, но это было отмечено еще Львом Николаевичем Гумилевым. Антисистема вторично меняет знак. Она потеряла власть и потому снова разрушает страну. Они злобно и неаргументировано заявили, что на нужды повышения благосостояния, особенно в сферах здравоохранения, физической культуры, образования, обеспечения старости никогда не будут использовать стабилизационный фонд. Они вложили наш стабилизационный фонд в преимущественно американские и в преимущественно ипотечные компании, а теперь они обваливают наш фонд. Вот в этом есть почерк антисистемы. Это уничтожение наших с вами денег. Это нефтяные деньги, а нефть принадлежит только русскому народу, не Алекперову и не Черномырдину.

Ведущий: А Сванидзе вот орет, что он невероятно уважает Кудрина, что это мудрейший человек.

Махнач: Да, Кудрин вкладывает деньги в Америку, а она сама доллар обваливает, обваливает наш стабилизационный фонд, наши нефтедоллары.

Ведущий: Неужели вот в этом красном здании за забором из красного кирпича не знают о Кудрине?

Махнач: Этого я не знаю, я вообще не перехожу на лица. Надо прежде всего наблюдать процесс, тогда и с лицами все станет ясно. А то получается такая замечательная ситуация. Денег у РФ много, так много, что их уже кушать невозможно. Так нет же, надо от них избавиться! Вот и когда ростовщик частично избавлял вас от денег, он частично действовал в парадигме антисистемы. Нас всех лишают основных денег.

Ведущий: Да, еще она лишила нас иерархии ценностей и ввела тотальную субординацию. Кстати, о взаимоотношениях этих структур тоже стоило бы сделать передачку. Еще вопрос у нас. Пожалуйста, мы слушаем.

Слушательница: Здравствуйте! Думаю, было бы легче понять материал, который вы нам предлагаете, если бы вы начали с того, что первым антисистемщиком был люцифер, который соблазнил Адама приобщением к тайным знаниям, а затем все гностические секты, это и герметики в Египте, и кришнаиты, и евреи после исхода из пустыни. А потом уже идут мистерии Дионисия, мистерии дельфийские, платонизм, неоплатонизм… Все это предполагало магию, владение тайными знаниями, ограниченными жрецами…

Махнач: Да, задавайте вопрос, у нас времени мало.

Слушательница: У меня будет вопрос. После Христа была иудео-христианская секта, которая у нас в России называлась ересью жидовствующих, а потом она имела название манихейство…

Махнач: Короче! Вопрос?

Слушательница: У Эдуарда Хоббиса есть такое заключение, что антисистема в современном мире, когда правительство переходит к уже открытому покровительству антисистемы, то есть само становится антисистемой, и уже приход Иисуса Христа заключается в том, что соотношение между системой и антисистемой, то есть соотношение между 666 и 333…

Ведущий: Ладно! Большое спасибо! Это лишний раз подтверждает великий афоризм Оскара Уайльда, что «на женщину можно только смотреть, но ни в коем случае не надо ее слушать». Я ничего не понял.

Махнач: Но я тем не менее что-нибудь скажу. Все слишком в одной куче. Один вопрос, который вы не задали, вы все же задали. Должен вам признаться, что подобно таким христианам, хоть и британцам, и даже разного исповедания, как католик Джон Толкин или англиканин Высокой церкви Клайв Льюис (они были друзьями, но разных конфессий), я считаю, что светлая или белая магия существовала. Ее не существует сейчас. Я никому не порекомендовал бы ни при каких отношениях заниматься магией. Но она существовала. Жития Аполлония Тианского, написанные Флавием Филостратом, показывают, что он был светлым магом. То же самое можно сказать о полулегендарном Мерлине. Читайте соответственно Гальфрида Монмутского о Мерлине. Но уже по крайней мере полторы тысячи лет, в послемерлинский период светлой магии нет, ее не стало, поскольку Господу было угодно дать нам христианство, Он дал нам безупречно светлые таинства. А темная магия осталась. Потому им тогда можно было заниматься магией, а нам сейчас нельзя.

Теперь второй вопрос, который вы подразумеваете. Еле-еле успею ответить. Первое. Вот обратите внимание, наш новый министр обороны (имен не называю), которого, мы, гражданские, называем «мебельщиком», а военные называют «табуреточником» (опять не можем договориться с офицерами, не можем договориться до одного титула), готовит сокращение 300 тысяч офицеров. Это половина офицеров. Я уверен, что вооруженные силы РФ могут обойтись 300 тысячами офицеров, не выбрасывая остальных на улицу (их можно разместить преподавателями военного дела в школе и вузах). Но кто будет решать, кого уволить, кого сократить? Мебельщик? Можем ли мы поверить нынешней власти, что сохранятся именно боевые офицеры, именно военные интеллектуалы и так далее, хотя бы хорошие руководители? Что уволят взяточников, бездельников, пьяниц? Таких много наберется. Нет, мы не можем, мы не верим, и у нас нет оснований верить нынешнему режиму. Следовательно, это разрушение вооруженных сил. Мы говорили только что о разрушении экономики, точнее, о разрушении нашего достояния. И вот готовится еще разрушение, чтобы защищаться было некому.

Второе. У меня достовернейшие источники. Готовится поэтапное уничтожение главного военного госпиталя. Госпиталь Бурденко существует уже триста лет. У него никогда не прерывалась традиция. Даже революция не прервала традицию. Это одно из лучших медицинских учреждений не только страны, но и мира. Сперва из 400 врачей оставить 40. Хорошее сокращение — одних начальников оставят! Затем из 1500 койко-мест оставить только 600. И все, большего госпиталя не будет.

Ведущий: Ладно, Владимир Леонидович, время истекло. Давайте следующую передачу тоже посвятим антисистемам. Она будет называться «Ответы на вопросы». Может быть, интерпретационно еще чего-то коснемся. Сегодня слишком много времени, к сожалению, посвятили индуизму. И странно, что госпиталь Бурденко разрушается при таких невероятных восклицаниях по поводу победоносной войны с Грузией.

Напомню, у нас в студии был Владимир Леонидович Махнач, известнейший московский историк. Надеюсь, что через две недели мы вновь встретимся в студии и будем отвечать на ваши вопросы, дорогие радиослушатели. Большое вам спасибо за внимание и всего доброго!

Беседа 5/5
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/55a41ad4cca04fbd82889b06e6d05e47

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Ключевые слова: антисистемы 9 секты 11
Антисистемы. Беседа 3/5  
11 ноября в 01:34

Беседа 3/5. 30 сентября 2008 года.

Ведущий: В эфире «Народного радио» программа «Религия и общество». Добрый день, дорогие радиослушатели. Сегодня у нас в гостях историк Владимир Леонидович Махнач. Мы делаем третью часть передачи по теме «Антисистемы». В начале беседы кратко, на чем мы остановились в предыдущей части. Слушатель спросил нас, является ли парламентская форма правления антисистемой, несет ли она в себе зерно антисистемности, в данном случае для России. Итак, Владимир Леонидович, пожалуйста, продолжаем.

Махнач: Да, то собственно был уход в сторону. Для тех, кто не слушал прошлую передачу, скажу несколько слов. Сейчас у нас представительная форма демократии, она содержит в себе некое зло, это неизбежно. Чистая форма демократии есть прямая демократия, когда никого не избирают, а граждане непосредственно принимают решения. Она могла действовать в средневековом Новгороде, в котором жило до сорока тысяч новгородцев. Если оттуда убрать не выделившихся сыновей, женщин полностью, холопов, то остаются домохозяева, отцы семейств. Получается совершенно допустимое количество, на вечевой площади может уместиться и принимать решения до тысячи человек. Так же принимали решения в Афинах. В Аттике было сто тысяч населения, из них десять тысяч были допущены к демократии и, разумеется, не все каждый раз собирались на Агору. То есть, работать было можно. Но для стотысячного народного собрания площади не предусмотрены, и кроме того оно работать не сможет. Как не мог работать смехотворный «митинг», придуманный Горбачевым, — «Съезд народных депутатов», если вы его еще помните. И работать он не мог не почему ни будь, а потому что их было слишком много. Вообще хорошо работает собрание, в котором 200-300 человек. Такие парламенты бывают, они могут работать.

Но с увеличением размеров государства, с ростом населения прямая демократия неизбежно заменяется представительной. Это еще не страшно. Некоторая поврежденность тут есть, но это еще не антисистемность. А вот когда начинается борьба шаек, то есть, когда появляются политические парии, вот тогда уже дело плохо.

То, что мы по воле последнего императора избрали государственную думу в 1906 году, было хорошо. А то, что с самого начала в нее были допущены политические партии, привело к самым печальным последствиям. Советники подвели, хотя политический опыт вроде бы был. И сидели все партийно, и избирались в значительной степени по партийным спискам. Партийность многих указывалась, хотя было все же лучше, чем сейчас, потому что до 1917 года можно было быть и независимым депутатом. Монархисты, как правило, не принадлежали к политической партии.

Вот этот яд партийности проник и в думу, и 4-я государственная дума сыграла роль провокатора в развитии революции. Притом надо учесть, что по крайней мере с середины XIX века в России действует революционная антисистема или (до сих пор я не пришел к окончательному выводу) несколько конкурирующих революционных антисистем. Был круг лиц, которые просто ненавидели Россию. Были те, как это бывает с антисистемами, как это было со времени Герцена по крайней мере, которые любили вымышленную Россию, которую они сами себе придумали. И чем больше они любили вымышленную Россию, тем больше ненавидели настоящую. Так же было во Франции в XVIII веке в преддверии французской революции. Там было все то же самое, только там все прослеживается более отчетливо.

Так вот, в начале XX века наличие политических партий облегчает проникновение элементов антисистемы или, по-простецки скажем, антисистемщиков в представительные учреждения, в государственную думу, не гарантирует, но облегчает.

Во всяком случае, если бы избирательный закон (положение о государственной думе) исходил из того, что государство и следовательно общество игнорирует политические партии, то положение антисистемы было бы хуже. Вы можете друг друга поддерживать, пожалуйста, свобода союзов гарантирована, но государство их игнорирует, все могут баллотироваться в государственную думу только лично, как индивидуальные кандидаты.

Так что, конечно, партийность содержит антисистемность. Сейчас плохо, совсем плохо. Об этом уже говорили. В два этапа, в терпимой форме представительной власти был нанесен удар, первый раз в президентство Ельцина, второй раз в президентство Путина. Сначала половина мест в нашей нынешней государственной думе была отдана ничьим кандидатам, вообще ничьим, никому не известным депутатам от партий, депутатам по партийным спискам. Потом в президентство Путина и другую половину депутатских мест им отдали. И больше так называемых «депутатов-одномандатников», то есть единственных правдоподобных депутатов не осталось. Да, конечно, остаются деньги, остается стоимость избирательной кампании, ее цена возрастает. Все это, безусловно, нарушает демократические нормы. Но тотальным это быть не может. А теперь и никаких партий больше нет. Есть только формально существующие партии чиновников. Представительной власти в РФ больше нет.

Представителей власти на уровне регионов, где проще осуществить демократические нормы и процедуры, тоже нету, потому что усилиями чиновников от государственной думы исполнительная власть узурпировала право в любой момент распускать региональную думу. Это тоже довольно забавно. То есть, если вы не назначите того губернатора, которого я вам велю, я вас распущу. А сколько стоят выборы, вы знаете. Следовательно, еще вопрос, у кого будут эти деньги на следующую компанию, а у кого нет. Так что представителей власти в региональных думах тоже нет.

Хотя повторяю, я вовсе не против того, чтобы губернаторы назначались, но только назначались, а не лицемерно как бы избирались. Лицемерие, ложь — это обычное обличье антисистемы. Носителем антисистемы оказывается исполнительная власть. Государь император назначал губернаторов не лицемерно, а просто, откровенно, и очень часто хороших, между прочим. Почему бы собственно господину президенту тоже не назначать губернаторов, но только откровенно? Но только откровенно! Вот я назначаю Финдюлькина, а не говорю: «Дума, ну-ка быстренько избрать Финдюлькина! И за него отвечаете вы, а не я. Иначе я вас распущу». Вот это ложь, это лицемерие. Это поведение, отражающее сущность антисистемы.

Сейчас у нас осталось самоуправление, только начиная с уровня города, только не Москвы конечно, где вся власть бюрократическая. Нету в Москве никакой небюрократической власти. Но в Москве нету, а в Люберцах, например, есть. Даже в областных городах можно еще видеть демократию на уровне городского собрания. Это все, что у нас осталось. Так как это не часть государственной власти по закону, то и вмешиваться туда довольно трудно. А распустить ее вообще невозможно, в том числе и президенту. Только шут может принимать такое решение, аргументированное решение. Так что уровень района, уровень города, особенно небольшого — это все, что у нас осталось от представительного правления, это вся демократия, которая у нас имеется.

Тут я воспользуюсь случаем и порекомендую вам мою книгу, точнее, мою и моего одного из самых лучших учеников в моей жизни, кстати сказать, районного депутата и офицера Сергея Олеговича Елишева. В этой книге разобраны все вот эти моменты. Там есть и глава об антисистемах, есть глава о монархии, есть глава о демократии, есть глава об обществе и государстве, глава о нации и национализме. Она сейчас везде продается. Повторю авторов: Махнач и Елишев, название книги: «Политика. Основные понятия». Ее везде можно купить без труда. В ней приложен составленный Елишевым обширный словарь политических терминов, не самый ординарный, хоть и краткий, там есть кое-что, чего больше нигде нет. Книга содержит читаемый и в настоящий момент, начиная с 1996 года, курс лекций «Историко-культурное введение в политологию». Можете располагать этой книгой. Она очень пригодится, а преподавателям гуманитариям, студентам, особенно гуманитариям, публицистам, общественным деятелям, священнослужителям я бы рискнул очень рекомендовать эту нашу книжку. Если она быстро разойдется, вероятно, тираж все-таки допечатают. Он должен разойтись совсем скоро, потому что сейчас все выходит небольшими тиражами, а потом следует дополнительный тираж. А между распродажей и дополнительным тиражом есть какой-то промежуток, по крайней мере несколько месяцев. Потому торопитесь.

Но оставим политические аспекты антисистем. Все антисистемы, в том числе классические, безусловно, оказывают влияние на политику. И манихеи тоже оказывали влияние на политику, расшатывая в первые века нашей эры римское общество, как и общество соседнего Ирана, влияя на антицерковную деятельность, влияя на гонения, там, где еще были гонения на христиан, а уж неклассические антисистемы тем более.

Напомню, классические антисистемы тотально разрушительны. У них негативное миросозерцание, они ненавидят мироздание, они ненавидят вообще мир Божий.

Неклассические антисистемы объектом ненависти имеют культуру, притом всегда свою. Если соответственно то будет во Франции, то ненависть будет обращена на все французское, а в России — на все русское. Если антисистема будет действовать, например, в Китае, то стержнем, образцом поведения китайских антисистемщиков будет ненависть к конфуцианству и всему китайскому, на протяжении тысячелетий, обязательно.

Потому в нашем мире антисистема торжествует непрестанно. Просто после победы революции антисистема сменила знак и почти перестала непосредственно разрушать Россию, русский мир. На самом же деле она продолжала действовать, продолжала разрушать.

Ведущий: Простите. Тут, наверное, мы стоим перед фундаментальным блоком, который вы хотите сейчас озвучить вот в этой тематике. Мне хочется ввести аспект провокационной интриги. У меня сейчас родился вопрос по ходу вашего повествования. Давайте немного оставим культурологический аспект и отвлечемся на мой вопрос. Как вы относитесь к точке зрения, что само христианство, само христианское откровение, Благая весть Сына Божьего, пришедшего в мир, его учение явилось как бы аспектом антисистемы, например, для Римской Империи, для римской цивилизации, или для иудейской цивилизации?

Махнач: Я не боюсь этого вопроса. Иудейская цивилизация себя исчерпала именно по воле Божией, ну просто исчерпала. В конце старой эры, в начале новой, христианской эры шел двойной процесс, шло два процесса. Со II века нашей эры все иудеи были в рассеянии, потому что после восстания Бар-Кохбы, несомненно, антисистемщика, кстати сказать, лжемиссии, император Элий Адриан запретил им жить в Палестине. Иудеи эллинизировались и романизировались, носили греческие и латинские имена. Обратите внимание на имена апостолов. Они не все были евреями. Мы знаем, что евангелист Лука был греком. А Марк был евреем, но носил тем не менее чисто римское имя. Ирод у нас ассоциируется с иудейскими царями, но имя у него было греческое, по-гречески произносится как Герод. Это имя носили три иудейских царя, в том числе Ирод Великий. То было нормой. А в Афинах возле Акрополя сохранились величественные развалины музыкального театра Одеона II века нашей эры, который построил афинский меценат Герод Аттик, и он евреем не был, он был греком.

И шел также второй процесс. Вспомним Платона, у него содержится значительное проникновение в сущность единобожия. Сейчас мы можем называть платонизм по крайней мере скрытым единобожием. Это было в Античном мире и в частности приводило к тому, что очень многие не евреи по происхождению, как ни в одну другую эпоху, принимают ветхозаветный иудаизм. Достаточно сказать, что главная синагога Александрии Египетской была такого размера, что особые служители во время общей многотысячной молитвы поднимали флаги в тот момент, когда надо было сказать «Аминь», потому что не было слышно раввинов, если далеко стоишь. Эти два процесса шли навстречу друг другу.

Но то был уже пройденный этап, Ветхий Завет в значительной степени был исполнен, Ветхий Завет был недостаточен. С появлением Нового Завета исчерпанность вот этого синтеза (этого двойного процесса) стала настолько очевидной, что синтез постепенно действительно произошел, но на базе Нового Завета и греческой культуры, не отбрасывая Ветхий Завет. Все богословие христианское было написано и произнесено по-гречески и вообще не могло быть создано на другом языке.

Кстати, между прочим, фундаменталисты иудеи то прекрасно понимали. Теперь о Риме. Первым, что произошло при восстании Бар-Кохбы, было массовое избиение христиан Палестины, почти никого не осталось. Источники указывают, что во время иудейского восстания на Кипре была такая резня, доходило до того, что из ненависти к христианам, к христианству кипрские иудеи сдирали с них кожу, напяливали, натягивали кожу на себя и неторопливо жевали христианское мясо. То было совершенно невозможно для исповедующего Ветхий Завет, но такова была деградация.

Я вообще могу представить себе мусульманина, который учиняет резню, или даже индуса (не такие уж индусы, между прочим, пацифисты), но представить себе, что индус будет неторопливо, напялив христианскую кожу, жевать христианское мясо, не могу (Махнач смеется). То сообщают источники, от этого никуда не денешься.

Так вот, почему гонения на христиан поднимают один за другим римские императоры? Должен сразу сказать, не следует думать, что то были плохие императоры, потому что при императоре Калигуле гонений на христианство как раз не было, а при императоре Ульпии Траяне, получившим от сената титул «император наилучший», гонение было. То делали не худшие императоры, а наоборот лучшие, они просто исполняли свой долг. Почему? Потому что империя стала универсалией, империя приобрела универсальность. То не значит, что она владела или хотела владеть всем миром, но тем не менее она была всемирной, она была тогда первенствующим государством на планете. С ней все считались, как впоследствии с Византийской империей, как, между прочим, и с Российской империей. Так вот, универсальность империи столкнулась с универсальностью Вселенской церкви, и то было неснимаемое противоречие. Оно могло быть снято только одним способом — империя должна была стать христианской. Она таковой и стала примерно за триста лет до падения западного Рима, начиная с Константина Великого, который был даже не первым императором-христианином. Первым был Филипп Аравиец, но он просто ничего не успел, его быстро убили. Так что, то было столкновение двух универсалий. И, между прочим, обе универсалии страдали от антисистем того времени и готовы были примириться и друг друга поддержать против антисистем того времени.

Ведущий: Спасибо! Отличный ответ, кстати. Вот у нас первый вопрос от нашего радиослушателя. Пожалуйста, мы вас слушаем.

Слушатель: Здравствуйте! Владимир Леонидович, я вот послушал прошлый раз одну из ваших передач, посвященную антисистемам. И мне очень запомнился тезис «соединение несоединимого». Не напоминает ли это экуменизм? Яркий представитель вот этого течения у нас, например, владыка Кирилл. Вот он соединяет несоединимое, участвуя во всем этом экуменизме. Я просто не могу сформулировать, как еще по-другому относиться к этому. Может быть, вы мне что-то подскажите? Спасибо большое за ответ.

Махнач: Видите ли, во-первых, я не представляю себе, что преосвященный Смоленский такой уж непримиримый экуменист. Мне рисуется такой образ экумениста-фундаменталиста. (Махнач улыбается). Его учитель, которого консервативные круги очень не любят, его покойный учитель митрополит Никодим тоже инициатор нашего вступления во Всемирный совет церквей. Он тоже руководствовался не стремлением «экуменять», а руководствовался тем, что шли хрущевские и послехрущевские гонения, и у Русской церкви не было никакой огласки, возможности хоть как-то привлечь всемирное внимание, ради блага церкви, а не против.

Я скажу так, в экуменизме отдельные опасные элементы есть, но они пока еще не антисистема, а вот суперэкуменизм — это конечно антисистема, чистейшей воды антисистема, точнее, агрегат, приспособленный для формирования антисистем. Под суперэкуменизмом понимается объединение уже не христиан разных конфессий, а объединение христиан с мусульманами, буддистами, и так далее. А до тех пор, пока говорят, что мы хотим просто сгладить острые углы, ну, это не так страшно. Один из знаменитых русских зарубежных архиереев, владыка Аверкий Таушев однажды написал смелую вещь, что христианин не может не хотеть восстановления церковного вселенского единства. И если бы западные христиане, прежде всего римо-католики немного двигались в сторону православия, то и православным следовало бы немного, там, где они не повреждают свою веру, двигаться в их направлении, но, к сожалению, сказал архиепископ Аверкий, католики движутся не по направлению к православию, а по направлению к протестантизму.

Ведущий: А, например, в понятии «авраамические религии» (такое понятие сейчас входит) есть ли некая заложенная мина антисистемности.

Махнач: Я уже говорил, чуть ли не в первой передаче, что у меня есть друзья мусульмане. И меня то нисколько не угнетает, их, кажется, тоже. Никто из них не пытался обратить меня в ислам вслед за Али Полосиным (Махнач смеется). Можно дружить, но нельзя делать единую религию. То никак не получится. Между прочим, и мусульмане то понимают. Вот в Конце времен, полагают мусульмане-суфии, то есть наиболее дружелюбные в отношении к христианству мусульмане, когда появится и будет в конце концов побежден даджаль (это то же самое, что у нас антихрист, у нас совершенно одинаковое представление о Конце времен), вот тогда Господь найдет, как разрешить противоречие людей Книги, то есть христиан, мусульман, иудеев и зороастрийцев даже, и сабиев даже, если брать и небольшие группы. У нас и у мусульман совершенно одинаковое представление о Конце времен. Но это разъяснить может только Господь, а не люди. У людей же получится антисистема, еще и людоедская такая.

Ведущий: Еще вопрос у нас. Пожалуйста.

Слушатель: Здравствуйте, Сергей Николаевич, Владимир Леонидович! С почтением Алексей Кириллов. Владимир Леонидович, не могли бы вы раскрыть вопрос о роли Филона Александрийского в формировании христианства. Дело в том, что Филон родился за 25 лет до Христа, и он мог получить очень много информации из Индии, от Кришны, а судьба Кришны очень напоминает судьбу Христа, его происхождение от девы, и так далее. Спасибо!

Махнач: В этом вопросе содержится нечто суперэкуменическое. Рисовать Филона, безусловно гностика, дохристианского гностика этаким предтечей христианства я считаю чем-то избыточным настолько, насколько мы можем иметь представление о трудах и воззрениях Филона, не так-то много мы знаем.

Я человек терпимый. Он фактически дохристианский мыслитель. Он переводил еще положения Ветхого Завета, переводил, так сказать, на понятийный уровень греческой культуры и цивилизации. В этом смысле он принес большую пользу, потому что затем этим активно пользовались.

Ведущий: Не был ли он эмиссаром иудаизма?

Махнач: Где? В греческом мире? Да, конечно, разумеется, но тогда еще ветхозаветной веры, понимаете? Он был им даже до восстания при Флавии Веспасиане, до восстания при Адриане, до восстания Бар-Кохбы. Мы говорим о тех, кто был действительно еще верен ветхозаветной религии. Я только вскользь напомню, что это две в сущности разные религиозные системы. Ветхозаветная вера и талмудический иудаизм (современный иудаизм) — это две разные религии, хотя бы потому, что ветхозаветная вера была тверда в том, что те евреи знали личного Бога, а позднейшие эпохи во многом съехали в сторону гнозисов, в сторону «Эйн-соф», то есть единого, но безличного Бога. Вообще-то за такое в добрые времена в Иерусалиме даже камушками могли побить. Потому это не противоречит ничему, что я сказал.

В то время в силу ощутимости, смутного ощущения желательности единобожия было определенное взаимное притяжение, было движение евреев в сторону греческой культуры и цивилизации, и происходило противоположное обращение прозелитов из римлян, греков и других в еще ветхозаветную веру. Заметьте, что тогда прозелитизм приветствовался, а современный иудаизм на протяжении многих веков прозелитизм не одобряет. Они стараются увеличить свое влияние, но не свою численность путем обращения новых прозелитов. Вот такая здесь штука. Но вернемся к антисистемам.

Антисистемы обладают еще некоторыми качествами, которые мы пока еще не раскрыли. Об изначальной разрешенности лжи мы говорили, примеры привели.

Есть еще «замечательное качество» (в кавычках, конечно) — способность капсулироваться, замыкаться в узкий кружок, исчезать из истории. В VIII веке манихеи исчезли, а в X веке вокруг Средиземного моря вдруг появляется масса антисистем. Они разные, они друг другу отнюдь не братья. Более двадцати пяти лет назад, если не тридцати, на вопрос, почему масоны ненавидели Рудольфа Штайнера, основоположника антропософии, один священник замечательно ответил: «А сатана не обещал своим слугам, что они будут любить друг друга». Так вот, они все не друзья, но они все со следами манихейства. Это соответственно карматы в исламском мире, потом самое страшное ответвление карматства — ассасины, о которых мы говорили в связи со «Старцем Горы». Это тондракиты в Армении, павликиане в Византии, богумилы в Болгарском царстве, вальденсы, то есть «ткачи». Причем они были такими же «ткачами», как и масоны «каменщиками». Просто ткач в те времена странствовал со своей продукцией, с коробом, и потому не вызывал никакого подозрения. Каждый ткач так продавал свою продукцию. И наконец альбигойцы в Провансе на юге Франции. Откуда они взялись? Почему? Нашли все сразу манихейские книжки и обчитались? То малоправдоподобно. Друг от друга они не происходили. Возможно только, что богумилы были как-то связаны с павликианами, а в общем у них было достаточно независимое происхождение. Просто остались осколочки, были манихеи. Ну какой источник отметит, какой историк заметит, что где-то на кухне сидят два-три человека и свирепо ненавидят мироздание! Вот эта способность сжиматься в капсулу, то есть исчезать из поля зрения, как будто их и нет, есть одна их черт живучести антисистем. Эта очень опасно. Хочу, чтобы наши слушатели это знали. Еще лучше о том почитать, например, у меня, а еще лучше в трудах автора термина — Льва Николаевича Гумилева.

Ведущий: Так, у нас еще вопрос. Пожалуйста.

Слушательница: Добрый день! Владимир Леонидович, скажите, пожалуйста, вот вы говорили о классических и неклассических антисистемах, их отличие только в том, что неклассическая отрицательно относится к собственной культуре?

Махнач: Да.

Слушательница: Или существуют еще какие-то другие отличия?

Махнач: Да, термин этот мой, я подразумеваю именно их более локальный характер.

Слушательница: Скажите, пожалуйста, вы не могли бы привести пример и той и другой. И второй вопрос. Скажите, можно ли современное так называемое искусство отнести к антисистеме, поскольку оно тоже отрицает мироздание? Я имею в виду абстракционизм, сюрреализм и прочую шизофрению, которая отрицает реальность, соответственно и христианство. В общем все признаки антисистемы там налицо.

Махнач: Основоположник сюрреализма Дали был как-никак католик, и довольно ревностный.

Слушательница: Но он же говорил, что сознательно дурачит людей, и если им нравится быть дураками, то пусть ими будут. То есть, здесь не только больное воображение автора, но и сознательное одурачивание людей.

И еще я хотела бы вас спросить. Скажите, а можно ли, если смотреть шире, назвать глобализм антисистемой? Спасибо.

Махнач: У нас уже времени нету. Тему связи глобализма и антисистемности я готов развить через две недели. Дело в том, что это понятие не устоялось. Под глобализмом понимают разные вещи. Хочу только сказать, что любое упрощение ведет к антисистеме. Ликвидация сословий, корпораций — это проявление антисистемы, хотя этим могут заниматься не только антисистемщики, а также тираны, например. Превращение общества в толпу — это же мечта антисистемы. Или, например, стремление стереть этнические различия, то есть превратить общество в еще более страшную толпу, денационализированное стадо. Эти тенденции можно видеть и в глобализме, и в телевидении, например. В телевизоре нету ничего злого. Телепередача может быть хорошей, а может быть и плохой. Но некая опасность есть — унификация, стирание различий, которые делают общество, человечество многообразным. В каком-то фильме, название которого даже не стоит упоминать, английская девчушка спрашивает как-то занесенного в средневековую Британию негра: «А тебя Господь так выкрасил?» — «Да, ему нравится многообразие», — ответил негр (Махнач смеется). Действительно, есть в этом нечто антисистемное. Но это особая тема.

А что касается искусства, есть эстетика, и есть антиэстетика. Они могут существовать одновременно. Есть злобные черты в искусстве, а есть незлобные. Вот в начале XX века в России действовали две противоположные тенденции в искусстве. И одна как бы вела к возрождению, как бы к преодолению фазы этнического надлома русских, как бы вела к общенациональному подъему. Она была разнообразной, но в общем укладывается в понятие «модерн». В живописи это прежде всего художники «Мира искусства», это безусловно кроме самых ранних работ Нестеров, Билибин, можно дальше перечислять, много найдем. А другая тенденция явно вела к революции, то есть к разрушению, к деструкции. Она тоже была разной, но ее можно охватить понятием «авангард». Искусство небезобидно, искусство небезопасно. Заметьте, что в одном виде искусства вообще не было авангарда. До революции авангарда не было в архитектуре, а проекты были. Проекты были, но они не находили заказчика, их не осуществляли. Всем нравился модерн, а авангард не нравился. Художник может написать картину и повесть ее на стене в мастерской. Архитектор же не может убрать свое здание в стол, потому что оно никому не нужно.

Ведущий: В скульптуре тоже, наверное, не было авангарда.

Махнач: Да практически не было.

Ведущий: Только другое дело, Владимир Леонидович, что, мне кажется, самый искренний, подлинный художник связан все-таки с таким понятием, как описание реальности. И вот из реальности на него подчас могут воздействовать такого рода импульсы, которые и приводят его к тому же сюрреализму, может быть, авангарду. Это ведь достаточно сложная и глубокая тема.

Махнач: Разумеется. Я помню, как на склоне лет вполне знаменитый Василий Кандинский напишет, что он не рекомендует молодым художникам заниматься беспредметной живописью, потому что он все попробовал, это все бесперспективно (Махнач смеется).

Ведущий: У нас остаются считанные минуты. Думаю, мы не будем развивать новую тему.

Махнач: Да, пока остановимся на способности антисистемы капсулироваться. Еще на одну передачу нам хватит темы «Антисистемы».

Ведущий: Через две недели, во вторник, если Бог даст, мы снова встретимся в этой студии с Владимир Леонидовичем и предложим очередную беседу из цикла Антисистемы. Огромное вам спасибо за интереснейший цикл, который вы, можно сказать, читаете у нас на радиостанции. Напомню, что сегодня в студии был известный московский историк Владимир Леонидович Махнач. Всего вам самого доброго! Спасибо за внимание! И до новых встреч!

Беседа 4/5
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/78c4db12b8b2467db5a4552a8e4e9882

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Ключевые слова: антисистемы 9 секты 11
Антисистемы. Беседа 2/5  
11 ноября в 01:32

Беседа 2/5. 16 сентября 2008 года.

Ведущий: В эфире «Народного радио» программа «Религия и общество». Добрый день, дорогие радиослушатели! Сегодня в гостях у «Религии и общества» историк Владимир Леонидович Махнач. Мы продолжаем наш цикл «Антисистемы». Это передача вторая, беседа вторая. Наверное, будут еще две беседы, то есть всего четыре части. Тема большая, интересная, а главное, она имеет всякого рода интерпретационные ответвления. Звоните, задавайте вопросы. Напоминаю, прошлый раз мы сделали вводную беседу об антисистемах и более подробно начали разбирать антисистемную структуру под названием «Тамплиеры», которая существовала в Средние века. На том прошлая беседа оборвалась. Итак, предоставляю слово Владимиру Леонидовичу. Пожалуйста!

Махнач: Добрый день, дорогие! Как помню, мы остановились на неклассических антисистемах Средневековья, и я начал говорить о первой, кстати, в истории Руси антисистеме конца XV века, которая известна в научной и иной литературе как «ересь жидовствующих». Вот с жидовствующих мы и начнем. Это термин того времени. Он не вполне адекватен.

Антисистема — это не ересь, это нечто неизмеримо худшее, чем ересь. Антисистема неизмеримо хуже. Кого называют еретиком в христианском мире? Того, кто во всем христианин, а в чем-то одном резко отклоняется. Термин «ересь» происходит от греческого αιρεση, что значит выбор. То есть, что-то выбрал, выпятил и на том «зациклился» (как теперь говорят), а так в общем-то христианин. Это всегда чревато опасностями.

Антисистемщик же есть тайный антихристианин, точно так же, как антисистемщик в мире ислама — это тот, кто корчит мусульманина, а на самом деле никакой не мусульманин, а гностик, например. Еще в раннем исламе такого называли «зиндиком». И люди понимали, что это такое. Правда, сейчас в основном мы имеем дело далеко не с классическим исламом и уж конечно не с ранним. Его почти не осталось, ничего не поделаешь. Ранний ислам был удивительно терпим, веротерпим, иудеев и христиан не притеснял, взимал с них только подоходный налог, а мусульмане были от него освобождены. Но то не было слишком обременительно. Потому в Халифате в VIII-IX веках иудеи часто были банкирами, а христиане были министрами, естественно, были художниками, ведь ислам отрицает изображение одушевленных существ, были также архитекторами, чего ислам никак не отрицает. За сотню лет ислам распространился от восточного Ирана, то есть от нашей Средней Азии до северных границ Испании, а дальше франки не пустили. Дальше Карл Мартелл вмазал мусульманам в первой битве при Пуатье так, что мало не показалось и до сих пор не кажется. Но тогда другие были франки, не нынешние. И всюду мусульмане встречали какие-то вероисповедания, например, совершенно загадочных сабиев (они же мандеи), которые и сейчас существуют в Ираке, в устье Евфрата, которые приняли крещение, приняли проповедь Иоанна Крестителя, но загадочным способом проехали мимо Христа, так и остались на уровне Иоанна Крестителя. Их мусульмане тоже причислили к «людям Книги», то есть к «людям Библии». Зороастрийцы Ирана вообще не имели никакого отношения к Библии, но так как они были единобожники, то мусульманские ученые их тоже причислили к людям Книги, их тоже убивать нельзя. А вообще-то, в принципе, коранически язычников надо обращать в ислам или убивать, уничтожать. Но когда мусульмане добрались до гигантской, чисто языческой страны Индия, тут надо было всех обращать в ислам, что вряд ли бы удалось, или все миллионы резать. И тогда мусульмане просто зажмурились и сделали вид, что они ничего не замечают (Махнач смеется). Но это не касалось антисистемщиков, это не касалось зиндиков. У них был даже специалист в Халифате, его официальный титул был «палач зиндиков». Зиндика уничтожали тут же, немедленно, физически уничтожали, ибо мусульмане понимали, как это страшно.

Таким образом, антисистема — это тайный антиислам, тайное антихристианство.

Ведущий: Простите, перебью вас. Тут позвонили и спрашивают, а является ли старообрядческая община антисистемной для России?

Махнач: Нет, потому что это даже не ересь, это раскол, секта, но не антисистемная секта. Кроме того, она не может быть антисистемной для России, во-первых, потому что они себя так не вели, даже когда их было много. До революции их было много, как мы знаем. Это даже не одна секта, а много сект, ведь они же постоянно раскалывались. Расколы раскалываются. Это знали святые отцы, это знают отцы аскеты. Раскол будет обязательно раскалываются дальше. Сперва образовался просто старообрядческий раскол, возникло старообрядчество, но тут же возникло два толка (а одно время было три): поповцы, то есть признающие священство, и немыслимое количество толков беспоповцев. Сейчас почти ничего не осталось. Но два толка поповцев, приемлющих священство, существуют: Белокриницкое (или иначе Австрийское согласие) и Новозыбковское. Их очень мало. И есть еще последние толки беспоповцев, превратившиеся уже в совершенно неправославные секты. Не знаю, сохранились ли еще филипповцы. На моей жизни была в Москве крошечная группа филипповцев, но они все померли. Сохранились точно федосеевцы и поморцы, два согласия. Но они совсем уже секты. Если не считать того, что они читают и молятся по-церковнославянски, больше ничего православного там нету.

Во-вторых, в условиях жестоких гонений советского времени православные выжили, а старообрядцы нет. Вообще православные и сейчас гонимы, но только утонченными методами: им не возвращают имущество, не возвращают их права, не компенсируют убытки. Это должны делать наш президент и наш премьер-министр как правопреемники советской власти и Советского Союза. Так вот, в нынешних условиях, когда гонения как бы закончились, проповедь все-таки возможна, богослужение возможно, число православных не резко, но постоянно растет, а число старообрядцев не растет, их осталось очень мало. Никто в старообрядчество не уходит, даже из язычников, даже из иудеев, даже из мусульман, ниоткуда. Они пополняются только за счет своих семей. Какая уж там антисистема, если она не в состоянии распространиться! Думаю, что я вам ответил.

Так вот, эти жидовствующие не еретики, а антисистемщики. Кстати, преподобный Иосиф Волоцкий то прекрасно понимал, но у него еще не было рабочего термина, его еще не могло быть в конце XV века. Потому он записал в своей книге «Просветитель» (есть недавнее издание, можно прочитать), что это не ересь, а прямое отступничество от христианства. Притом они внешне делали вид, что они христиане.

И они не очень точно именуются жидовствующими, то есть иудействующими. Они действительно отрицали, как иудеи, триединство Господа Бога (тринитарный догмат), хотя они не отрицали Бога. Они отрицали и хулили крест. Это известно, это доказано. То есть, они делали то, что делали иудеи.

Они были также оккультисты. Они занимались практической магией. Сохранилась книжка одного из виднейших деятелей этой группы Волка Курицына, где содержится указание по совершению магии как планетарной, что я не считаю колдовством, кстати сказать, я довольно терпимый человек, то есть астрологии, но также и другие моменты, связанные с другими гаданиями, например, хиромантией.

Ведущий: То есть, Схария им еще и кабалу какую-то передал?

Махнач: Наверняка, но у нас нету ни одного текста от Схарии. От него самого, или их действительно было семеро, потому что первоначально указывается, что семь иудеев приехали и основали секту. Остальные имена неизвестны. Хитрый Схария, или все семь во главе с ним, — они же «ноги сделали», они «отложили яички», те яички соответственно здесь превратились в «куколок», а они сбежали в Литву веротерпимую.

Ведущий: Интересно, как это прижилось. Ведь не цепями же били, загоняя в эту ересь, а к сердцу русских нашли путь, и она стала так распространяться, что чуть ли не до Кремля дошла, до Москвы.

Махнач: Да, до Кремля, даже до митрополита Зосимы. Дело вот в чем. Если меня слушают сейчас молодые люди, то поверьте мне, антисистема вам опаснее всего. Почему? Не потому что человек с возрастом умнеет. Возможно, что старея человек глупеет. Во всяком случае, интеллекта у вас больше не будет, когда вы достигните моих лет. Какой вам интеллект Бог дал, тот и будет. Но у молодых людей даже до тридцати лет еще нету достаточно здравого смысла. Вам предложат очень красивое построение. Я тут же задам вопрос, который вы не зададите: «Да, хорошо, все красиво, все правильно, очень хорошо выведено, все логично, а начальная посылка-то какая? Откуда вы начинаете танцевать? Должен быть первоначальный посыл». Вот это тот вопрос, который молодой человек, к сожалению, не задает. И потому молодые люди попадаются. Они попадаются на изящество антисистемы. Насколько изящны были гностические построения еще последних веков перед Рождеством Христовым и потом! Система Василида, система Валентина, Карпофора. Просто блеск! Удивительно красивы. И молодой интеллектуал попадается на них. А совсем даже не интеллектуал, а просто человек, обладающий здравым смыслом, потому что ему сорок лет, а лучше пятьдесят, скажет: «Да, да. Все хорошо. А первоначальный посыл? Откуда ты все это выводишь? Вот на этом антисистемщик и ловится».

Потому я в свое время написал и сказал в прошлой передаче, никогда не полемизируете с антисистемщиком. У него бесстыжие глаза. Он возьмет ваш аргумент и тут же выдаст его за свой. Вы можете спорить с единомышленником, с единоверцем, с единородцем, то есть с принадлежащим к одной с вами нации. Это может принести пользу или хотя бы доставить удовольствие. Спорьте с раскольником. Может быть, убедите. Спорьте с еретиком. Может быть, поможете спасению его души, между прочим. Но никогда не спорьте с антисистемщиком, а сразу бейте в зубы. Причем если выбьете все зубы, то будет очень даже хорошо, потому что они ему без надобности. Здравые христиане и мусульмане именно таким образом себя и вели, долго защищая себя от антисистем.

Не уходя окончательно от так называемых «жидовствующих», которые на самом деле колдуны (Махнач смеется), и жидовствующие тоже, но больше колдуны, мы будем, как и договорились, сейчас рассматривать отдельные черты антисистем. Притом совсем необязательно все признаки принадлежат каждой антисистеме, но, как правило, большая часть принадлежит.

Напомню, что два признака мы уже знаем. Вот первый, совершенно замечательный признак, который указал еще Гумилев. Антисистема разрушает общество, социум, а если она очень мощная, то сокращает и время жизни этноса (народа). Между прочим, это нам грозит, потому я и делаю целый цикл передач об этом. Вы все должны знать об этом, а еще лучше почитать, прежде всего Гумилева. Можете и меня почитать, потому что неклассические антисистемы описал не Гумилев, а Махнач. Еще, между прочим, Шафаревича надо почитать. Он описал очень важный аспект антисистемности в своей работе «Социализм как явление мировой истории». Она дважды издавалась довольно большими тиражами. Так что, Гумилев, Шафаревич и ваш покорный слуга.

Так вот, мы знаем, что они деструктивны и что классические антисистемы ненавидят мироздание, ненавидят Божий мир, а неклассические ненавидят свою культуру, причем не только свою национальную, но и свою великую, например, римо-католическую, или православную (восточнохристианскую), или мусульманскую (исламскую), или конфуцианскую (дальневосточную). Антисистемщик в Китае будет ненавидеть, конечно, все китайское и конфуцианское, всегда. То есть, они всегда разрушители традиций. В этом антисистемность франкмасонства, потому что масонство, провозглашая идею служения прогрессу, идею непрерывности прогресса, тем самым выступает разрушителем традиций. И не надо думать о «всемирном масонском заговоре». Это сомнительно. А то, что масонская генеральная идея разрушает все культуры, хуже любого заговора.

Ведущий: Ну, если они наследники тамплиеров, по некоторым версиям, то эта организация уже несет в себе семена антисистемы.

Махнач: Конечно, но дело в том, Сергей Николаевич, что с тамплиерами покончили в первой половине XIV века, а масонов мы можем наблюдать только с конца XVI века.

Ведущий: Они говорят, что они укрылись и сохранились в Шотландии, в Португалии.

Махнач: Да врут они все. Это все масонские легенды.

Ведущий: Я имею в виду, что конечно не все тамплиеры были уничтожены.

Махнач: Да, естественно, испанцы и португальцы не дали своих тамплиеров в обиду. Но я подозреваю, что тамошним тамплиерам было не до черной, злобной мистики, потому что они реально сражались за христианство, каждый день, всю жизнь. Испанских тамплиеров включили в Орден Калатравы, и никто никогда не обвинял калатравских рыцарей в том, что они антисистемщики. Было два рыцарских ордена в Испании — Сантьяго-де-Компостела и Калатрава. Тамошние тамплиеры там и остались.

Второй признак антисистемы — это разрешенность лжи. Ложь — признак антисистемы. Да, двойная мораль, конечно. По пути антисистемы идет во многом современный Запад. Я не хочу сказать, что Запад есть весь антисистема, но двойная мораль есть абсолютно антисистемный признак. Ложь праведна, но для своих.

Ведущий: У них же люди делятся на «просвещенных» и «профанов».

Махнач: Это другой термин — «герметичность». Он будет обязательно мною разобран, мы к нему вернемся. Герметичность не всегда есть признак антисистемы, но очень многие антисистемы обладают герметичностью.

Ведущий: Просто я хочу подчеркнуть нравственно-этическую составляющую мировоззрения антисистемщиков, что профанному стаду применимы любые, так сказать, операционные манипуляции.

Махнач: Конечно. И обмануть — нравственно. Лишить собственности — нравственно.

Ведущий: У нас первый вопрос. Пожалуйста, слушаем вас.

Слушательница: Добрый день! Скажите, пожалуйста, свидетели Иеговы относятся к антисистеме или к секте? И второе. Мне кажется, что антисистема не так страшна, как например, иудейская вера.

Махнач: Мы прошлый раз уже ответили на этот вопрос (о талмудическом иудаизме).

Слушательница: Со мной был такой случай. Я ехала в метро. Я стояла, сейчас не принято старым людям уступать места. И когда мне, наконец, уступили место, я сказала сидящей рядом молодой женщине: «Неужели вы не видите, что тут написано «Для пожилых людей»?» Зря, конечно, я сказала это. Так она послала меня матом. И я, сама не понимая почему, спросила: «Ты что жидовка?» Она ответила: «Да, и очень горжусь этим».

Махнач: Ну, знаете, я думаю, если бы вы хамке сказали: «Ты что корячка?», она бы гордо ответила: «Да, и даже раскорячка!» Это не обязательно этническая черта (Махнач смеется). Но хочу вам сказать, что иудаизм настроен откровенно антихристиански. Они же сами издали кодекс «Шулхан арух» (Накрытый стол), его можно почитать. Они не скрывают того, что они антихристиане. Уже потому талмудический иудаизм не антисистема. Это не тайное антихристианство, а открытое антихристианство. Вот и все.

Каждую религию кто-нибудь ненавидит. Это обязательно. У каждой религии есть ненавистники. Я хочу сказать другое, о свидетелях Иеговы. Свидетели Иеговы — безусловная антисистема. Они, а также их покровители выдают их за христианскую секту.

Христианская секта, например, евангельские христиане баптисты. Это не антисистема. Это маленькое, сектантское вероисповедание. Адвентисты седьмого дня тоже христиане, кроме своей зацикленности на седьмом дне. Они принимают Троицу (тринитарный догмат). Против Символа веры у них тоже ничего нет. Есть еще другие, квакеры, например.

А есть то, что профессор Дворкин называет «тоталитарными сектами». Вот они, как правило, антисистемы.

Если в справочной книге написано, что христианские секты — это радикальный протестантизм, баптисты, адвентисты, пятидесятники, а далее также названы свидетели Иеговы или мормоны, то значит, что ваш справочник или ваша энциклопедия прониклась духом антисистемности, потому что она нехристианские вероисповедания называет христианскими.

Иеговисты самые прилипчивые, не считая малочисленных сторонников американского корейца миллиардера Муна, называющих себя «Церковь объединения». Куда я только ни попадал. Я был в Сургуте, там православных большинство, довольно много мусульман, стоит приличная мечеть, четыре православных храма. Город большой, триста тысяч. И храмы большие. Большой молельный дом баптистов. А кто там еще? И иеговисты. Только они занимают нарочитую халупу на окраине, чтобы их меньше видно было, но бегают со своей «Сторожевой башней» (журнал у них такой мерзостный) по всему городу, как зомбики. Слушаем вас.

Слушатель: Система — это стройная, организованная структура чего-либо. В данном случае я хотел перевести вопрос в сторону общественно-политическую. Многопартийная система сейчас у нас — это антисистема с исторической точки зрения? Спасибо.

Махнач: Во-первых, многопартийная система закончилась у нас в момент последних думских выборов. И вот уже два думских цикла у нас примерно такая же многопартийная система, как в ГДР. Помните, была Германская Демократическая Республика, социалистическое государство? Наверное, вы не знаете, что там было пять официальных партий. И они имели представительства в представительных органах сверху донизу. Там была Национально-демократическая, Крестьянско-демократическая… Короче, там хватало партий. Была такая партия-ящичек для интеллигентов, партия-ящичек для крестьян (бауеров), и так далее. Была даже предусмотрена партия для бывших членов нацистской партии (Махнач смеется). Но из этого не вытекает, что у них была многопартийная система. Была одна партия и вот эти нишечки для удобства.

Вы же не знаете, когда у нас формально исчезла многопартийная система. Она исчезла только в 1929 году. А до того у нас было две партии. Вы громко возразите и скажете, что левых «эсеров» к тому времени давно разгромили. Да, конечно, левых «эсеров» уже не было, но была партия «Поалей-Цион» (Рабочие Сиона), и был второй, еврейский комсомол рабочий — «Югенд Поалей-Цион». Это, правда, не значит, что то была конкурирующая партия, что была двухпартийная система, но вот им было можно, что характерно. У нас сейчас примерно такая же система. У нас конечно одна партия, но для красоты, для демократичности вот еще три существуют. А не представленных в «госдуме» и в «совфеде» даже больше. Но как только появлялась действительно конкурирующая партия, то ее старательно, с большими капиталовложениями разваливали. Так поступили с партией «Родина», действительно представлявшей альтернативную точку зрения. Так поступили с Конгрессом русских общин. Так совершенно антиконституционно лишили регистрации Русский общенациональный союз (РОНС). Так что сейчас у нас однопартийная система.

Теперь второе. Отвечаю на ваш вопрос. Я историк-русист. России свойственна не однопартийная система (такой демократии, конечно, не бывает) и не многопартийная, а беспартийная демократия. Такая у нас была в Киевской Руси в IX-XII веках.

Ведущий: Можно сказать, что это аналог корпоративного государства?

Махнач: Конечно, по крайней мере корпоративного общества. Таким у нас был парламент под названием земский собор в XVI-XVII веках. Если вы мне окажете такую честь, найдите мою статью «Демос и его кратия», она не раз печаталась, можете найти на моем сайте и на других сайтах. Там вам будет все объяснено со ссылкой на авторитетнейших ученых, философов. Даже в Англии еще в XVIII веке многие считали, что порядочный гражданин не может быть членом партии, потому что тогда он будет действовать не в интересах общества, не в интересах английского народа, а в интересах партии. Наличие партий уже зло. Нет, это не антисистема, это — влияние антисистемы на мировоззрение, на наш мир, это — разобщение общества. Когда общество органично организовано в корпорации, сословия, гильдии, цехи, клубы, — это великолепно. А вот партия — это шайка. Она всегда устроена внутри не демократически. Наверное, я потратил много времени, отвечая на вопрос, но, наверное, не зря.

Пока нету звонка, я попытаюсь закончить о лжи. Итак, о принципе разрешенности лжи. Знаете, откуда он вытекает? Он вытекает из изначальности лжи. Ну, отец лжи, как знают христиане, это сатана. В общем и мусульмане придерживаются подобной точки зрения. Но я не богослов и потому так глубоко забираться не собираюсь. Дело вот в чем. Антисистемы всегда или, скажем осторожнее, чаще всего организуются из соединения несоединимого. Я немножко об этом уже говорил. Нельзя быть одновременно христианином и буддистом, потому что для христианина окружающий мир есть Божий дар, Божье творение, он реален. Для буддиста окружающий мир — это майя, иллюзия. Нельзя одновременно исповедовать буддизм и христианство, а дружить с буддистом можно. Запросто. У меня, правда, нету друзей буддистов, но друзья мусульмане у меня есть, причем искренние, последовательные мусульмане. И как-то ничего. Обходимся. Но нельзя пытаться объединить христианство и ислам, это знает и христианство, и ислам. Может быть, Господь всех оправдает. Я не знаю, что решит Господь. Но это будет тогда, когда он придет, в земной же жизни нельзя быть одновременно христианином и мусульманином одновременно, а дружить с мусульманином можно.

Ведущий: То есть, один из признаков антисистемности — соединение несоединимого.

Махнач: Да, и делается это только ценой изначальной лжи. То есть, с самого начала базовый камень антисистемы есть ложь. Вот есть у нас «Богородичный центр». Когда они появились, я сначала решил, что это сектанты, ну, сектанты, которые помешались на почитании Богородицы. Мы все почитаем Богородицу, и римо-католики, и христиане. А вот эти, наверное, просто переборщили, перегнули палку. Но когда я посмотрел их брошюры и увидел там следы индуизма и буддизма, я понял, что это никакая не секта и не ересь, это антисистемочка. Они соединяют несоединимое. Потому, если увидите, знайте, что это зло.

Прежде чем ответить на звонок (у меня фонарь горит), я хочу сказать еще одну фразу, то, что я всегда говорю своим ученикам, и студентам, и школьникам, и взрослым слушателям:

Я довольно терпимый человек, я твердо убежден, что порядочным может быть не только христианин или мусульманин, но и буддист, и индус. Но если я встречаю человека, который говорит, что он буддист и христианин одновременно, что он индусо-мусульманин, я ни секунды не сомневаюсь, что в лучшем случае он дурак, наслушавшийся злодея, а в худшем случае он сам злодей.

Ведущий: Еще вопрос, наверное, последний. Пожалуйста, мы слушаем вас.

Слушательница: Добрый день! Владимир Леонидович, вот исходя из того, что вы сейчас сказали относительно партий, можно ли говорить, что та парламентская республика, к которой сейчас все стремятся, когда народ во власти не представлен никак, а представлены только олигархи, которые решают там свои проблемы, можно ли говорить о том, что это плохо?

Махнач: Отвечаю вам. Президент Ельцин при нашей конечно несовершенной демократии совершил первое преступление именно перед принципом демократии. Конечно, шайки всегда влияют, олигархи влияют. Это все понятно. Они во всем мире влияют. Думаю, что и в Средние века, и в Античном мире тоже влияли какие-нибудь олигархи. Аристотель об этом писал во всяком случае 24 века назад и нисколечко не устарел.

На площади, по-гречески, на агоре, где торговали и проводили собрания, можно собрать пятьсот человек, пять тысяч уже трудновато, а пятьдесят тысяч невозможно, таких агор не бывает, они работать не смогут. И вот когда нельзя всем собраться, тогда демократия становится представительной. Иван Иванович, Василий Васильевич и Сергей Сергеевич избирают Петра Андреевича. Почему? Потому что они знают, что Петр Андреевич порядочный человек. Мы его избираем, он будет сидеть в нашем совете. Это конечно не то же самое, когда все взрослые мужчины собираются на площади, но это неплохо, это еще демократия.

Так вот, президент Ельцин нанес демократии жесточайший удар, он половину мест в государственной думе отдал партиям. Выборы по партийным спискам не демократические выборы, это антидемократические выборы. Другую половину оставил так называемым «одномандатникам», когда избирают «Ивана Иваныча». То есть, у нас осталось пол-демократии. Президент Путин прикончил демократию окончательно, он забрал одномандатные места. Больше у нас демократии на уровне государственной думы нету, не существует!

Выборы по партийным спискам — это всегда оболванивание болванов и превращение их в еще больших болванов!

Избирать надо только лично, только персонально известного человека. При всех изъянах это демократия. А лучше всего вообще запретить политические партии и избирать только Петра Петровича, Ивана Иваныча, Мухаммеда Рустамыча. Тогда более или менее это будет на что-то похоже.

Ведущий: Надо земский собор вернуть.

Махнач: Да, да.

Ведущий: Совершенно не надо копировать английскую систему. В других странах она может не работать.

Махнач: Английская система тоже вначале так работала. И у нас она работала. Просто партии надо упразднить.

Ведущий: Боюсь, при таком темпе у нас будет не четыре, а больше передач про антисистему. И тем лучше. Напомню, у нас в гостях был историк Владимир Леонидович Махнач, мы делали передачу вторую из цикла «Антисистемы». Большое вам спасибо за внимание, всего доброго, до новых встреч.

Беседа 3/5
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/44e71b98656c4cf9b2f1468a256974e0

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Ключевые слова: антисистемы 9 секты 11
Антисистемы. Беседа 1/5  
11 ноября в 01:30

«Народное радио», Москва.
Отекстовка: Сергей Пилипенко, ноябрь 2017.

Беседа 1/5. 2 сентября 2008 года.

Ведущий: В эфире «Народного радио» программа «Религия и общество». Добрый день, дорогие радиослушатели. Сегодня в гостях у программы «Религия и общество» вновь историк Владимир Леонидович Махнач. Мы решили все-таки (может быть, не очень хорошее слово, но оно, на мой взгляд, бьет в точку) «поиспользовать» Владимира Леонидовича в том аспекте его реализации жизненной, в которой он действительно мастер своего дела, потому что последнее время мы в основном проводили беседы на какие-то сиюминутные темы, связанные с проходящей современностью, с проходящей исторической ситуацией, какими-то событиями. А между тем Владимир Леонидович — историк и, на мой взгляд, сейчас один из лучших историков в России, в Москве. И нам хотелось бы даже сделать ряд передач, если получится, конечно, с каким-то интервалом, может быть, две недели, которые будут посвящены фундаментальным, глобальным историческим проблемам, которые актуальны для любого времени истории.

И вот первый цикл, который мы решили сделать, который, наверное, не знаком слушателям «Народного радио», будет посвящен так называемым «антисистемам», тому, что такое антисистема, что это за понятие, главным примерам антисистем в истории. Об этом сегодня расскажет Владимир Леонидович Махнач. Телефон в студии 629-08-73 или 780-52-55. Пожалуйста, звоните, задавайте вопросы Владимиру Леонидовичу.

Дайте тогда небольшой исторический экскурс. Можно даже начать с происхождения самого термина, да? Пожалуйста, Владимир Леонидович!

Махнач: День добрый! Термин «антисистема» в гуманитарном знании, а теперь и в политике, и в публицистике довольно новый. Его создал наш великий соотечественник и современник большинства наших слушателей, хотя его 13 лет уже как нет в живых. Тем не менее он современник для большинства. Он создан Львом Николаевичем Гумилевым, замечательным историком, замечательным и географом, создателем теории этногенеза. Она единственная в мире, никаких других теорий этногенеза пока нету. Фактически он создатель науки этнологии, хотя его противники еще около двадцати лет назад, в «перестроечку» лихо переименовали Институт этнографии в Институт этнологии РАН. Сейчас это Институт этнологии и антропологии, прямо скажем, не из удачных институтов в огромном сонме блестящих научных институтов нашей Академии наук.

Достаточно сказать, что выпускники, сотрудники, стажеры, аспиранты этого института были по своей чудовищной безграмотности повинны в некоторых конфликтах с немалым кровопролитием на территории еще существовавшего Советского Союза, а также после 1991 года. Например, уж точно на совести бывших сотрудников Института этнологии была страшная резня в Сумгаите и Баку.

Другой теории этногенеза не существует. Есть только гипотезы, есть концепции. Не будем говорить, что этим занимался только Гумилев. Но только Гумилев построил законченную, стройную теорию. Теория выше концепции, а концепция выше гипотезы. Других теорий нету, потому к ней надо относиться серьезно. Я рекомендовал бы познакомиться с ее основами каждому преподавателю, даже не гуманитарию, а уж гуманитарию обязательно, каждому священнослужителю, каждому родителю, который еще занимается воспитанием детей или внуков. В теории Гумилева вы найдете и категорию антисистем. К счастью, достать Гумилева нетрудно. Целостное изложение термина «антисистема» встречается в его основном трактате «Этногенез и биосфера земли», рассчитанном на коллег, на ученых, и в его популярной версии, в замечательной книжечке «Конец и вновь начало». Она издавалась уже не один раз и, кажется, сейчас есть в продаже.

Я пошел немножко дальше. Конечно, в данном случае я полностью завишу от светлой памяти Льва Николаевича. И уже мне принадлежит категория «неклассическая антисистема». Я сегодня успею сказать, какие антисистемы классические и какие неклассические, хотя конечно рассказ о чертах антисистем придется отложить на пару недель. Но что-то мы сегодня все-таки успеем. Почему это важно? Дело в том, что антисистемы нас окружают, они есть, они существуют. К сожалению, они есть и в нашем отечестве, причем их номенклатурочка довольно богата. И в настоящий момент, чего не было сто лет назад, мы можем видеть на Русской земле как классические, так и неклассические антисистемы. Я уже не говорю о США, которые просто забиты антисистемами. И даже у власти они встречаются. Потому они оказывают серьезное воздействие на происходящее с нами. С ними надо бороться, сами они никуда не денутся, если только злобность антисистемы не реализуется настолько, что приводит ее к самоубийству, к саморазрушению. Такие случаи бывали в истории. Пафос антисистемы — смерть. Потому идеальная антисистема должна заканчиваться групповым самоубийством, массовым самоубийством. Но, увы, чаще всего того не происходит или происходит не сразу. Еще раз назову обе книги Гумилева, запишите: «Этногенез и биосфера земли» и «Конец и вновь начало». Вторую читать легче, старшеклассник уже может спокойно читать.

Что же касается вашего покорного слуги, то я много раз издавал различные версии «Антисистем в России», я ввел категорию «неклассических антисистем». Это можно найти в моем сборнике 2000-го года «Очерки православной традиции», в коллективном сборнике «Россия — последняя крепость», а также в интернете. Если вы пользуетесь интернетом, то посмотрите у Махнача работу «Диагноз», работу о происхождении революции, о предпосылках революции. Почти половина работы посвящена антисистемам в России. Вы получите о них определенное представление и даже сможете рассказывать окружающим. Мы все должны владеть этим материалом, повторяю, для того чтобы подавить, истребить, рассеять любым способом встретившиеся, наличествующие у нас антисистемы.

Итак, что это такое? Классическая антисистема, по Гумилеву, это такая религиозно-идеологическая, можно сказать, религиозно-философская, религиозно-политическая конструкция (религиозный подтекст там всегда есть), которая способствует деструкции, то есть разложению, как минимум повреждению общества. И если она достаточно мощна, она способствует даже сокращению жизни этноса (народа).

Этносы смертны. Этносы сменяют друг друга. Притом они все же живут достаточно долго, по Гумилеву, 12-13 веков. А иногда остатки народа превращаются в реликт и живут еще много веков, но только уже совершенно пассивно. Нам с вами пока бояться нечего. Русские, сменившие славян, — этнос XIII века, второй половины XIII века. Потому нетрудно видеть, что впереди у нас во всяком случае четыреста лет, а может быть, если повезет, и пятьсот лет. Так что спокойно размножайтесь, дорогие слушатели. Можете заводить детей, внуков, правнуков. На их век России хватит. Кроме того, подобно тому, как русские сменили домонгольских, доордынских славян, Богу может быть угодно дать нам новый виток этногенеза, и родится преемник русского народа, значит, будет еще 12-13 веков. В конце концов, человечество тоже не бессмертно, оно тоже когда-нибудь кончится. Пока же все неплохо. И все было бы совсем неплохо, если бы не наличие антисистем. Антисистема может сокращать продолжительность жизни этноса. То самое страшное, что она делает.

Кроме того, Лев Николаевич определил антисистему как систему с негативным мировосприятием, с отрицательным знаком. Это все тоже гумилевское, я вам здесь только рассказываю.

Классические антисистемы отличались тем, что ненавидели мироздание, ненавидели мир Божий. Религиозных систем очень много, все системы разные. Но хотя для последовательного буддиста окружающий мир есть «майя», то есть иллюзия, мир же только внутри него, все равно мир ему нравится, все равно творение Божие ему нравится. Я уже не говорю о мусульманине, я уже совсем не говорю о христианине. Для христианина мир прекрасен, потому что он весь творение Божие. Да, он, конечно, поврежден, был поврежден еще грехопадением ангелов. Присутствие сатаны и другой окружающей его нечисти в мире конечно ощущается. Иначе бы антисистем не было, они порождение нечистого. Но по преимуществу мир реален, никакая не иллюзия. Мир христианину все равно нравится, даже современному христианину, который от церкви отбился и образован плохо.

Чтобы представить себе классического антисистемщика, который ненавидит мироздание, ненавидит Божий мир, ненавидит Творение, представьте себе такого человека. Он вышел на крыльцо. Перед ним цветущий июньский сад. Только что прошел дождь. На еще не просохших листьях, на травке бриллиантами блестят капли. Естественно, все умопомрачительно благоухает. Дождь прошел, и птички поют. Этакий кратковременный рай на земле, и солнышко уже засияло. И вот этот человек выходит, это все видит, чувствует, и единственное, что ему приходит в голову: «Во, лужа!» Вот это мировоззрение человека, готового войти в антисистему. Сам по себе он, конечно, не может образовать антисистему, один человек еще не система, но он уже готовенький, у него антисистемное мировосприятие.

Или представьте себе мужчину, который видит прекраснейшую женщину в своей жизни. Не буду раздражать ваши нервы и описывать, как именно она прекрасна. И вот он видит ее, и его реакция такая: «Баба! А внутри у нее кишки. А в кишках…» Ну, понятно, да? Дальше не будем.

Так вот, это как раз проявление антисистемности. Вы думаете, что таких нету? Есть.

В древней Месопотамии была очень сложная, во многом темная, во многом мрачная религия. Там были разные школы, разные верования. Великая культура Месопотамии существовала много веков. Потому многое менялось, от темного они даже немного сдвигались к светлому. Ответвлением той религии, изначально ответвления религии шумеров, была религия Финикии. И потому неслучайно Финикию так не любит Библия. Вот обратите внимание. Библия не любит и Вавилон, вполне прилично относится к Египту, а Вавилон не любит, но вот этих не любит совсем. Религия финикиян, а следовательно карфагенян, которые были финикийцами, — была верой только во зло. Есть ли добро, еще вопрос, этого никто не знает. А вот зло уж точно существует. Зло надо ублажить, иначе зло тебя съест. Финикийцы постоянно совершали не просто человеческие жертвоприношения, они приносили в жертву детей, причем своих детей. Это археологически подтверждено. Когда в конце XIX века начали всерьез копать Карфаген (сейчас это окраина города Туниса в Северной Африке), нашли то, что с ужасом ожидали найти, — кучи обгорелых детских костей. Их сжигали в печке, приносили в жертву Ваалу, то есть своему господину.

Ведущий: Не хочется, честно говоря, вас прерывать, но у нас все-таки прямой эфир. Давайте ответим на первый вопрос, который к нам поступил, а потом продолжим беседу. Пожалуйста, вы в эфире, мы вас слушаем.

Слушательница: Добрый день. Владимир Леонидович, вы меня простите, может быть, это совсем не по теме, но хотелось бы вернуться ко времени Великой Отечественной войны, к тому, как она ныне освещается, и почему-то авторами немецкими. Причем их книги пестрят предводителями немецкой армии. Как это допустимо? Разве это вообще объективное освещение войны?

Махнач: Еще в послевоенные годы мы издавали немецких генералов — «предводителей немецкой армии». Это делать надо. Войну надо изучать со всех позиций. Позднее мы издавали также авторов английских, участников войны, американских авторов, более, конечно, о войне на море. Потому конечно хорошо, что издали Типпельскирха, немецкого генерала, издали другого еще более знаменитого генерала Хайнца Гудериана, которого весь мир знает, его знаменитейшую работу «Танки — вперед!» Он был крупнейшим танковым специалистом Германии. Естественно, их точка зрения несколько отличается от нашей, тем более что они все же еще и побитые. Но чаще всего они пишут о своем противнике, о нас уважительно. Я не припоминаю, чтобы они писали о нас хамски. Хамство есть не у участников войны, не у «предводителей», хамство есть у современных авторов Запада. Это есть. Хамство заключается в том, что выясняется, что мы вообще были где-то сбоку-припеку, а немцев отлупили англосаксы совместными усилиями. Вот это — гнусное искажение реальности.

Ведущий: Я позволю себе немножко вмешаться. Видимо, автор вопроса еще имеет в виду вот что, Владимир Леонидович. Добро бы еще, если бы то писалось и преподавалось англосаксонским ученикам. Плохо то, что это вводят в программы русских учеников, на территории России. Вот в чем заключается антисистемность.

Махнач: Безусловно. И совершенно понятно почему. Это антисистема еще предреволюционного происхождения, это неклассическая антисистема (мы до них еще не дошли). Это не просто люди с негативным мировосприятием, они же бывают и министрами, они бывают и главами департамента образования.

Могу вам точно сказать, что существует вполне приличная литература, в том числе научно-популярная, доступная литература по той же войне, вообще по послереволюционному периоду, и наша, русская, здешняя, кстати, и переводная. Чего стоит только одна книга американского профессора, достойнейшего человека Энтони Саттона «Уолл-стрит и большевицкая революция». Если вам попадется, весьма рекомендую. Есть книги, но учебников нет. У нас по XIX веку только один хороший учебник и то экспериментальный, и то у него тираж не массовый, не настоящий. Это учебник по отечественной истории конца XIX – начала XX века (дооктябрьский период) профессора Боханова. Он может считаться хорошим учебником, но большинство же все равно не по нему учится. Большинство учится по плохим учебникам. А начиная с 1917 года, у нас в распоряжении несчастных школьников нету ни одного не только хорошего, а даже допустимого учебника. О детях надо заботиться самим. Нету такого учебника, который можно было бы без брезгливости в руки взять.

Ведущий: То есть, это вопрос, который должен быть безотлагательно решен и закреплен на законодательном уровне. Эту омерзительную похабщину, что русские были на подхвате в этой войне, должно уголовно преследовать, на мой взгляд.

Махнач: Разумеется! Что вы хотите, Сергей Николаевич! Сменилось правительство. Но министром образования оказался тот, кто ненавистен всем, уж православным просто поголовно, потому что он откровенный враг православия. Это министр Фурсенко. Вместо того чтобы ему «министерить» где-нибудь на Таймыре, где, говорят, климат хороший, он сидит в министерстве. Дорогие мои соотечественники, надо оказывать постоянное давление на власть. Вот, например, власти почувствовали давление общества, и нынешний кавказский кризис разрешился так, как он разрешился. А я не уверен, что мы поддержали бы и защитили, несмотря на все их просьбы, абхазов и осетин, если бы того не хотел народ.

Ведущий: Может быть, еще немного об антисистемах? У нас мало времени.

Махнач: Давайте ответим на еще один звонок, а потом поговорим о неклассических антисистемах.

Ведущий: Хорошо, еще вопрос. Слушаем вас внимательно.

Слушательница: Добрый день! Прежде чем задам вопрос, маленькая реплика по поводу хамства Запада. А что вы хотите, это естественный, извечный для них способ, это комплексы Запада, поскольку этот принцип извечен — возвеличивать себя за счет унижения других, поскольку ничем другим возвеличить себя не могут, только за счет унижения нас. Но это реплика, теперь вопрос. Скажите, пожалуйста, можно ли считать иудаизм первой антисистемой? Его идеологию, религиозное мировоззрение. И еще вопрос. Коль скоро принцип жизни на земле есть борьба, и без борьбы идет просто гниение и смерть, является ли наличие антисистемы естественным процессом жизни нашего общества? Спасибо.

Махнач: Нет, это, безусловно, противоестественный процесс. И вот почему. Борьба действительно идет, и само рождение новых народов — это тоже противодействие разрушению, потому что второе начало термодинамики касается также информации. То есть, если вначале было правильное вероисповедание, оно будет обязательно портиться. Это — убывание информации. Лев Николаевич Гумилев вообще считал, что энтропия (то, чего касается второе начало термодинамики, убывание энергии, убывание тепла, убывание энергии народа, убывание информации) — это дьявол.

Это, кстати, близко к тому, как воспринимают сатану, то есть Иблиса мусульмане. Они воспринимают его четко как некую «черную дыру», которая постоянно что-то пожирает, — свет пожирает, тепло пожирает, доброту пожирает, и информацию в том числе.

Потому мы так или иначе все равно боремся с энтропией. Рождение новых народов противодействует энтропии. Всякий народ старится, но по воле Божией рождается новый народ.

Теперь о вашем вопросе об иудаизме. Во-первых, надо понимать одну вещь. Наши энциклопедии впитали в себя послехристианскую иудейскую точку зрения. В наших энциклопедиях иудаизм как начинается с Моисея, а то даже с Авраама, так и сейчас продолжается. Это принципиальная ложь. Ветхозаветная вера — это другая религия. Ее давно нет, ее нет уже примерно 18-19 веков. Ее не осталось, она закончилась. С христианской точки зрения наследники ветхозаветных иудеев — это не современные, талмудические иудеи, а современные христиане. Если хотите на пальцах, можно сказать так:

Ветхозаветные евреи — это христиане до Христа, а современные иудеи — это антихристиане, начиная со времен Христа.

Понимаете? Евреи и современные талмудические иудеи — это нечто совершенно противоположное друг другу. Невозможно разорвать современный иудаизм и Талмуд, послехристианский комментарий к Ветхому Завету. Но талмудический иудаизм не антисистема, потому что антихристианство Талмуда — это откровенное антихристианство. Вот если бы они делали вид, как и современные антисистемы, что они относятся к христианам хотя бы нейтрально, а тайно старались бы христианство развалить, тогда в этом поведении была бы антисистемность. Но так как на самом деле талмудические иудеи христиан не любят откровенно, по крайней мере христианскую религию, то талмудизм не есть антисистема, что впрочем не исключает того, что из него, в силу антихристианства, выходит много антисистемщиков. Это закономерно. Ну, антисистемщики много откуда выходят.

Но вернемся к антисистемам, времени мало. Давайте сразу обратимся к неклассическим антисистемам, забежим немножко вперед паровоза. Неклассические антисистемы Гумилев не описывал. Их описал я. Я их обнаружил. Так что вам все равно следует почитать «Антисистемы в России», почитать и работу «Диагноз». В своей первой статье я назвал неклассические антисистемы «антисистемами нового времени». Потом я понял, что то была ошибка, потому что обнаружил подобную антисистему еще на рубеже XIII-XIV века. Она была вмонтирована в рыцарский монашеский Орден тамплиеров (или храмовников). Притом это не значит, что все рыцари были охвачены антисистемой. Это не так. Я думаю, что большинство братьев рыцарей самого мощного, влиятельного и богатого ордена, хронологически второго среди монашеских орденов, ничего об этом не знали. А уж братья сержанты, то есть молодые люди простого происхождения на службе ордена наверняка все того не знали.

Антисистема внедрилась в орден, она воспользовалась определенной замкнутостью ордена. Вот как, например, возникли масонские ложи? Ложи были действительно корпорациями каменщиков, плотников, строительных рабочих, мастеров-строителей. Они обладали замкнутостью, потому что у них были некие свои профессиональные секреты. Эти ложи оказались очень подходящей средой, и в них начали внедряться люди, которые не были ни каменщиками, ни плотниками, ни кузнецами. Так возникли масонские ложи, под прикрытием чужого, совершенно профессионального существования. Вот так же в Орден тамплиеров заползла вот эта гадина и там расположилась, постепенно занимая ведущие, руководящие орденские должности, в том числе гроссмейстера, великого магистра, великого командора, великого маршала. В XIV веке с помощью Римского папы Французский король Филипп Четвертый Красивый прихлопнул эту гадость, но она все же была.

Так вот, что отличает тамплиеров от классических антисистем? Вместо тотальной ненависти к мирозданию, к миру Божьему, неклассические антисистемы ненавидят культуру, объект их ненависти — культура, и обязательно своя. Пышным цветом неклассические антисистемы расцветут только в XVIII веке. Таковая наблюдается весь XVIII век во Франции и кончается революцией, кончается чудовищным людоедством. Такая революционная антисистема наблюдается почти весь XIX век, начиная уже со времени Николая Первого, со второй четверти XIX века в России.

Это не значит, что антисистема делает революцию. У революции всегда сложный комплекс причин. В революции всегда в той или иной степени повинна сама власть. Но антисистема ускоряет процесс. Она облегчает приход к революции.

В чем заключалась антисистема у нас? Она выращивалась в кружках, в научных обществах, в среде интеллигенции, а до революции интеллигент — это деклассированный элемент, интеллигенция была разночинной в отличие от дворянства, то есть деклассированной. В отличие от дворян, от мещан, от крестьян, от купцов, от духовенства, то есть от совершенно здоровых сословий русского общества низшие чиновники в основном были деклассированными элементами, были внесословными людишками. Вот они были готовой почвой для выращивания неклассической антисистемы.

Появляются люди, которые выдумывают Россию — Россию, которая никогда не существовала. Великий наш соотечественник Достоевский напишет в заметке о Герцене в дневнике писателя за 1874 год (я не цитирую), что была категория русских бар (от слова барин), которые до умопомрачения любили мужика, но не реального мужика, который был рядом, а того, который почему-то напоминал им парижского санкюлота, то есть бесштанника, с голым органом усидчивости. Кстати, примерно то же самое значит и слово «пролетарий», отнюдь не рабочий, а голодранец, босяк в переводе с латыни. Так вот, чем больше они любили этого несуществующего мужика, тем больше они ненавидели реального мужика. Чем больше они любили выдуманную ими Россию, которая никогда не существовала, тем больше они ненавидели Россию реальную, в которой и за счет которой они жили. И неплохо жили, Александр Герцен была весьма и весьма состоятельным человеком, уехал на Запад «колоколить», а денежки ведь получал со своих имений в России, по крайней мере некоторое время.

Очень долго Бог и сам русский народ хранили Россию. В Средние века было множество антисистем по Европе, от Армении аж до южной Франции, до Прованса. Были антисистемы в мусульманском мире. А в России не было. Первая, неклассическая антисистема в России появляется около конца XV века. Она известна в литературе, вы можете много о ней прочитать. Она тогда получила название «ересь жидовствующих», то есть иудействующих. На самом деле это название не точное. Прежде всего, это не ересь. Некоторое иудейство у них наблюдалось, но то тоже не значит, что они были тайными иудеями.

Ведущий: У нас наблюдается истекание времени, Владимир Леонидович. Пошла последняя минута. Я должен сообщить нашим радиослушателям, что мы встретимся в этом эфире, если на то будет воля Господня, через неделю, и продолжим обзор антисистем как в России, так и в мире, начав с ереси жидовствующих. Спасибо вам за очень интересную передачу. Надеюсь, нам удастся по крайней мере этот цикл закончить. Большое спасибо! Всего доброго! Напомню, в студии был историк Владимир Махнач.

Беседа 2/5
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/d5a4896cdb9748f4a13d97c43e40648d

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Ключевые слова: антисистемы 9 секты 11
Антисистемы в России  
9 ноября в 21:38

Ложь для них праведна

Антисистема — категория новая в гуманитарном знании. Понятие антисистемы предложил Лев Гумилев. Он уделил много внимания этому историческому явлению. Ему посвящена заключительная глава основного трактата Гумилева «Этногенез и биосфера Земли», значительная часть главы «Этногенез и культурогенез» работы «География этноса в исторический период».

В своих работах по русской истории Гумилев тоже обращал внимание на антисистемные явления. По сути дела, антисистема принадлежит не этнологии, а культурологии, истории культуры. Но Гумилева это заинтересовало, он подробно и убедительно описал, хотя и не определил эти структуры, разрушительные для этноса. Ибо антисистемы — это структуры, способствующие сокращению жизни этноса, а следовательно разрушительные для общества и могут рассматриваться в обеих областях исторического знания.

Нам представляется важным внесение категории «антисистема» в область политической истории, социологии, политологии. Возможно, эта категория важна и для ряда областей географической науки.

Весьма интересно (и к этому мы еще вернемся), что Гумилев не дал дефиниции антисистемы. Он называл их и призраками систем, и системами, стремящимися сменить мироощущение на обратное, сменить знак стереотипа поведения данного этноса или его части, субэтноса, социальной страты. Лев Гумилев убедительно отмечает ряд характерных черт антисистем. Антисистемы отличаются негативным мировосприятием и, как следствие того, стремятся к разрушению мироздания. Таким образом, пафос антисистемы — самоубийство.

Все антисистемы, или большинство их, рождаются в зонах контакта великих культур, из чего можно сделать вывод: большинство антисистем синкретичны. Несколько более смелый и, быть может, преждевременный вывод: все синкретические конструкции — религиозные, социальные, философские — суть антисистемы или ведут к образованию антисистемы. Антисистемы всегда характеризуются разрешенностью лжи или даже праведностью лжи для адептов данной антисистемы. Из этого наблюдения необходимо вытекает следующее: антисистемы, по крайней мере в своей социально структурированной части, герметичны и представляют собой структуры с множеством степеней посвящения, в которых на каждой новой ступени посвящаемому открывается некая новая «истина», иногда полярно исключающая «истину» предыдущую. В силу разрешенности лжи адепты антисистемы охотно используют любые привлекательные стереотипы системы, на которой паразитируют. Правильно воспитанный кармат, принадлежащий к антисистеме мира ислама, вел себя с шиитом как шиит, с суннитом как суннит, казался христианину — христианином, еврею — евреем.

Эта тенденция универсальна, из нее также следует печальный вывод о невозможности полемики с антисистемой. Любой наш аргумент будет незамедлительно присвоен и предложен нам уже как аргумент антисистемы. Исключительное удобство разрешенности лжи!

Наконец, и то особенно важно при рассмотрении русской культуры, если антисистема, захватывающая большинство населения небольшой страны или большинство членов некоторой замкнутой группы, стремительно подталкивает их к самоубийству, то совершенно иная ситуация наблюдается, когда представители антисистемы захватывают власть в некотором регионе, большинство населения которого не включено в антисистему, — тогда антисистема меняет знак. Прекращая саморазрушение, она порождает в обществе более или менее деспотический режим, в котором представители антисистемы образуют «элиту». Этот режим не разрушает сам социум, ибо социум рассматривается представителями элиты только как некое средство их собственного антисистемного благоденствия, как рабочая скотина. Подобные, сменившие знак антисистемы могут жить долго, отказавшись от основного принципа антисистемы — отвержения мироздания. Однако, потерпев политическое поражение и потеряв место «элиты», подобная антисистема снова меняет знак, ибо законсервированный характер не меняет ее сущности. Потеряв власть, перестав быть «элитой», антисистема снова становится антисистемой, снова подталкивает этнос к саморазрушению.

Существуют два вопроса, поставленные Львом Гумилевым и, как нам представляется, весьма далекие от разрешения. Так, ученый сблизил понятие антисистемы и химеры — ложноэтнической общности, попытки искусственно, политически или, шире, социально-культурными средствами сформировать этнос. Гумилев приводит в разных своих работах множество примеров химер и достаточно убедительно показывает неизбежность их распада. Но вот насколько антисистема есть порождение химеры (а ученый все более склонялся к этой точке зрения), нам думается, судить преждевременно.

Антисистемы, как видно из работ других авторов, могут рассматриваться уже в древнейшей части документальной истории человечества, на материалах IV-III тысячелетий до нашей эры. В эти эпохи сама чрезвычайная разреженность населения делала сомнительной попытку химеризации. Химеры недолговечны, в то время как срок жизни антисистем может исчисляться многими столетиями, а может быть, и тысячелетиями. Попытка химеризации подразумевает значительность межэтнических контактов. Антисистемы тоже часто возникают в зоне межэтнического контакта, особенно синкретические антисистемы. Но пока невозможно доказать, что антисистемы всегда рождаются только в зоне контакта. Категория «химеры» принадлежит этнологии, без сомнения. Категория «антисистемы» скорее принадлежит культурологии. Оба эти явления, несомненно, деструктивны для этноса и для социума. Химеры распадаются самостоятельно от внутренней деструктивности, антисистемы же, можно предполагать, самостоятельно не распадаются никогда. Все исчезнувшие антисистемы подвергались истреблению.

Таким образом, преждевременно считать антисистему порождением химеры, или, осторожнее, процесса химеризации, а вот антисистема действительно может стремиться породить химеру, что прекрасно иллюстрирует история России. Действующая в революции антисистема или группа антисистем, придя к власти, предприняла попытку тотальной химеризации, создания ложноэтнической общности «советский народ». То, что химеризация не удалась, может считаться большой удачей русского общества, но тем не менее такая попытка имела место.

Еще один вопрос, порожденный гумилевской разработкой антисистем, возможно, не может быть разрешен средствами исторической науки. В самом деле, совершенно неясно, каким образом антисистемы могут консервироваться, в течение длительного времени сохраняться в скрытом, «эмбриональном» состоянии и затем воспроизводиться. Манихейская антисистема прекращает свое существование, во всяком случае не упоминается в исторических источниках уже в VI веке, а в X веке антисистемы манихейского корня распространяются по всем культурам средиземноморского ареала. Где хранилось учение манихеев в продолжение трех-четырех столетий и в каких формах, нам неизвестно, но философы, историки, практические деятели Средневековья не ошибались, именуя павликиан и богомилов, катаров и альбигойцев манихеями. Повторим еще раз, что, возможно, эта проблема неразрешима. Если антисистема в неблагоприятных условиях обладает способностью сжиматься до размеров небольшого кружка, никакие исторические источники не донесут до нас этой информации. Как ненавидели мироздание, как убеждали самих себя и немногих приближенных адептов в допустимости и праведности лжи, на каких кухнях злобствовали, глядя на окружающий мир, те, кто сохранял антисистему на протяжении многих поколений, мы можем только гадать, строить фантазии, но наши гипотезы не будут научными, ибо невозможно существование источников, на которые эта гипотеза бы опиралась.

Именно эта способность антисистем как бы исчезать, а затем реконструироваться более всего подталкивает нас к скептическому отношению к самой гумилевской теории. А может быть, антисистема есть нечто чисто умозрительное? Может, подобным образом было удобно провести обобщение только одному Гумилеву? Нам представляется, что хотя термин «антисистема» — недавний, хотя источники именуют их по-разному: антисистемы оказываются «ересями», «группами революционеров», «интеллектуальными клубами», тем не менее Гумилев был прав, и общие черты антисистемы мы можем достаточно убедительно проследить. Люди не знали категории антисистем, и тем не менее отдельные религиозные и философские конструкции в разные эпохи, сталкиваясь с разными культурами и социальными системами, вызывали отчаянное и агрессивное сопротивление окружающего мира. Сасанидский Иран был исключительно веротерпим. В нем, кроме зороастрийцев, уживались представители разных религиозных систем, а христиан начали принимать раньше, чем терпимость к ним проявил Императорский Рим. И тем не менее манихеи там подвергались истреблению. Римский мир был иным, лежал в рамках иной великой культуры, античной, но тоже стремился к истреблению манихеев. Терпимость первоначального победоносного Халифата была достаточно высокой, правда, первые мусульмане старались обратить или уничтожить язычников, но и христиане, и иудеи, и зороастрийцы могли существовать в пределах Халифата вполне безбедно, уплачивая лишь незначительный дополнительный налог. В то же время зиндиков уничтожали, и в Халифате даже существовала специальная должность инквизитора, чей пост назывался «палач зиндиков». Кстати, «зиндик» — от слова «зенд» — знание, калька с греческого «гностик». Это практические представления самых разных народов. Мы можем привести длинный список, в котором не последнее место займет и практически поголовное истребление исмаилитов, подчинявшихся Старцу Горы, победоносными монголами.

Генетическое родство многих антисистем не было секретом и для многих самых образованных деятелей Античности и Средневековья. То, что академическая наука до относительно недавнего времени не выделяла антисистем, неудивительно. Слишком иррациональным оказался предмет изучения. Но до поры. Появляются религиоведение, история культур, этнология. XX век отличается в лучшую сторону от предшествующих эпох существования академических, университетских наук тем, что ни один предмет не может быть исключен из числа изучаемых. Кроме того, поразительные наблюдения делаются на стыках различных академических дисциплин и, что уже совсем интересно, делаются не только учеными, а и художниками слова, и философами. Так происходит и с антисистемой. Гумилев начал изучение своих антисистем с периода эллинизма. Но мы теперь можем предложить рассмотрение их со значительно более удаленной исторической эпохи.

И все они описывали антисистемы

Рассматривая в своем трактате «Вечный человек» столкновение Рима и Карфагена, Гилберт Честертон, решительно принимая сторону Рима, дает Карфагену удивительную характеристику. Это был город, государство, общество, которое верило, что зло всегда побеждает. Эмоциональная, ненаучная оценка? Однако если мы обратимся к статьям современного американского исследователя ханаанейской мифологии Сайруса Гордона, то увидим, что эта система, из которой выросла и религиозная система Карфагена, именно такой и была, и основополагающие мифы Ханаана повествуют о преобладании Ваала над древним богом Элом. Но ведь Эл на семитских языках означает просто «Бог»! И таким образом, мифология Ханаана содержала определенный момент отвержения мироздания, негативного к нему отношения. Кстати, антисистемы часто полагают, что зло неизбежно побеждает. Сомневающийся в этих словах может обратить внимание на любые советские учебники истории. В них в каждую отдельную историческую эпоху побеждает зло — крестьянам всегда становится жить хуже и хуже. Даже удивительно, как крестьянство ухитрилось просуществовать до XX века.

В известнейшем трактате «Социализм как явление мировой истории» Игорь Шафаревич рассмотрел уравнительные социалистические тенденции, начиная с шумерских храмовых государств, то есть почти на протяжении пяти с половиной тысяч лет. Определенные примеры в работе Шафаревича могут считаться спорными. Так, спорна попытка применить категории социализма для рассмотрения истории Египта. Границы уравнительных тенденций в древнейшей китайской истории, безусловно, должны быть скорректированы. Китайский материал был воспринят автором некритически, но это ничего не меняет. Достаточно того, что социалистические тенденции просматриваются на протяжении тысячелетий, и они всегда в той или иной степени разрушительны. Они стремятся к разрушению социального уклада, к его предельному упрощению, разрушению аристократии, религиозной общности, семьи, бюрократизации государства и бюрократизации жизни.

Таким образом, эти системы подпадают под определение антисистемы, данное Гумилевым. Является ли социализм антисистемой или социалистические черты присущи большинству антисистем, могут показать только специальные исследования вопроса. Во всяком случае, чрезвычайно важно, что трактат Шафаревича рассматривает историко-культурные явления, аналогичные соответствующим главам и статьям Гумилева, часто просто одни и те же. Шафаревич даже утверждал, что итог социализма, логический финал, к которому он должен прийти, — это массовое самоубийство. К самоуничтожению стремились типические антисистемы в силу своего негативного восприятия мироздания. Мы можем на недавних примерах отметить правоту подобного утверждения. К самоубийству этническому, самоубийству тотальному вела кхмерский этнос социалистическая система Пол Пота. Гайанская трагедия, чей масштаб был меньше (несколько сот человек), увенчалась на глазах ужаснувшегося человечества успешным групповым самоубийством. Если внимательно изучить замкнутые секты, которые практиковали групповое самоубийство на протяжении XX века (имеется ряд примеров), возможно, удастся найти повторяющуюся социалистическую тенденцию, и несомненно, рассматривая подобные секты, мы найдем во всех антисистемный характер.

Обращение к мифологическим системам древности и древним культурам дало возможность ряду величайших литераторов нашего столетия обобщить антисистемные явления. Так, великий мистический поэт Даниил Андреев в своей «Розе Мира» усмотрел общее в разрушительных религиозно-философских системах и применил к ним термин «религия левой руки». По сути дела, он собрал под этим названием то, что у Гумилева названо «антисистемой». Интересно, что сделал это человек, предельно религиозно терпимый, сочинения которого прямо призывают к содружеству религиозных и культурных систем.

Выдающийся английский писатель Джон Рональд Толкин, чьи произведения посвящены активной борьбе со злом, неоднократно описал действие лжи во всей его разрушительности. Можно как в «Сильмариллионе», так и во «Властелине колец» найти многие черты антисистем, однако в соответствии с жанром творчества, в вымышленной, сказочной, мифологизированной форме. Нам представляется, что особенно четко антисистема прослеживается в хронике «Падение Нуменора».

Многие работы ученых-религиоведов дают нам основание утверждать, что классические антисистемы, убежденные в примате зла, в примате деструкции в нашем мире, часто явно или скрыто стоящие на позициях негативного мировосприятия, никуда не исчезли, и если они не были заметны в XVIII — в первой половине XIX века, то зато сейчас, в наше время их великое изобилие.

Антисистемами современности занимался видный американский ученый, православный иеромонах Серафим Роуз. Им посвящена его работа «Православие и религия будущего». Автор рассматривает, как разрушительны синкретические секты и системы, то есть то, что образуется в религиозно-философской жизни в итоге смешения нескольких религиозных учений с принципиально различными системами ценностей, в итоге смешения несовместимого. Подобные смешения делаются всегда ценой насилия над системой, то есть ценой лжи. Ибо совершенно невозможно образовать непротиворечивую синкретическую структуру из идеалов, например, буддизма и христианства, потому что христиане — последовательные реалисты, а для достаточно глубокого буддиста реальный мир — это майя, иллюзия. Тем не менее такие секты появляются. Они всегда или часто антисистемы, они вносят деструкцию в данное общество, а следовательно сокращают жизнь этноса. Богатейшую панораму синкретических антисистем теперь уже удобнее наблюдать не в Америке, а в России, где последовательно даже в поле зрения печати оказываются «Белое братство», «Богородичный центр» и еще более причудливые секты. Менее заметно, но постоянно действуют такие синкретические антисистемы, как секта американского корейца Муна, чья деятельность запрещена в ряде европейских стран.

Наш современник, незаурядный апологет и философ диакон Андрей Кураев в своих статьях описал еще несколько интересных особенностей антисистем нашего времени, например, склонность, в силу разрешенности лжи, скрывать религиозные объединения под вывеской научных, научно-просветительских обществ.

Об антисистемных явлениях в академической среде и возможности сложения антисистем еще в 50-е годы писал замечательный английский писатель, апологет и друг Джона Толкина Клайв Льюис. Третья часть его космической трилогии, роман «Мерзейшая мощь» — это блестящее и убедительное описание антисистемы современности. Миниатюра «Баламут предлагает тост» Льюиса — это буквально сводка антисистемной методологии, особенно применительно к образовательным системам.

«Малый народ» — антисистема Нового времени

Все перечисленные авторы в основном касались классических, гумилевских антисистем. Нам представляется, что антисистемы, по преимуществу обращенные ко злу, к небытию, негативно воспринимающие мир, человека в этом мире, антисистемы, стремящиеся освободить от оков мира своих адептов, более характерны для Древности и Средневековья. Антисистемные явления в Новом времени проявляются иначе. Во-первых, антисистемы Нового времени, по крайней мере за пределами узкого круга высших посвященных, негативно ориентированы не на мироздание, а на творение человека, на культуру, конкретную религиозную систему и порожденную ею великую культуру, конкретную нацию и созданный ею национальный культурный вариант, конкретное государство как порождение национальной культуры.

Подобным антисистемам тоже уже много веков. Возможно, первый европейский пример рассматривает французский историк Робер Амбелен в своей переведенной на русский язык книге «Драмы и секреты истории», в главе «Тайный внутренний круг тамплиеров». После публикации книги Амбелена отпадают все сомнения в том, что тамплиеры образовывали своеобразную синкретическую секту-антисистему; что учение этого внутреннего круга состояло из противоречащих друг другу элементов различных религий; что тамплиерство было разрушительно для западнохристианского мира и его культурных порождений — национальных и государственных образований. Эта старейшая неклассическая антисистема была физически уничтожена, как и антисистемы классические. Здесь мы можем подтвердить печальный вывод Гумилева: антисистема может быть только полностью уничтожена.

Само собой разумеется, люди далеко не всегда были готовы к столь крупному кровопролитию, как тотальное уничтожение адептов антисистемы. Весьма часто антисистемы вытеснялись за пределы страны, государства. В этом случае разрушительное действие антисистемы может сказаться значительно позднее, иногда через много столетий. Уместно отметить, что таким анклавом вытеснения антисистемы во времена высокого Средневековья была Босния. Разрушительный характер этого европейского захолустья сказался в наши дни.

Все же антисистема, целенаправленно разрушающая культуру, конкретную религиозную систему, конкретную национальную традицию, для Средневековья — редчайшее исключение. Ей открывает дорогу эпоха Возрождения, автономизировавшая ценности. Итогом автономизации явился отрыв этики от религиозного учения и, как прямая закономерность этого, отрыв политики, прикладной этики от собственно этической системы, от нравственности. Антиэтичность Возрождения и появление в эту эпоху многих кружков, поклонявшихся злу в более или менее открытой форме, рассмотрены крупнейшим русским философом второй половины XX века Алексеем Лосевым в его «Эстетике Возрождения».

Но наиболее значительными такие системы становятся с XVIII века, с эпохи Просвещения. В Просвещении расцветают пышным цветом антисистемы, воспринимающие негативно часть мироздания, конкретную культуру, например региональную или национальную. Их идеологию легко наблюдать в таких сочинениях видных просветителей, как «Персидские письма» Шарля Луи Монтескье или «Гурон» Вольтера. Персонаж обладает уровнем цивилизации современных ему французов, говорит на безупречном французском, знает, как вести себя в обществе, и вместе с тем не понимает ничего из культурного комплекса данного общества, а потому воспринимает весь этот культурный комплекс как нелепый, безумный. Он владеет техническим уровнем общества, но не воспринимает все то, что составляет его культурную традицию — монархию и преданность монарху, аристократию, Церковь, коммунальные демократические институты и тому подобное, вплоть до бытовых особенностей, бытовых отличий данного народа. Подобные «персы», подобные «индейцы» не встречались на Иранском нагорье или в долине Миссисипи, но зато они в изобилии выращивались в аристократических салонах, философских академиях и масонских ложах.

Рассматривая подобную антисистему, хоть и не зная еще этой категории, видный историк XX века Огюстен Кошен, занимавшийся историей Великой Французской революции, предложил категорию «малый народ». Этот термин неудачно переводится на русский язык, в котором «народ» — категория этническая. Вероятно, термин Кошена адекватнее по-русски звучит как «малое общество», так как это категория не этническая, даже не социальная, а чисто культурологическая. «Малое общество» — это группа людей с негативным мировосприятием, группа, принадлежащая по формальным признакам к данной культуре, но воспринимающая ее негативно, даже с ненавистью.

Интересно, что этот круг можно расширить, обратившись к истории Английской революции. Там подобным негативным восприятием окружающей культуры отличались пуритане, английские кальвинисты, составившие ядро и наиболее разрушительную силу революции. Но пуритане достигли апогея своего могущества не в Англии, к счастью для английской культуры, а в Новом Свете, где они составили большинство и в силу того утратили свой антисистемный характер. По принципу разрешенности лжи антисистема «малый народ» вовсе необязательно должна негативно относиться к самой нации, к идее патриотизма. Французская революция, как известно, проходила под знаменем патриотизма. Вполне достаточно, чтобы вместо реально существующей Франции знаменем патриотов была вымышленная Франция. В этом случае, чем более пламенно адепт антисистемы, адепт будущей революции любит эту вымышленную Францию, тем более пламенно он ненавидит Францию реальную, со всеми ее нелепыми, с его точки зрения, традициями.

Нам думается, что подобные антисистемы и подобная антисистемность, ориентированная не на природный мир, не на установления, присущие большинству людей, скажем на семью, а негативно воспринимающие только конкретную национальную культуру, наиболее характерны вообще для Нового времени, вплоть до наших дней.

Господь долго хранил Русскую землю

До XV столетия история русской культуры не знает антисистем. Мощная культура домонгольской Руси, опиравшаяся к тому же на первоклассную цивилизацию, на исключительно высокий жизненный уровень для XI-XII веков, не восприняла антисистемного влияния, несмотря на высокий для той эпохи удельный вес городского населения (а город, несомненно, более удобная среда для возникновения антисистемы), несмотря на широчайшие международные контакты со всеми регионами, где существовали антисистемы. Ни от Византии, ни от балканских славян, ни с Запада, ни из мусульманского мира ничего деструктивного заимствовано не было.

В XIII — первой половине XV века новый этнос — русские (или великороссы) — переживает фазу подъема. Кроме высокого уровня внутриэтнической солидарности, обычного для подъема, Русь слишком бедна для того, чтобы тратить время, силы, мыслительную энергию на отвлеченные построения. И только в конце XV века, накануне создания Российского государства, появляется первая антисистема в виде так называемой «ереси жидовствующих». Это антисистема Нового времени. Она представляла собой, во-первых, вполне организованный кружок, точнее — ряд кружков довольно высокого среднего уровня образованности, что справедливо позволило Дмитрию Лихачеву считать ее типичной для интеллектуальных ренессансных кружков. Она была синкретична. Ее название, родившееся в ту эпоху, более чем условно. Единственное, что было иудейского в этих группах, — это активное использование талмудической критики Нового Завета. Эти кружки активно прибегали ко всем достижениям оккультизма своего богатого колдовскими увлечениями времени. Они были скептичны, особенно в отношении к своему миру, к своей культуре и, несомненно, претендовали на то, чтобы подчинить своему влиянию все интеллектуальное ядро, довольно незначительное в России XV столетия.

Принцип «разрешенности лжи» прослеживается в этой ранней антисистеме убедительно. Первый новгородский кружок после нескольких лет существования был обнаружен энергичным архиепископом Геннадием. Участники кружка незамедлительно принесли полное и, вероятно, внешне выглядевшее необычайно искренним покаяние и, покаявшись, приобрели свободу от ответственности: архиепископ Геннадий про разрешенность лжи еще ничего не знал. Это дало возможность новгородскому кружку основать московский и некоторые провинциальные. Но есть и другое применение принципа «разрешенности лжи». Московские еретики активно прибегали к подлогу в целях пропаганды. Так, от них сохранилась и описана историками Казаковой и Лурье Псалтырь, которая по своей структуре, внешним показателям и начальным страницам действительно представляла собой образцовую славянскую Псалтырь своей эпохи. Но по мере углубления в эту книгу вы видите, как псалмы заменяются специфическими текстами, выработанными внутри антисистемы. Таким образом, грамотный, но малообразованный человек читал то, что было необходимо пропагандисту, искренно притом полагая, что читает Псалтырь.

Интересна аналогия с антисистемой XX века. Автору этих строк довелось видеть в частном собрании в Москве солдатский молитвослов времен Первой мировой войны без даты и места издания. Это действительно молитвенник, и начинается он, как все православные молитвенники, утренними молитвами, молитвой Иисусовой, молитвой «Отче наш». Нас не удивило бы, если бы через несколько страниц в книжке оказалась политическая прокламация, то нисколько не означало бы антисистемного момента, так всегда маскировали свои книги революционеры, те или иные пропагандисты. Если бы, например, на седьмой странице обнаружился текст типа «Россией управляет не правительство, а шайка разбойников во главе с венценосным атаманом Николаем II», это не означало бы антисистемности документа. Вместо того продолжаются молитвы. Однако каковы молитвы? Через одну, через две это молитвы о том, чтобы Господь вразумил правителей прекратить братоубийственную войну. Легко представить себе, какое влияние это оказывало на действующую армию.

Однако вернемся к позднему Средневековью. На пороге Нового времени Россия встретилась с еще одной антисистемой, в отличие от ереси жидовствующих, не ввезенной, не импортированной, а разработанной с богатейшей фантазией на местном материале. Речь идет об опричнине.

Приоритет рассмотрения опричнины как антисистемы принадлежит Льву Гумилеву и Александру Панченко в их замечательном диалоге «Чтобы свеча не погасла». После трудов Степана Веселовского, Александра Зимина, Руслана Скрынникова отпали все возможности рассмотрения опричнины строго в рамках социально-политической истории. Ни социально-экономической, ни социально-политической целесообразности, вообще никакой социальной основы у опричнины не было. Можно считать общим местом работ нашего времени справедливое рассмотрение опричнины как аппарата личной власти тирана. Это тем более легко принять, что Иван IV не только первый тиран в отечественной истории, но и тиран, как мы бы сказали, классический, подходящий под все возможные определения тирана, начиная с античных авторов. Менее очевидно, что Иван IV был первым заметным в нашей истории западником. Это тоже было проанализировано тем же профессором Панченко в соавторстве со Львом Успенским. Но западничество Ивана — вопрос его личного вкуса. Общество и русская культура не были готовы вместить фактор западничества, а тиран не располагал механизмами, которые бы позволили ускорить этот процесс. Иное дело — антисистемность его изобретения. Опричнина была основана на принципе отречения опричников от собственной нации, сознательного и обязательного отречения от семьи. Опричнина подразумевала также отречение от собственного вероисповедания. Достаточно отметить обязательное участие опричника в пародировании монашеской жизни. Опричник, несомненно, готовился к исполнению своих задач в качестве человека, лишенного шансов на прощение. Опричнику не на что было надеяться в вечной жизни. А в XVI веке то было основой жизни любого человека, в том числе любого разбойника. Опричнику, таким образом, после всех отречений оставалось только служение злу. Это осознавалось окружающей опричника социальной средой. Не случайно пародирование названия «опричнина», «опричники» термином «кромешники». Слово «опричь» и значит «кроме». Но вместе с тем «кромешник» прямо указывает на адский характер выполняемой миссии. «Тьма кромешная» читаем в славянском тексте Писания.

Весьма сомнительным показалось бы утверждение, что опричники стремились разорвать связи с материальным миром. Однако история опричнины и ее соучастников подтверждает, что они сами привели к гибели свою недолговечную антисистему и друг друга в отдельности. Можно считать последним опричником, который был социально уничтожен в итоге несовместимости с нормальной жизнью страны и общества, Василия Шуйского — самого неудачного правителя в истории России.

Ереси жидовствующих, приходящейся на фазу этнического подъема, и опричнине в начале акматической фазы, разумеется, не удалось увлечь в деструкцию большую часть русского общества своих эпох. Но историко-культурные последствия существования этих антисистем колоссальны, особенно если учесть ничтожное количество адептов первой антисистемы и относительно небольшое — второй. Речь идет о значительном снижении уровня социальной нравственности к концу XVI века, после двух волн антисистем в России. Тем не менее в XVII и XVIII веках, в эпоху сложения Российской империи, приобретения русской культурой имперского характера, превращения России в несомненный центр восточнохристианской культуры и цивилизации мы можем наблюдать много интересных явлений, в том числе и парадоксальное сложение феномена «русского западничества», но антисистем мы не наблюдаем. Не наблюдаем до вступления ведущих этносов в фазу надлома.

Русская антисистема XIX века определенно формировалась по описанной Огюстеном Кошеном схеме «малого народа», или «малого социума». Она могла быть включена в те или иные организации или не организовываться. Она никогда не была по-настоящему социально структурированной. Хотя в огромной степени, как и любая антисистема, прогрессировала в маргинальных слоях. Она сложилась в необычайно выгодной для расцвета антисистемы ситуации.

Напомним, что фаза надлома резко снижает внутриэтническую солидарность, снижает солидарность и внутри суперэтноса, внутри великой культуры. Напомним также, что антисистема могла использовать внутренний раскол этнического поля, тот российский парадокс, который был создан в XVIII веке распространением русского западничества.

Народолюбие, или Страсть к босяку

Антисистемные проявления не могут быть объяснены, если исходить только из категорий этнологических, из определения характерных черт фазы надлома как таковой. Антисистема не может быть объяснена западничеством, так как не все представители антисистемы ощущали себя западниками, и уж тем более далеко не все западники были носителями антисистемного мышления. XIX век в России был необычайно удобен для распространения антисистемы. Пожалуй, антисистемное мировоззрение первым наилучшим образом описал Достоевский в строках о Герцене в Дневнике писателя за 1873 год: «К русскому народу они питали одно презрение, воображая и веруя в то же время, что любят его и желают ему всего лучшего. Они любили его отрицательно, воображая вместо него какой-то идеальный народ, каким должен быть, по их понятиям, русский народ. Этот идеальный народ невольно воплощался тогда у иных передовых представителей большинства в парижскую чернь девяносто третьего года».

Негативное отношение к России революционера или радикального реформатора само по себе не свидетельствует об антисистемности его взглядов. Целью революции может быть изменение социальной картины сохраняемого общества и сохраняемого этноса. И тогда революционное мировоззрение не антисистемно, а революционная организация не есть антисистема. Целью революции может быть коррекция или полная смена элиты данного социума. Это удобно для внедрения в социум антисистемы, но само по себе еще не антисистема. Однако мы видим в России не только негативное отношение к правительству и правящей элите, к сложившейся системе власти. Мы видим устойчиво негативное восприятие национальной традиции, национального уклада, стремление не видеть национальной аристократической традиции, национальной традиции демократической. Видим презрение к нации, то есть презрение к народу в сочетании с болезненно гипертрофированным требованием служения народу. При таком подходе служение народу превращается в служение плебсу. Не только Россия приобретает фантастические черты в умах радикалов, но и русский народ приобретает черты фантастические, черты социальных низов. Несложно видеть, что, когда некий реформатор, радикал рассматривает общество по низшему социальному срезу, это разрушительно для общества и следовательно для этноса. Для этноса болезненна утрата национальной элиты, но это можно преодолеть. Однако в случае антисистемного подхода, который нам сейчас открывается, разрушению подвергается уже не элитарная среда, а средние слои общества, которые и есть несомненный фундамент, опора любого общества и следовательно любого этноса. Заметим здесь неслучайность того, что в интеллигентском сознании XIX века средних слоев в русском народе как бы и не существует. Зажиточные крестьяне, обширные слои ремесленников, складывающиеся с развитием промышленности круги высококвалифицированных рабочих, так называемая «рабочая аристократия», профессионально ориентированная нереволюционная интеллигенция, например инженеры, мелкие, в основном провинциальные чиновники — они все как бы не существуют.

Со времен античных мы встречаемся с двумя основными социальными значениями термина «народ» (демос, популус). Подход этнокультурный, при котором «народ» практически идентичен этносу: народ есть этнос, нация. И подход социально-стратификационный: если мы отсекаем от народа как самостоятельное целое элиту, аристократию, «всадничество», то неизбежно должны отсекать и низы, плебс, холопов, пролетариат. Тогда «народ» — это среднее большинство гражданского общества и среднее большинство нации.

Легче всего увидеть реальность антисистемы XIX века в противопоставлении дворян народу, а во второй половине XIX века — интеллигенции народу. Эта точка зрения, не изжитая в нашем обществе и в нашей литературе до настоящего времени, есть итог продолжительного действия антисистемы. Если дворянство или интеллигенция не часть народа, тогда мы рассматриваем средние слои как часть плебса, отталкиваем основную и процветающую часть общества к его нижнему полюсу. Одновременно, изолируя элитную, или считающуюся элитной группу, мы придаем ей черты опричнины, группы, пребывающей вне социума и вне нации.

Замечательную иллюстрацию антисистемного мышления подобного рода наблюдала Евгения Кириченко, один из крупнейших отечественных историков архитектуры. Она отмечает, что постройки архитектора Константина Тона, и прежде всего его Храм Христа Спасителя в Москве воспринимались полярно. Высшей бюрократией и радикальными кругами — как символ бюрократической империи, а всем остальным обществом — как олицетворение национальной православной культуры. Антисистема в России не располагалась только в революционных кругах: они были в любой момент времени малочисленны. Но антисистема вольготно располагалась среди интеллигенции, особенно маргинальной (а мы уже отмечали, что большая часть российской интеллигенции в XIX веке была маргинальна) и в кругах бюрократических. Ведь чиновники тоже в значительной степени были маргинальны, и не только потому, что существовало более чем значительное количество низших чиновников разночинного происхождения, а также потому, что в бюрократической системе происходит естественный отрыв ее членов от нормальных аристократических или демократических традиций как воспитания, так и существования. Бюрократизированность старой России — дополнительное условие успеха антисистемы.

Известные события Кровавого воскресенья 9 января 1905 года — это блистательно проведенная эсеровская провокация. Уже давно историки располагают сведениями (блестяще выявленными Сергеем Семановым), что священник Георгий Гапон был действительно провокатором, но провокатором эсеровским и в качестве революционера давно должен был быть реабилитирован. Но гораздо интереснее, что накануне трагедии министр внутренних дел России, либеральный чиновник, любимый общественностью, князь Святополк-Мирский на докладе в Царском Селе, на вопрос о положении в столице дезинформировал императора, заверил его, что в столице все спокойно. Но 8 января Святополк-Мирский точно знал о готовящемся шествии и как министр внутренних дел, по административной линии и от полиции, и как шеф корпуса жандармов. Минимум три источника должны были предупредить министра. Невозможно предположить, что по каким-то обстоятельствам сплоховали все три источника. То есть один из главных, как теперь говорят, «силовых» министров сознательно спровоцировал трагедию, которая должна была столкнуть в непосредственном противостоянии не правительство с народом, а само государство, монархическую идею и нацию, что и удалось в этой, повторим, блистательно проведенной провокации. Таким примерам несть числа.

Давно отмечены и многие другие антисистемные черты в полуобразованной части общества дореволюционной России. Дело в том, что культурная элита России была почти не затронута антисистемными тенденциями. Если мы обратимся к сборнику «Вехи» 1909 года, то заметим, что революционная и радикально-реформистская интеллигенция (причислим туда же и многочисленное сочувствующее чиновничество) была абсолютно не восприимчива к высшим достижениям отечественной философской и гуманитарно-научной мысли. Мы отметим с вами происходящее в бешеном темпе разрушение семьи, семейного уклада, супружеских отношений в этих кругах, о чем писал Изгоев. Мы заметим, благодаря Семену Франку, утопический характер идеологии радикальных кругов и вспомним, что утопии по большей части были связаны с антисистемами XVI-XVIII веков. Возможно, более всего дает для осознания реальности существования антисистем в России Сергей Булгаков, благодаря которому мы можем оценить «орденский характер» революционной и радикальной русской интеллигенции (при отсутствии формальной ее организации), ну и, пожалуй, самое главное — стремление к небытию, стремление к смерти. Булгаков справедливо отмечает, что подлинным гимном русской революционной интеллигенции был похоронный марш. Если мы сопоставим это с воспоминаниями революционеров, а современному отечественному читателю вполне доступны воспоминания Бурцева и Савинкова, мы получим множество примеров, включая поразительный трагикомический эпизод с террористкой Дорой Бриллиант, которая требовала, чтобы ей тоже разрешили умереть за благо народа. Итак, по крайней мере с середины XVII века в России действует антисистема или группа антисистем, разграничить которые возможно с помощью скрупулезного исследования. Антисистема не была локализована политически и даже социально. Процесс уничтожения, вытеснения в маргинальные слои, вытеснения в эмиграцию представителей антисистемного мировоззрения, сохранивших свои взгляды, хорошо описан у Ивана Бунина в целом ряде его сочинений, но прежде всего в «Окаянных днях».

И место им в босяках

Остается только вопрос о судьбе антисистемы. Гумилев отмечает, что антисистема, приходя к власти, меняет знак, порождая чудовищный, деспотический, полицейский режим, но прекращает деструкцию, став оторванной от социума и этноса правящей элитой. Прямая аналогия подобному поведению наблюдается в русской истории XX века. В сущности, с точки зрения концепции антисистемы ленинский НЭП и сталинское псевдоимперское поведение — одного происхождения: антисистема меняет знак. Можно было в рамках чисто антисистемного правления довести крестьян Поволжья до тотального голода 1920-21 годах. Но дальше нельзя, потому что эти крестьяне должны кормить антисистемщиков, пришедших к власти. Можно было уничтожить офицерство, казачество, лучших защитников Отечества, следуя нормам революционной деструкции, можно было проиграть войну накануне победного ее завершения (трудно предположить, что Германия продержалась лишний год по еще какой-нибудь причине, кроме выхода революционной России из мировой войны). Но дальше нельзя. Нельзя бесконечно разрушать социальную среду, порождающую воинов, ибо государство должно стать крепким и защищать представителей антисистемы, оказавшихся у власти.

Вот прямая аналогия XX века с прорывавшимися к власти деструкторами X-XI веков. Но из аналогии вытекает и необходимость предостережения в нашей сегодняшней ситуации. Потеряв политическую власть в Египте, исмаилитская антисистема породила страшную террористическую машину ассасинов. Антисистема научилась воздействовать прямо на этническое поле, разрушая уже не культуру, не общество, а этнос. На наших глазах в 90-е годы XX века революционная антисистема потеряла власть, и она неизбежно меняет знак. Те, кто были несколько лет назад деспотическими правителями в рамках полицейского коммунистического режима, снова становятся чистыми деструкторами. Думаю, что это наиболее проявилось в событиях 1 мая 1993 года, когда невозможно было не заметить в действиях обеих сторон стремления добиться кровопролития, развития деструкции любой ценой.

Мы полагаем, что нетрудно найти десятки примеров новейшего времени, и не считаем необходимым выходить в область конкретной политологии. Антисистема существует, и она продолжает оставаться с нами. Ее питательная среда — чудовищная бюрократизация страны в наши дни. Рецептов излечения от антисистемы нет. Все известные исторические антисистемы были уничтожены путем поголовного истребления их представителей. Вместе с тем трудно не замечать, что современное общество вряд ли готово к массовому кровопролитию, которое для того требуется, даже если общество осознает наличие антисистемы, что, безусловно, необходимо для избавления от нее. Общество не готово к нему хотя бы потому, что восстановиться путем возрождения русская культура может только как культура христианская. Общество не согласится на поголовное истребление антисистемщиков не потому, что их жаль, а потому что террор налагает неизгладимую печать на общественную нравственность.

Тогда остается только одно: обществу необходимо осознать постоянную угрозу деструкторов и маргинализировать их, вытолкнуть их в социальные низы. Причем это не может сделать государство, даже в лице выборных представителей, это не может сделать судебная система. Маргинализировать деструкторов — политиков, литераторов, журналистов, военнослужащих может только общество в целом. Христианам сказано: «Не убий», и еще многое сказано в развитие этого Синайского тезиса. Но христианам никто и никогда не сказал, что человек, опасный для культуры, для общества, может рассчитывать на что-либо иное, чем самый непрестижный, тяжелый и низкооплачиваемый труд. И это самая мягкая и терпимая рекомендация, представляющаяся реальной.

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Аристотель и Полибий. Проблемы политики  
30 августа в 14:35

Лекция 21 октября 1995 года.
Отекстовка: Сергей Пилипенко, август 2017.

С вашего позволения я буду сидеть. Меня хорошо слышно, правда? Я всегда гляжу на лица в последнем ряду. Если на заднем ряду будет плохо слышно, я встану. Но обычно со мной такого не происходило.

Так вот, к этой лекции меня побуждает насущная общественная необходимость. Мы продолжаем мыслить в культурной парадигме предшествующей эпохи, а в эту парадигму важной составляющей входит безграмотность.

Примерно год назад я случайно, включив радио, услышал голос бойкого и видимо молодого журналиста, который с пафосом сообщает неграмотным слушателям, что существует четыре формы власти: конституционная монархия, тирания, олигархия и демократия. Бедненький журналист! Он назвал только две формы власти, два искажения и одну историческую версию конкретной формы, и уже думает, что совершил открытие. Ну, Бог с ним, с журналистом. Это их обычная беда — прискорбное, непочтительное отношение к представителям гуманитарных наук. Надеюсь, я никого не успею здесь обидеть. Журналист должен был бы относиться к нашему брату примерно так же, как инженер относится к математику. Мы для них математики. Но того не происходит. Если бы было так, ему бы никто не поверил, но ведь кто-нибудь и поверит.

Еще пример. У нас по воле главы государства стала модной монархическая тема. И вот по его велению было проведено несколько опросов об отношении к возможности восстановления монархии в России. И выяснилось, что подавляющее большинство респондентов подозревают, что существует две формы монархии — абсолютная и конституционная. Абсолютная монархия была задумана в XVI веке, а появилась в XVII. Конституционная монархия была задумана в XVII веке, а воплотилась в XVIII. Это две очень новые формы монархии. До того монархия существовала несколько тысяч лет, но то же никому неведомо.

Потому я считаю чрезвычайно важным обратить внимание на первых систематиков, которые таким образом и первоисточники. Конечно, не эллины придумали основные формы власти. Они исторически сложились, они существовали задолго до эллинской науки и философии. Но эллины были предельно политичны. И само слово «политика» — греческое. Потому, конечно, они и должны были первыми описать, упорядочить, систематизировать формы власти. Они то и сделали. Первым это сделал Аристотель. Эти формы упоминали, разумеется, и до него, и Платон, все историки. Но блестящий ум великого Стагирита был умом систематизирующим. Потому в его трактате «Политика» мы получили нисколько не устаревшее описание. Я всем присутствующим и тем, на кого вы можете иметь влияние, рекомендую «Политику» прочитать. Это нетрудно. Это 4-й том советского 4-томника Аристотеля. Тираж был гигантский, везде есть. Трактат не большой. А ежели понравится, то можно заодно в том же томе прочитать обе его «Этики». Там есть тонкие дополнения к его «Политике».

Итак, основных форм власти существует три столько времени, сколько существует человек. И я уверен, что четвертая никогда не появится. Она непредставима, ее невозможно смоделировать. Монархия — власть одного. Аристократия — власть избранных, дословно «власть лучших». По-гречески «аристой» — лучшие. И демократия — власть граждан, что нам довольно безграмотно переводили как «власть народа». Конечно, «демос» есть одно из слов, которые на русский переводятся как «народ». Но античный эллин причислял к демосу не всех современников. Я немного насилую терминологию Аристотеля. Если бы кто-то его хорошо помнил, уже мог бы поймать меня за кончик языка. Вы сейчас поймете почему. Стагирит прекрасно знал, что каждая форма власти имеет разновидности. Одних монархий у него описано шесть. Притом это только те формы, которые при нем существовали, а не более ранние и, естественно, не будущие. Он знал, что иногда они образуют сочетания в «политиях», то есть в государственных устройствах. Любая форма может действовать в сочетании с другой, образуя государственную систему. Или все три формы вместе могут сочетаться, что нас будет сегодня особенно интересовать.

Но самым потрясающим достижением Аристотеля было то, что для каждой формы он указал особую разновидность, которую назвал «отклонением» или в ином переводе «искажением». Для монархии — это тирания, власть эгоистического правителя. Для аристократии — это олигархия («олигос» — немногие). Кстати, для той эпохи была характерна олигархия богатейших граждан, он и разбирает ее как власть богатых, но вообще-то олигархия — это власть шайки, власть любой замкнутой группы, в частности власть однопартийной системы, если хотите. И демократия тоже имеет свое искажение — охлократию, власть толпы.

Вот теперь я и покаюсь. Я действительно немного насиловал терминологию Стагирита. У него власть граждан называется «политией», а ее искажение, так сказать, ругательство — «демократией». Но уже тогда античные вместо «полития» начали писать «демократия», а дабы отличить негативную, искаженную форму, ввели термин «охлократия». «Охлос» значит толпа. Потому дабы не мучить вас «политией» и двумя значениями термина «демократия», я излагаю «Политику» Аристотеля по чуть более позднему прочтению. Других искажений я не допущу. Хватит и того, что в политической жизни их возможно целых три.

Аристотель был умнее и глубже своих современников. Эллины называли царем (архонтом) монарха, законно пришедшего к власти, наследственного или пожизненного стратега, избранного монарха в разных вариантах, а незаконно пришедшего называли «тираном». Потому если вы будете читать многие хорошие популярные книжки, другие первоисточники по истории Эллады, уже Фукидида, вы обратите внимание, что некоторые тираны очень симпатичные правители. Самый симпатичный, который сразу приходит в голову, конечно Писистрат Афинский. Дело в том, что ничего тираничного в его правлении не было, кроме прихода к власти, кроме нелегитимного, незаконного воцарения. Вот таких правителей называли тиранами. Некоторые из них были порядочными людьми, хотя такое бывало нечасто, некоторые основывали династии. Если принять такую простонародную эллинскую трактовку, тогда любой основатель династии будет тираном, и только его сын может получить право именоваться царем, и каждая династия будет иметь некоторый элемент узурпации. Аристотель же был умнее современников. Он указал общую черту для всех трех форм власти и для всех трех искажений власти. Тем, конечно, он опередил эпоху. Множество историков и философов потом пользовались, даже не ссылаясь, подсознательно именно этим критерием Аристотеля:

Монархия, аристократия и демократия действуют в интересах всего общества. Тирания, олигархия и охлократия действуют в интересах части общества.

И то вполне строгий критерий, если вы задумаетесь, чрезвычайно важный любому человеку, который втянут в политические отношения. А в них втянуты почти все. Монах в монастыре все-таки втянут, соприкасается с ними. Разве что только отшельник лишен политических отношений. Несовершеннолетний втянут, потому что втянуты его родители или его учитель, не действуя, он осмысляет. В этом нету ничего ужасного. Термин «политика» происходит от термина «полития» (государственное устройство), а последний — от слова «полис» (город).

Георгий Петрович Федотов, довольно известный русский историк XX века, в начале 1930-х годов, походя, дал хорошее определение: политика есть прикладная этика. Я мог бы от себя его немного скорректировать, предложив другой вариант — политика есть социальная этика. Потому человеку естественно быть политиком. В другом месте, в «Никомаховой этике» Аристотель был прав, назвав человека «животным политическим», тем самым отличив его от диких именно политичностью.

Кстати, одно из негативнейших идеологических явлений нашего времени, о чем мне уже доводилось писать, есть настойчивая пропагандистская компания, доказывающая, убеждающая нас с вами, что политика есть грязное дело. Некоторые так поступают просто по инерции. Как правило, злодейские идеи выдвигают не сами злодеи, а люди обманутые. Те же, кто осмысливает сказанное, злодеи несомненные.

Нас убеждают, что «политика есть грязное дело», для того, чтобы мы, полагая себя людьми порядочными, не прикасались к этой «грязи» и отдали им занятие политикой, то есть отдали им наши с вами судьбы.

Человек всегда был политичен, во всех системах. В самых жестких монархических системах, например, политичность социума проявлялась в том, что гражданину было глубоко небезразлично, какого происхождения, какого рода, какого воспитания монарх. Кто родители, притом в нескольких поколениях, того или иного князя, на Руси интересовало не только бояр, но и последнего холопа. Мы же с вами пришли к состоянию, в котором нам в общем безразлично, в какой канаве родился глава государства. Мы менее политичны.

Таким образом, политичность есть нормальное состояние человека. Аристотель утверждал совершенно спокойно, что все формы власти сами по себе не хороши и не плохи, а существуют в конкретных ситуациях, что тоже важно, прежде всего в ситуациях исторических. Мы на 2400 лет моложе, следовательно, социально на 2400 лет умнее. И мы, безусловно, могли бы сказать, что важно также соответствие воплощения той или иной формы власти национальной традиции. Совершенно бессмысленно утверждение, как мне представляется (вы можете со мной не согласиться), что русским имманентна монархия или русским имманентна демократия (у нас есть и очень древняя аристократическая традиция). Правильная же постановка вопроса — какие национальные формы монархии допустимы в России, какова русская национальная демократическая традиция. Вот это правильная постановка вопроса.

Каждая форма власти сама по себе не хороша и не плоха. У каждой формы есть безусловные достоинства. Монархии присуща высочайшая в сравнении с другими системами ответственность главы государства. Достоинство монархии — наибольшее благоприятствование выдвижению на высшие государственные посты талантливых людей. Во всех республиканских формах такого успеха не будет никогда, как это ни парадоксально. Вместе с тем снять этот парадокс легко. Монарх находится вне конкуренции. Гибель его государства для него означает физическую гибель или как минимум абсолютную социальную. Вместе с тем самый талантливый генерал или министр ему не конкурент, выше второго места в нормальном монархическом государстве он все равно подняться не может. Любой самый порядочный глава республиканского государства будет при всей жертвенности, по воспитанию, по личному характеру подсознательно придерживать слишком талантливого государственного деятеля, чувствуя в нем конкурента. Я уже не говорю о непорядочных главах республиканских систем, с какими мы чаще имеем дело.

Аристократии присуща наивысшая адекватность и в региональной культуре (восточнохристианской в нашем случае), и в национальной культуре. Настоящие хранители культуры есть, безусловно, благородные, а вовсе не крестьяне.

Слушатель Владимир Борисович: Крестьяне тоже могут быть благородными.

Махнач: Ну, то будет огромный спор. Я тогда привлеку еще конфуцианский материал. Кун-цзы по этому поводу скептически замечал, что благородный человек может не обладать человеколюбием (жень), но неблагородный обладать им не может никогда. И по-своему тоже был прав. Но это все же за пределами моей лекции сегодня, простите, Владимир Борисович.

Термин «благородный» надо осмысливать до конца, то есть «человек благого рода». Аристократия в наивысшей степени есть хранительница традиций, а традиция в сущности — это и есть культура, до тех пор, пока традиция жива. Не будет русских, не будет и русской традиции. Не стало римлян, и римская культура осталась в музеях и перестала традицией быть. Но пока культура принадлежит живому народу, а не только коллекционерам, понятия «традиция» и «культура» по сути дела совпадают.

Так вот, монарх может увлечься нововведениями, в том числе разрушительными, или стать адептом чужой культуры, как это произошло с Петром Первым. Подобное известно также в истории демократий. С аристократией такого не происходит никогда. Кроме того, аристократия — вечный стабилизатор. В средневековых парламентских системах неслучайно наряду с монархом и демократической палатой была также палата аристократическая. Сейчас она сохранилась в виде палаты лордов в Великобритании. К концу XX века эта палата стала практически декоративной, как и монархия. Великобритания в общем республика. Но еще пятьдесят лет назад палата лордов декоративной не была. Даже республиканские системы, понимая стабилизирующее значение аристократии, часто создают квази-аристократические палаты в своих парламентах. Это сенат в Италии или сенат в США, это стабилизаторы правящего слоя. Так что это значение аристократии чувствовали всегда.

Надо сказать, что аристократия в многонациональных обществах, особенно в империях — это еще стабилизатор целостности. Каждый созидатель империи шел по одному и тому же пути. Он обязательно вводил представителей знати разных народов в одну имперскую знать. Все чувствовали, как это важно. Напротив, если речь идет не о создании империи, а о порабощении одной нации другой, поработитель стремится ликвидировать знать порабощенных народов, ассимилировав ее, либо деклассировав ее, вытеснив в низы, либо перебив. Прекрасный пример — западная Русь, то есть то, что мы сейчас называем Украиной и Белоруссией, которая с конца XIV по XVII век лишилась ополяченной национальной знати. Тяжкие последствия известны тому, кто изучал историю этих земель. Это еще один важный момент, оправдывающий аристократию.

Но впрочем, лучшее олицетворение и национального, и государственного единства конечно монарх. Тут никуда не денешься. Дело в том, что монархия — это система, в которой в отношениях подданного и монаха сохраняются некоторые элементы неформальных связей. Это было показано уже Аристотелем. Тогда, понятно, государства были небольшими, и потому все просто лично знали монарха в системе полиса. Понятно, что такое полисный царь, да? Это несколько тысяч подданных. Это важный момент. Даже в больших государствах элементы неформальных отношений сохраняются, и они всегда крепче формальных.

Вот вам интересный пример того, что происходит, если их не сохранять. Вы помните французскую революцию. Потом было восстание в Вандее. Нам всем в школе объясняли, что тупые, отсталые крестьяне не поняли революцию, как наш Рахманинов не понял революцию, и потому восстали против благодетельного режима. Я, правда, никогда не мог понять, почему бретонский земледелец тупее и ретрограднее парижского бесштанника (санкюлота), но преподавалась именно так. А суть была, конечно, не в том. Конечно, вандейские крестьяне глубже парижан хранили и роялистскую традицию, и прежде всего католическую. А республика оскорбляла христианство и угнетала церковь. Но дело было не только в том. Французский король говорил «мои бретонцы» так же, как и «мои французы» или «мои гасконцы», а Французская республика заявила, что она едина и неделима. Ах, мы французы? — подумали вандейские крестьяне, и революционная армия, которая могла легко побить австрийскую, оказалась бессильной в Вандее. А вот Наполеон смог прекратить бретонскую партизанщину, потому что он снова стал монархом и снова начал говорить «мои бретонцы». Бретонцы — кельтское население, не французское.

Пора доехать и до демократии. Она тоже обладает обширным набором достоинств. Я ведь не высвечиваю всех достоинств монархии или аристократии, только наиболее вопиющие. Высшее же достоинство демократии, как кажется, есть ее способность наиболее сильно активизировать инициативу каждого гражданина. Но это свойство демократия сохраняет до тех пор, пока она не охлократия. Вот вам пример из римской жизни. Аристотель его знать не мог. Во времена республики, развитой, зрелой, то есть во времена Пунических войн римляне воевали не только своими, но и союзническими войсками. Притом было правило, согласно которому союзная пехота не должна числено превосходить римскую, они больше доверяли своим конечно. А союзническая кавалерия бывала значительно больше римской. Римляне не умели воевать с седла, плохо это делали, и потому охотно принимали любого союзного кавалериста. Так вот, союзнические войска назывались «ауксилиариями», то есть вспомогательными. Лица, поступавшие в эти войска, не имели гражданских прав, служили они дольше, чем легионеры. Таким образом, жизнь ауксилиария была тяжелее жизни римского легионера. Но выходя в отставку, отслужив свой срок, он получал права римского гражданства, следовательно, и его дети, которые уже не захотели бы служить в ауксилиарии, но ничего, набирались новые ауксилиарии.

Так вот, как видите, демократия может активизировать инициативу гражданина тогда, когда гражданство есть определенный рубеж, который надо перешагнуть или унаследовать, если его перешагнули предки. Совершенно немыслимой представилась бы античным демократия «находников», как говорили в Средние века на Руси, а мы в конце XX века говорим «лимитчики». Каждый школьник, спроси его, кто не относился к демосу, скажет, несомненно: рабы. Более тонкий, более образованный школьник, пожалуй, скажет: женщины, хотя это не совсем так. Политических прав афинянки не имели, но гражданские-то имели полные. Они просто не избирали, не занимали государственных должностей, но они наследовали имущество, они пользовались уважением граждан, и так далее, и так далее. И наконец, очень хороший, очень сильный школьник (а я все время преподаю в школе), пожалуй, скажет: а еще вольноотпущенники, и догадается, что еще несовершеннолетние — «эфебы», те, кто еще не закончил обучение и не стал в строй фаланги. А ведь были еще обширные категории жителей, которые не относились к демосу. Это свободнорожденные и тем самым юридически полноправные греки «метеки», те самые «лимитчики», о которых шла речь. Причем во многих системах это соблюдалось очень жестко. Афинским гражданином мог быть только сын афинского гражданина и афинской гражданки. Потому великому Периклу пришлось униженно просить народное собрание издать особый закон, по которому дети Перикла от Аспасии получили бы права гражданства. Она была гречанка, но не афинянка. Перикла любили, и потому ему сделали такой подарок.

Вот этот рубеж, который в демократиях Нового времени обеспечивается так называемыми цензами, и делает демократию демократией. Я совершенно не собираюсь и не имею времени сейчас обсуждать цензы. Напомню вам только, что еще в первой половине XX века, в том числе в России до революционного разрушения ее демократической и парламентской системы, действовали цензы образовательный, имущественный, возрастной и ценз оседлости. Слов «ценз» ненавистно современным так называемым демократиям, хотя возрастной ценз существует везде, он очень занижен, опущен до 18-летнего предела. Если бы не было возрастного ценза, только что родившийся человечек в руках акушера, впервые закричав, тем самым мог бы уже осуществить свое гражданское волеизъявление. Потому никак не может не быть возрастного ценза. Я стараюсь приводить примеры все-таки достаточно древние. И все-таки современная параллель очень интересна.

Почему мы с вами точно можем сказать, что при советской власти не было демократии? Потому что в избирательных бюллетенях была фамилия одного кандидата? Нет. Это не критерий. А кто сказал, что должно быть два кандидата? А вдруг больше никто не выдвинулся? А вдруг граждане городка Н так любят своего начальника, депутата Пупкина, что другого и помыслить себе не могут? Разве то недемократично? То конечно подозрительно, но не критерий. А ведь есть строгий критерий, которого молодежь может уже не помнить. Но мое поколение не может его не помнить. Вы могли при советской власти, собираясь во время выборов в командировку, заграницу, просто поохоться или к теще на блины, взять открепительный талон и проголосовать в другом городе, взять открепительный талон в Москве, поехать в Тулу и проголосовать за депутата Тульского совета! Вы подумайте на секунду, что афинянам кто-нибудь сказал бы, что сейчас придет спартанец проголосовать за их архонта! У афинянина от смеху пупок бы развязался, он бы даже не обиделся. Вот это очень жесткий критерий.

Слушатель Владимир Борисович: То же были разные государства, Владимир Леонидович. Мы же тоже в Америку не ездили голосовать за президента.

Махнач: Да, это так, но у демократии есть одна замечательная особенность. Я и так собирался об этом сказать, потому с тем большим удовольствием отвечу Владимиру Борисовичу. Демократия, как и монархия, как и аристократия, нуждается в элементе неформальных отношений, который ее скрепляет. Прямая демократия в Афинах или в Новгороде была неформальна. Формально определяется только, имеешь ли ты гражданские права. В русском средневековом городе вы их имели, если вы имели семью, свое дело, хотя бы семейное, например, сапожное, готовы были вступить в городское ополчение и были хозяином дома в этом городе. В противном случае нет. Так вот, прямая демократия хоть и может формально ограничиваться, потому что ограничиваются права гражданства, действует неформально. На агоре в Афинах и на вечевой площади в Пскове собирались люди, лично друг друга знающие. Здесь все просто. С увеличением любого государства постепенно возникает парламентаризм (представительная демократия), потому что просто нету таких вечевых площадей, невозможно собрать такое большое вече и работать в его составе. Тогда полномочия делегируются, но неформальные отношения сохраняются. Избиратели лично знают своего кандидата, своего депутата, своего гласного. Между прочим, по-русски «депутат» — это гласный, то есть имеющий право голоса. Напрасно мы пользуемся нерусским термином.

И как только неформальность в этих отношениях утрачивается, убывает, немедленно между вами и вашими гласными появляется ловкая шайка, а любая шайка олигархична. На ослабленных демократиях паразитируют олигархии. Самая распространенная олигархия, без которой теперь уже и у нас ничего не обходится, есть политическая партия, ведь она не демократична, любая политическая партия внутри себя не устроена демократически. Так вот, для того чтобы сохранить хотя бы элемент неформальности, личного знакомства, личного знания, демократия может выстраиваться только снизу доверху, наоборот нет.

Мы можем признать, что в государстве, которое управляется неограниченным монархом, которое не имеет парламента, но в котором есть муниципалитеты, в котором избирают градоначальников, сельских старост и так далее, — в таком государстве демократия есть, есть элемент демократии. Вместе с тем в государстве, в котором есть избираемый парламент, но ниже парламента все управляться только чиновниками, нету элемента демократии, потому что такой парламент — лишь прикрытие олигархического управления.

Аристотель к счастью для своего времени просто еще не мог знать, что бюрократия, добираясь до власти, реализует себя только в форме олигархии. У эллинов еще не было проблемы бюрократии. Вот я и ответил. Демократия выстраивается только снизу, иначе не демократия. Даже в самом большом государстве, в сколь угодно многоступенчатом демократия все равно начинается с уровня уличного самоуправления, с квартала, с сельского схода или сельского совета, если хотите. И только таким способом.

Формы власти сочетаются, вне всякого сомнения. Более того, весьма печально, что они могут сочетаться с искажениями. Искажения тоже могут сочетаться друг с другом. Мы знаем много примеров монархий с аристократиями. Это основная часть средневековых обществ. Мы знаем примеры монархий с демократиями, сперва в форме военных демократий довольно ранних обществ, а потом в форме парламентских, то есть представительных, в частности сословно-представительных монархий. Мы знаем немало примеров и аристократий с демократиями. Такие примеры нам дадут итальянские города-государства позднего Средневековья и Итальянского возрождения, а также наш Новгород дает пример аристократии с демократией, где правда, преобладала аристократия. Возможно сочетание и всех трех видов власти. Аристотель походя отметил ее, даже привел пример Спарты в своей «Политике», пример не очень удачный, тем не менее формально можно его привести. Два царя составляли монархический элемент, «герусия» (совет старейшин) — аристократический, «эфоры» (народное собрание) — демократический.

Величайший античный историк Полибий, грек, живший уже в римское время, современник, собеседник и друг Сципиона Эмилиана Младшего, победителя Карфагена, вернулся к Аристотелевой схеме и создал свою. Полибий, «Всеобщая история», в 40 книгах. В прошлом году вышел 1-й том в русском издании, в этом году — 2-й том в замечательном переводе Мищенко, который только что переиздан. И вы, наконец, можете теперь и сами почитать, что думал величайший из историков эллинов, а не только в роскошных библиотеках. А думал он вот что. Он довольно убедительно доказал примерами, что совершенное государство — это государство, основанное на сочетании всех трех форм власти, та полития, которая включает элемент монархии, аристократии и демократии. При Полибии это уже демократия. При Полибии то, что Аристотель называл политией, решительно называлось демократией. Это очень интересно, правда?

И тому множество примеров. Мы с вами умнее Полибия на 21 век, в том числе мы 20 веков христиане. И так же, как христиане, а также этически достаточно близкие нам мусульмане мы твердо знаем, что совершенного государства быть не может. И в этом мы умнее гениального грека. Но быть не может только совершенного государства. Надеюсь, вы со мной согласитесь, что может быть приличное государство, а может быть и неприличное. И в некотором смысле политика — это еще искусство движения от неприличных форм государственности к приличным, хотя, к сожалению, часто получается движение наоборот, в чем мы уже сами виноваты. Так вот, с этой оговоркой мы могли бы согласиться с Полибием, что такое государство, если не самое совершенное, то, может быть, наиболее удобное, наиболее приличное.

Еще до издания Полибия я обратился к этой теме и написал довольно известную статью (о ней много говорили, потом я дополнял и переиздавал ее, в конце лекции я дам ссылку), где я размышлял над правотой Полибия и предложил гипотезу, почему Полибиева схема, как я назвал эти государства в память о первом, кто их описал, дает статистически наилучшие результаты. Это очень интересно. Мне кажется, потому что эта система в отличие от появившегося в Новое время «принципа разделения властей» построена по «принципу дополнения властей». Принцип разделения властей сформулирован английской правовой мыслью XVIII века. Он порождение «Эпохи просвещения», и в основу его было положено взаимное отчуждение и самооборона гражданина от общества, некоторое постоянное осадное положение, когда общество не доверяет гражданину, а гражданин — обществу. Вот в этом противоборстве и необходимо уравновешивающее друг друга противоборство трех ветвей власти — законодательной, исполнительной и судебной, хотя чаще всего оно существует только на бумаге, потому что никогда не удается твердо установить границы исполнительной власти. Очень легко устанавливаются границы законодательной и судебной, а границы исполнительной власти настолько аморфны, что принцип разделения властей всегда тоже немножко идеалистичен. А вот Полибиева схема — это не принцип противоборства, а принцип дополнения, по изначальному предположению недостаточности любой власти. Эллин мог это чувствовать интуитивно. Христианин может подвести под это серьезную философскую базу. Любая власть недостаточна в сравнении с единственной подлинной властью — властью Творца и Промыслителя. Христианин всегда, даже то не осмысливая, не выводя в текст, не вербализуя, будет сравнивать — подлинная власть одна, значит все остальные до нее не дотягивают, хотя вместе с тем они необходимы. Не может быть безошибочной демократии, ибо никогда не будет сообщества только праведных. Не удастся набрать одних праведных и в аристократию. И не будет подлинным королем монарх, ибо есть один подлинный король Иисус Христос, как сказал Готфрид Бульонский, отказавшийся стать королем Иерусалимским после взятия его в 1099 году: «Я не надену королевского венца в городе, где носил терновый венец единственный подлинный король».

В этом смысле даже при ощутимой недостаточности принцип дополнения властей это совсем недурно. В отличие от принципа разделения властей он содействует не контраверзе, а солидарности. Полибиева схема встречалась в разных обществах, в силу сословности она наиболее характерна для обществ в той или иной степени потомков индоевропейцев, то есть обществ арийских. Я могу привести примеры Полибиевой схемы и за пределами этих систем, например, в Ассирии.

Слушатель Владимир Борисович: Может быть, отчасти в самурайской Японии даже?

Махнач: Вряд ли. Самурайское сословие не осуществляло власти, и потом вряд ли его можно считать демократическим. Хотя… А общины в Японии были.

Во всяком случае примеров наберется очень много. Примеров того, что Полибиева схема работает великолепно, нету числа. Посмотрите на Англию. Да, сейчас в Англии уже не конституционная, а декоративная монархия, и, как я отметил, декоративная аристократия. Но не сейчас Англия стала «мастерской мира» и «владычице морей»! А стала тогда, когда в ее политической системе сочетались реальная монархия, реальная аристократия и реальная демократия, цензовая демократия общин, тем не менее конечно демократия.

Что касается нас, то для русских это национальная традиция. В лучшие периоды отечественной истории, в высочайшей цивилизации домонгольской Руси, много превосходившей тогда все, что было вообще представимо на Западе, у нас была четкая Полибиева схема, выжимая до сухого остатка, это князь, бояре, вече, хотя на самом деле она была сложнее. Действительно, четко прослеживается мощная монархия, аристократия и городское самоуправление, чисто городская демократия. И был блестящий расцвет.

Единое Русское государство было создано монархией с аристократией. Это XV век, Иван Третий. И как только это произошло, сохранявшаяся традиция низовой демократии (в городах сотен и слобод, а на селе сельских и волостных сходов) восстановила и демократический элемент. В земских реформах Избранной рады середины XVI века и до Петра с перерывом на тиранию мы снова имели Полибиеву схему.

В другие периоды, которые достойны внимания, у нас было хуже, но была тенденция, здоровая тенденция, мы тяготели к восстановлению Полибиевой схемы. Так было в XIV-XV веках, так было в Великих реформах Александра Второго вплоть до реформ Николая Второго, до созыва думы. И демократия, заметьте, выстраивалась снизу. Земская реформа (воссоздание, возвращение земского самоуправления) прошла в 1862-64 годах. Через поколение, в 1881 году этот процесс был убит зверским убийством государя-освободителя. Через поколение, через 20 лет мы стояли на пороге увенчания демократии на общенациональном уровне путем избрания государственной думы. Так что в общем это наша традиция.

А так как все, что происходит с 1917 года, хоть и не может выбрасываться, но не может относиться к нашей национальной традиции, то избавляясь от последствий революции и революционного безобразия, нам можно было бы всмотреться в собственное наследие.

И еще одно важное замечание. Мне представляется важным вернуть в обиход Аристотелево прочтение термина «тирания», в преподавание в школе, в воспитание детей, тем более в преподавание студентам, потому что они в ближайшее время воспитатели детей как преподаватели. Термин «тирания» десемантизировался. При советском режиме десемантизируется вообще все. Лучше всего об этом сказали бы филологи. Все не только лишается смысла, но и приблатняется. Если бы в газете в начале XX века о вас написали, например, обо мне, будь я тогда жив, «небезызвестный Махнач», это означало бы только то, что Махнач довольно известный автор и преподаватель. Написать же такое в 1980-х годах означало бы, что Махнач, ясное дело, известная сволочь, и его брать пора! Так вот, примерно то же самое произошло с термином «тирания». Если вы пробежитесь по энциклопедическим словарям, вы найдете массу интересного (не буду пересказывать). В довоенных годах и в послевоенных сталинских годах никакого термина «тирания» не будет, кстати, не будет и никакой «диктатуры» кроме «диктатуры пролетариата». В новых словарях 1980-х годов уже появится термин «тирания», но не будет никакой отсылки к Аристотелю, не будет сказано, что это искажение монархии, никакого анализа, в крайнем случае, будет отсылка к более древним греческим примерам, к тому, кого греки, не Аристотель, не философ, не систематик, называли обычно «тираном». Об этом обиходном, народном значении слова «тиран» я вам уже говорил. И все. Это влечет за собой крайне неприятные последствия.

В 1980-х и затем в начале 1990-х годов вышли подряд две книги, обе написали историки. Одну, «Начало самодержавия в России» написал петербургский профессор Альшиц. «Началом самодержавия» он называет опричнину Ивана Четвертого. Ладно, я понимаю, ему надоела советская власть, он не любит монархические режимы, но историк все же должен был владеть категорией «тирания». В книжке много интересного, там хороший анализ, но он повисает в воздухе, потому что странно, если то было началом самодержавия, то почему в XVII веке самодержавие было совсем другим?

(короткий пропуск в записи)

Вторая вышла совсем недавно. Петербургский митрополит Иоанн Сычев, «Самодержавие духа». Главы, записки. Между прочим, он историк. Я читал его диссертацию, она превосходна. Отдельные главы этой книжки, совершенно не имеющие общей композиции, заметки тоже превосходны. Великолепно описана эпоха Никона в XVII веке. Великолепно описана эпоха Александра Невского. Он стремится защитить русскую национальную монархию. Да, я понимаю и этого автора. Тому надоели репрессивные режимы, этому надоело то, что русскую историю постоянно поливают грязью. И мне это надоело. Но, не используя термин «тирания», высокопреосвященный автор занимается самым неблагодарным занятием, он пытается реабилитировать тирана! Не пользуясь термином «тирания» как строгой категорией, а сохраняя его оценочно (Вот какой мрачный тиран в семье!), мы подвергаемся жесточайшей опасности, она двусторонняя и достигает одного и того же результата. Мы подрываем собственную монархическую традицию, если переносим из истории на монархию то, что принадлежит тирании. И мы подрываем и нашу демократическую традицию, если мы настроены монархически, но утверждаем, что Иван Четвертый — это хорошо.

Для нашего общества одинаково опасны как автор, который утверждает, что у нас в истории сплошное безобразие, грязь и кровь (Посмотрите на Ивана Четвертого!), потому что он не выносит тиранию за скобки, так и автор, который утверждает, что не надо никаких демократий, а надо, как при праведном царе Иване Васильевиче! Потому что этот — тиранолюбец, и он докличется тирании! Думаю, что если разбирать так же основательно два других искажения форм власти, то мы найдем много подобного и про олигархию, и про охлократию. Есть масса материала для предостережения подобного. Я привел только один пример. Остальное вы без труда подберете самостоятельно.

Я сослался на два классических труда Аристотеля и Полибия, лежащие в основе рассуждения. О Полибии есть литература на русском языке. Об Аристотеле есть большая и неплохая литература, в частности комментарии к самой «Политике».

Монархией и ее сочетаемостью с другими формами занимались по крайней мере два великолепных автора: Лев Александрович Тихомиров («Монархическая государственность», единственное доступное издание — СПб 1992, свеженькое, 10 тыс. тираж) и Иван Александрович Ильин («О монархии и республике», пока есть только в журнале «Вопросы философии», если не ошибаюсь, за 1991 год, но с выходом 6-тома собрания сочинений Ильина будет и книжное издание).

Тем, кто оказывает мне честь, заинтересовавшись моими разработками на эту тему. «Полибиева схема» публиковалась в двух редакциях: в журнале «Диалог» №1 1994 года и переработанный вариант в журнале «Новая Россия» №4 тоже 1994 года, он ежеквартальный, толстый. «Новая Россия» — это бывший «Советский Союз», редакция находится на улице Москвина 8, напротив филиала МХАТ, который давно на ремонте. Наверное, вы знаете, где это, рядом на Петровке. В редакции этот номер еще есть, на складе еще есть, продается вахтером. И в 1-ом или 2-ом номере (точно еще не знаю) журнала «Знание — сила» в следующем году выйдет моя статься о тирании, где гораздо подробнее изложено то, чему я посвятил конец сегодняшней лекции.

Благодарю вас за внимание. Надеюсь, я не слишком вас утомил.

Ведущий: Большое спасибо, Владимир Леонидович! Пожалуйста, вопросы.

Слушатель: Я бы хотел задать вам один вопрос. Как всегда, мы с вами обсуждаем, Владимир Леонидович, одну тему, о которой по существу вы все время говорили.

Есть такое слово — теократия, которое естественно не могло упоминаться Аристотелем, которое дискредитировано либеральной западной традицией. Под теократию подставляют власть духовенства, что фактически никогда не может быть. Если папа управляет государством, он управляет не как первосвященник, а как государь. Но с другой стороны, ведь нельзя говорить о монархии в христианском смысле, если монарх не помазанник Божий. Это во-первых. И у меня тоже есть возражение преосвященному Иоанну, которого я чту как пастыря. Я возражаю против самого понятия «самодержавие духа», ибо согласно православной традиции царствует Сын Божий, «Его же царствию не будет конца», а не как не Дух, «иже дышит, где хочет». В православной традиции «самодержавия духа» просто не может быть. Ипостась царская в Троице — это ипостась Сына.

Но если говорить, например, о вече как о демократической форме. Представьте себе такую ситуацию. Вот у нас новгородское вече. Мой сосед Иван, мой родич и, может быть, кум перешел в латинство. Вы можете привести к тому больше красочных подробностей, чем я. И вспомните историю с князем Гагариным, который перешел в католичество. Все-таки этот момент на Руси всегда был.

И слабость исламской традиции, которая действительно нам очень близка, и те нападки на ислам, которые сейчас ведутся, для России очень опасны, потому что это одна из религий России. Ислам был теократическим обществом. Монархию там только терпели. Ислам признает власть посланника Божьего, халифа или имама. А монарх там может быть постольку поскольку. Хорошо, если он потомок Мухаммеда.

Вот мне бы хотелось в отношении России этот вопрос с вами обсудить. Но и в отношении мира. В этом смысле конечно японская монархия резко отличается от монархии христианских стран, хотя по Аристотелю и то и другое — монархия.

Махнач: О функциях японского монарха. Две стороны его бытия — то, что он микадо, и то, что он тэнно, в общем различаются даже в теории. Вот нынешнему было предложено не становиться тэнно, а быть только микадо, то есть только монархом. Правда, он надул демократические круги Японии. Он через некоторое время, после того как стал микадо, все-таки прошел все необходимые обряды, получил благословение Аматерасу и все-таки стал тэнно. Но согласимся все-таки, что полуязыческая, полу-буддистская японская традиция, достойная всяческого почтения, не аналогична всем христианским, и вообще они от нас гораздо дальше, чем мусульмане.

Слушатель: Я об этом и говорю.

Махнач: Что касается прочего, в исламском мире очень сильное арабское начало. Арабы вообще никогда по-настоящему к монархической идее не стремились, ее не имели, не тяготели к ней. У других, у тюрок, у персов, у вполне безупречных мусульман, монархия получается хорошо, кстати сказать, сословная. Все-таки персидская традиция сословная и даже сословно-представительная, а вовсе не деспотическая монархия. Ну, как можно относиться? Я думаю, так как сейчас мы дождались канонизации великого иерарха XIX века Филарета Московского (Дроздова), можем считать авторитетным и то, что он писал по этому поводу. А он вызывал в бюрократических и сановных кругах крайнее недовольство своей позицией, ибо его позиция была, кстати, абсолютно православной, что церковь не благословляет государство, что она только благословляет государя на его подвиг, и вообще-то говоря, миропомазанный монарх не священная тем самым особа. Можно посмотреть все, что написано о тайне миропомазания. Он просто носитель самой тяжелой миссии, самой тяжелой службы, и церковь испрашивает ему дополнительных даров. Это не освящает особу монарха, как некоторые считают.

И еще одна деталь. У нас сейчас появилась тенденция, где-то она проскальзывала, по-моему, у бывших большевиков (все-таки сталинизм не полностью от нас, так сказать, отлип), у приобретших монархический лоск большевиков ссылкой на то, что «наш русский монарх не волею народа правит, а волею Божией, и только перед Богом он ответственный». А ведь это, между прочим, из посланий Ивана IV, это именно его тираническое видение, а не видение византийское (хотя слово «самодержец» оттуда — автократор) и тем более не русское. Русская традиция демократичнее византийской, там-то не было земского собора, а у нас был. Наша традиция смотрела на это дело иначе.

Православный монарх действительно имеет благословение Господа, но не непосредственное. Он легитимизуется не непостижимым и невидимым Богом, а через народ церковный. Его легитимизуют его подданные. Кстати, в чине царского венчания это сохранилось вплоть до самого последнего венчания. Конечно, венчание искажалось бюрократической империей, но все же после коронации каждый русский царь троекратно кланялся народу с Красного крыльца. То был его ответ на легитимацию народной воли, только так это можно понимать. Кстати сказать, Ильин отмечает, что вообще-то, в конце концов, монархия для нации, а не нация для монархии.

(короткий пропуск в записи)

Есть четыре пятна, четыре цареубийства в отечественной истории. Это убийство Годуновых. Бориса Федоровича загнали в могилу, сердце не выдержало, но Федора Борисовича убили, и зверски. Это убийство, естественно, Павла Первого, Александра Второго и Николая Второго. Я говорю только о единой России. В княжествах домонгольской Руси бывали конечно убийства князей.

Но есть и два других пятна. С глубоким сожалением я, простите, отмечаю, что было два «тиранонеубийства». Это неубийство вовремя Ивана Четвертого и неубийство вовремя Петра Первого, хоть это и страшно звучит. Тем не менее цареубийц проклинают, а тиранам-убийцам ставят памятники! И вообще ни один тиран не был свергнут, они дожили до своей естественной смерти. Если бы на кол посадили Ивана Четвертого, не было бы Петра Первого, а скорее всего и революции.

Но есть и два совершенно четких примера, когда нация негодного главу государства лишила престола. В 1610 году земский собор совершенно легитимно и канонично лишил престола Василия Шуйского по профессиональной его непригодности. В 1762 году такая же судьба должна была постичь прислужника иноземных правителей Петра Третьего. Но, к сожалению, у нас уже не было парламентской традиции, в силу чего его удавили, ведь уже не было земского собора, уже не было легитимной власти, которая могла бы именем народа низложить государя.

Кстати, совершенно неизвестный у нас апологет имперской русской традиции Владимир Видеман (сделайте себе пометку на полях, может быть, у нас издадут его книгу), русский немец, выросший в Таллине и живущий и работающий в Берлине, подробно разбирает византийскую и русскую имперскую традицию, указывая, что, вообще-то говоря, монарх совершает преступление, ежели он отвергает легитимизующую волю народа в том случае, когда она просит его удалиться и желает избрать нового государя. Он весьма серьезный апологет монархии при всем том.

Я могу привести и византийские примеры, но они чрезмерно удлинят разговор.

Ведущий: Еще вопросы есть?

Слушатель: (вопрос не расслышан).

Махнач: Я могу вам ответить двояко. Если мы примем во внимание в самой современной редакции этнологическую теорию нашего великого современника Льва Николаевича Гумилева, то этнос проходит различные фазы, среди которых есть надлом, то есть то, что русские проходят сейчас и видимо завершают, а в конце концов бывает еще обскурация, то есть распад этноса. Это все-таки не гипотеза, это все-таки теория. В составе этой теории есть еще гипотеза пассионарности, но это теория, она внутренне не противоречива и не первым Гумилевым высказана. То, что этносы смертны, люди знали на уровне мифологического сознания, а потом это разрабатывалось многими великолепными авторами, начиная с Джамбаттисты Вико, великого итальянца начала XVIII века. Кстати, в этом году издали его «Основания новой науки об общей природе наций». Весьма рекомендую. Больше четкости мы видим у Константина Леонтьева. Этносы смертны. Могу ответить и с другой стороны, с теологической, если хотите. Теологически мир во зле лежит, а следовательно добро убывает. Все люди в любой системе свободны, даже когда этнос обскурирует. Люди вообще свободны, летать, правда, не умеют, но вести себя порядочно могут при любых условиях. Люди привносят разрушающий момент даже в очень стабильную систему. Иногда не выдерживает злодей, а иногда не выдерживает система. Вот вам и второй ответ. Кстати сказать, между прочим, Гумилев не в трактате, а в разговоре за чаем однажды необычайно сблизил эти две версии, сказав довольно многозначительную вещь: «Я думаю, что энтропия — это дьявол». И может быть, он был не так уж и не прав.

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее

Ключевые слова: политика 599
Левые и правые  
13 августа в 16:50

Радио «Радонеж», Москва. Февраль 2000.
Отекстовка: Сергей Пилипенко, август 2017.

Добрый вечер, братья и сестры! Должен обратиться к вам с печальной уже не новостью, но с печальным напоминанием. У нас опять с вами крадут. На сей раз не деньги. У нас крадут имя, доброе и честное имя правых. Это не первый случай. У нас много чего крали. Еще на прошлых выборах основные противоборствующие тогда стороны, и пропрезидентские, и коммунисты, и ЛДПР-овцы Жириновского состязались под патриотическими лозунгами, патриотическими программами, патриотическими тезисами, за которые всего лишь на два года раньше общественному деятелю немедленно вешали на шею ярлык фашиста. И вешали обычно патриотическому общественному деятелю, патриотическому политику. Когда же их оттеснили в дальний угол, тогда господин президент и господин Геннадий Зюганов сами стали патриотами. А теперь уже все патриоты, теперь у нас непатриотов больше не осталось. Ну, допустим. Была же старая поговорка, которую неправильно цитируют: «Патриотизм есть последнее прибежище негодяев». На самом же деле точно она звучит так: «Патриотизм есть последнее прибежище даже негодяев». Понимаете разницу? Ладно, оставим.

Гораздо хуже, что у нас крадут имя правых и тем самым представляют нашу политическую жизнь как бы нормальной: на левом фланге — КПРФ, на правом фланге — «правое дело» с Кириенко, с Немцовым, с Хакамадой. Так выглядят обычно парламенты европейских стран. Там есть и правые, и левые, есть и центр, иногда бывают крайне левые и крайне правые. Только ведь это небезопасно.

Знаете, почему наши по сути дела левые, то есть радикалы, разрушители России стараются теперь подхватить имя правых? Ведь они не всегда к этому стремились. Когда шла «перестройка», «правыми» старались называть старых коммунистов, представителей, так сказать, идеологии Советского Союза. Тогда деятели «перестройки», «прорабы перестройки», например, Собчак, Афанасьев с гордостью носили имя левых. Тогда они разрушали, и в общем они действительно были левыми, как любой радикал, разрушитель. Но теперь они не хотят разрушать, они теперь хотят властвовать, они теперь хотят, чтобы наша страна была их страной. Потому они принимают имя правых, имя, связанное со стабильностью.

Почему это важно? А задумайтесь. С чем ассоциируется у нас понятие «правый»? С такими замечательными словами, как «право», «правда», «справедливость», «правосознание», «праведник», «православие». В богослужебном тексте звучит: «Правым подобает похвала». Братья и сестры, неужели же Кириенко, который нас ограбил полтора года назад, будучи повинным в так называемом «дефолте» или «кризисе», неужели же Гайдару, неужели Чубайсу с его ваучерами подобает похвала с нашей православной точки зрения? Ведь это же наша страна. А раз это наша страна, то и основная часть собственности должна быть в православных руках. Так оно, кстати, до революции и было. Но потом всю собственность отняли в виде государственной политики, в виде национализации, превратили ее в так называемую общенародную собственность. А потом потомки тех, кто грабил нас в 1917-1927 годах, решили избавиться от государственной собственности, но только не вернуть награбленное нам, православному большинству, а поделить его между собой. Разве не так?

И еще. Обратимся к Толковому словарю Владимира Ивановича Даля. Там написано: правый значит прямой, совестливый, праведный. Еще в XVII веке говорили: кому-то править, то есть прямить кого-то, поддерживать, быть к кому-либо благосклонным. Это все замечательные слова.

Но есть более высокий авторитет, нежели авторитет даже словаря Даля. Это авторитет Священного Евангелия. Читаем с вами в 25 главе Евангелия от Матфея:

«Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей, и соберутся пред Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов; и поставит овец по правую Свою руку, а козлов — по левую».

В славянском тексте написано еще лучше: «козлищ». Итак, по левую руку оказываются козлища. Заметьте, те, кто стремится ко власти, не хотят оказаться в компании козлищ. Но разве мы признаем в них агнцев? Разве признаем в них праведников?

А с чем ассоциируется слово «левый» в русском языке? «Левые деньги»; «левый заработок»; «загнать налево» — вот ассоциативный ряд. Потому человек, которого именуют правым, уже сразу начинает выглядеть привлекательно. Вот почему эта ложь есть огромное зло. И я искренне и серьезно призываю всех вас, не давайте распространяться этой лжи! Не все слушают эту передачу. Но вы можете разъяснить вокруг себя всем, кто правые, а кто левые, что значит быть правым, а что значит таковым не быть.

Кто такие правые в международной политической практике? Они в общем очень разные люди. Прежде всего, конечно, монархисты, затем националисты в большинстве своем, фашисты, нацисты, английские консерваторы, германские христианские демократы, итальянские либералы. Были даже партии, которые именовались просто — «Правая».

Кто были правыми в дореволюционной России? То были монархисты и чуть более либеральные русские националисты. В первом случае партия была представлена Пуришкевичем, во втором случае — Балашовым. Оба весьма достойные люди.

Как видите, правые, как и левые, бывают разными. И нам не все из них симпатичны. Наверное, симпатичны консерваторы, еще более симпатичны монархисты. Но вряд ли симпатичны нацисты. Однако мне думается, есть некая общая черта у всех правых, и она делает всех без исключения правых более привлекательными, нежели левые.

Я предлагаю вам такое определение. Правый может быть прогрессивен, но дороже прогресса для него всегда будет традиция. Левый может быть традиционен, но дороже традиции для него всегда будет прогресс.

Если принять подобное деление, то сразу все становится ясным с нашими «правыми», становится понятно, какая «традиция» им дорога. Да они сплошь враги православия! И будет все ясно с нашими левыми. Будет ясно, каких правых надо поддерживать и каких левых поддерживать не надо.

То есть, в сознании правого должны доминировать интересы православия, интересы нашей с вами восточнохристианской культуры и, наконец, интересы большинства русской нации. Подходят ли эти «правые» по всем трем параметрам? Они стремятся к западной культуре. Они стремятся доказать, что православие в России — одна из множества религий. Они не русские люди, часто не русские по крови, но главное, не русские по поведению, по мировоззрению. Итак, они левые.

Так вот, когда все вокруг левые, то невозможен центр. Центр — это же не откидная подножка сбоку от левых. Конечно, в такой православной стране как Россия должна быть правая партия большинства. Вот когда будет такая правая партия, тогда возможен будет и центр между правыми и левыми. Потому давайте поддерживать правых. Давайте, когда левый называет себя правым, незамедлительно обвинять его во лжи. И давайте помнить, что козлища не сядут справа.

Все отекстовки фонозаписей лекций историка Владимира Махнача
http://makhnach.vkrugudruzei.ru/x/blog/7d7d082e9083462c847a765304f23532

Читать далее